Анна Шнайдер – Я тебя придумала (страница 67)
— Если информация обо мне попадёт не в те руки, Эллейн сделает из меня котлету, — пояснила Ленни.
— Но Лу…
— Я же сказала — нет.
С момента последнего покушения на императора прошло ровно два года, когда Дориана сообщила мужу, что ждёт ребёнка. И почти сразу Аравейн смог определить, что родится мальчик. Радости императорской четы не было предела — они ждали этого дня с того самого момента, как год назад принцесса Луламэй родила дочь.
Первые месяцы беременности Дорианы проходили очень тяжело, Аравейн практически не отходил от императрицы, пичкая её разнообразными травяными настоями. Опасность потерять наследника престола миновала только на пятом месяце. Тогда же Эдигор и Ана решили назвать ребёнка Интамаром в честь великого императора.
Дориана была на восьмом месяце, когда Эдигора начали мучить странные сны. Просыпаясь утром, он не мог вспомнить ничего, кроме нежно-серых, будто бархатных, глаз, которые почему-то очень волновали его, заставляли тревожно сжиматься сердце. Император пытался понять, кому принадлежат эти глаза — но ничего, в памяти было пусто. Эдигор никому не рассказывал об этих снах, даже Аравейну — очень боялся, что наставник что-нибудь сделает, и ему перестанут видеться каждую ночь глаза неизвестной девушки. А в том, что они принадлежат девушке, император не сомневался.
И однажды Эдигор не выдержал. Проснувшись утром с беспокойно колотящимся сердцем, он тихо встал с постели, стараясь не разбудить Ану, вышел в соседнюю комнату и, закрыв дверь, метнулся к столу.
Бумага, карандаш… Всего несколькими взмахами император сделал то, что давным-давно просил его не делать наставник — нарисовал глаза неизвестной девушки. Бархатно-серые, они напоминали ему пепел от сгоревшего костра.
Время будто замерло, когда император закончил свой рисунок. А потом вновь пошло, забилось вместе с его сердцем.
«Что же я наделал?..» — вдруг сообразил Эдигор и, схватив набросок, со всех ног помчался к Аравейну, напоминая самому себе нашкодившего ученика.
Маг уже не спал. Он стоял у окна, наблюдая за занимающимся рассветом, и обернулся, как только император влетел в комнату.
— Аравейн, — сказал Эдигор, пытаясь выровнять дыхание после молниеносного бега, — кажется, я сделал глупость.
Выслушав воспитанника, маг забрал у него рисунок и, вглядевшись в глаза неизвестной девушки, вдруг улыбнулся.
— Аравейн? — император изумлённо поднял брови, увидев счастливую улыбку мага.
— Ничего страшного, ваше величество. — Аравейн поднял голову, продолжая улыбаться. — Это всего лишь глаза. Ничего больше. Они не сойдут с листка бумаги.
Эдигор вздохнул.
— Надеюсь. Это было бы… весьма некстати.
Спустя полминуты император вышел из комнаты, и Аравейн, повернувшись к своему зеркалу, произнёс:
— Ну вот, Ари. У меня получилось.
В глубине непроницаемо-чёрной поверхности зеркала сверкнули два голубых глаза.
— Ты уверен, что это сработает?
Маг рассмеялся.
— Абсолютно, Ари.
И как только он это сказал…
Мир вздрогнул, затрясся, загудел. Сильная какофония ударила по ушам, заставив Аравейна поморщиться от напряжения.
А потом что-то вспыхнуло неподалёку, в районе Тихого леса. Раздался тихий перезвон, словно разом зазвенели сотни колокольчиков, и миллионы мурашек пробежались по телу мага.
Но через несколько секунд пространство успокоилось, словно и не было ничего. Тишина.
— Вейн! — раздался взволнованный голос позади. Маг обернулся.
Взъерошенная и какая-то испуганная Ленни стояла у окна. Солнечные лучи обнимали фигурку девочки, создавая вокруг неё сияющую сферу, от которой у Аравейна защипало в глазах.
— Ты тоже почувствовала, да? — он улыбнулся.
— Все почувствовали. — Ленни вздохнула. — Должны были почувствовать абсолютно все маги. Я уверена, даже Мика что-то ощутила. Меня так вообще чуть по стенке не размазало.
— Она сильный демиург, — Аравейн подошёл к девочке вплотную и взял её за руки. Ленни подняла голову и вгляделась в сапфировые глаза мага, в которых в данную минуту, казалось, горели костры. — Моя маленькая…
— Почему ты так называешь её?
— Ты поймёшь, когда узнаешь её имя, — рассмеялся Аравейн, а потом, внезапно посерьёзнев, тихо поинтересовался: — Ты выполнишь мою просьбу?
Девочка, вздохнув, закрыла глаза.
— Пожалуйста. Ты ведь знаешь, это важно.
— Всё важно, Вейн, — печально улыбнулась Ленни, открыв глаза. — Кроме, наверное, моей жизни.
Маг поднял руки и сжал лицо девочки в ладонях, заставив её посмотреть на него.
— Всё будет хорошо, милая. Ты справишься.
Несколько секунд Ленни молчала, а затем прошептала:
— Я выполню твою просьбу.
— Спасибо, — он улыбнулся. — И не забудь про заклинание, оно поможет тебе закрыться, как я и говорил. И амулет… обязательно забери его с собой.
— Не волнуйся, — девочка рассмеялась, но не очень весело. — Разве я хоть раз в жизни забывала твои инструкции?
Он вздохнул, опустил руки и, обняв Ленни изо всех сил, прижал к себе.
— Удачи, милая.
Девочка, кивнув, быстро поцеловала мага в щёку, а затем исчезла.
А наставник императора, подойдя к столу, на котором оставил рисунок Эдигора, вновь вгляделся в изображённые там бархатно-серые глаза и, ласково улыбнувшись, еле слышно прошептал:
— Полина…
Глава четырнадцатая, в которой происходит то, чего я не ожидаю
Ленни вернулась на рассвете.
Я всю ночь неосознанно ждала её. Постоянно просыпалась, проверяла пустую постель, прислушивалась к звукам во дворе. Сжимала в руке амулет — только он почему-то успокаивал меня, давал возможность вновь уснуть и на время забыть о тревоге и волнении.
Я ужасно боялась, что Ленни не вернётся. И уже на рассвете вдруг вспомнила о том, что хотела спросить у Хранителя насчёт этого амулета — не зря же кристалл был таким же ярко-голубым, как его глаза. Я много раз повторяла про себя: «Хранитель, Хранитель, Хранитель», но ответа так и не дождалась.
Точнее, дождалась, но совсем не от него.
— Хранитель не ответит тебе сейчас, Линн, — тихий голос Ленни ворвался в моё сознание, как весенний ветер в окно. Распахнув глаза, я увидела, что она сидит на постели и улыбается.
Целая и невредимая.
— Ты вернулась, — выдохнула я, и маленькая Тень рассмеялась.
— Конечно. Я ведь обещала.
— А почему Хранитель не отвечает мне?
— Он занят.
Я нахмурилась.
— Откуда ты знаешь?
Ленни пожала плечами.
— Долго рассказывать. Тем более, что ты совсем скоро сама с ним встретишься.