Анна Шнайдер – Слишком хорошая (страница 32)
Как только Наташа вспомнила об этом, желудок сразу непроизвольно сделал сальто-мортале. Что же это такое, когда же она научится спокойно думать про Карелина? Вон как про Влада — он парень, конечно, привлекательный, но взрыв мозга вызывает лишь во время непосредственного физического контакта, когда соскучившиеся по мужчине гормоны устраивают настоящий бунт. А нет его рядом — и вроде как и не надо.
С Максом всё совсем иначе. Есть он рядом, нет его — без особой разницы. Одна мысль о нём вызывает такой трепет — куда там Владу! А уж если бы вздумал вновь поцеловать, от Наташиной рассудительности почти наверняка не осталось бы камня на камня, песчинка на песчинке. Всю бы смыло тайфуном по имени Максим.
А вот, кстати, и он.
Третий день подряд Карелин встретился Наташе возле лифтов, и она на этот раз даже не стала удивляться.
Кажется, сама судьба решила сталкивать их лбами до тех пор, пока не набьют друг другу шишек… или не поймут того, что надо было понять уже давно, а не играть в детский сад «Ромашка».
Натянув на губы приветливую улыбку, Наташа встала рядом с Максом и поздоровалась:
— Доброе утро.
76
Утро среды началось неожиданно: с тихого Наташиного голоса и безумного удивления Макса, что третий день подряд они одновременно приходят на работу. Столько лет в этом офисе — и подобные случаи можно по пальцам пересчитать, а тут вдруг такие совпадения.
Когда Наташа подошла, чтобы поздороваться, Карелин рылся в телефоне, просматривая список дел на сегодня и мысленно подмечая, что день предстоит тяжёлый. Но это не помешало ему улыбнуться, когда он услышал Наташино «доброе утро».
— Привет, — сказал Макс, убирая телефон. Посмотрел на Наташу и улыбнулся шире: Касаткина, по-видимому, только что сняла шапку, и теперь чуть влажные пряди кокетливо вились возле лба. Прядям соответствовал и взгляд — чуть лукавый и, несомненно, радостный. Она действительно была рада его видеть, и понимание этого грело, настраивая на позитивный лад.
— Завтра я постараюсь встать раньше, чтобы прервать цепочку странных совпадений, — пошутила Наташа с лёгкой улыбкой. — А то уже как-то боязно. Вдруг ты меня преследуешь?
— Конечно, преследую, — согласился Макс, подмигнув ей. — А ты сомневалась?
— Ну…
В этот момент двери двух лифтов распахнулись, толпа разделилась, и Карелин, чтобы не потерять Наташу, взял её за руку. Он был без перчаток, она тоже, и это вполне обычное прикосновение тем не менее отозвалось в груди теплом и горечью сожаления.
Дурак он, да. Круглый дурак. Надо было раньше…
— Я расстался с Дианой, — шепнул Макс Наташе на ухо, когда они заняли место в лифте и кабина поехала вверх. Касаткина замерла, и он заметил, как её глаза округлились.
— Зачем? — выдохнула Наташа.
— Я её не люблю и не желаю тешить ложными надеждами.
— Я не об этом… Зачем ты мне это говоришь?
Лифт остановился на очередном этаже, люди повалили наружу, и Макс, проводив взглядом спины незнакомых мужчин и женщин, ответил, вновь поворачиваясь к Наташе:
— Хочу, чтобы ты знала.
Он посмотрел ей прямо в глаза — и заметил в них растерянность. Хорошо бы пояснить… но не сейчас.
— Пообедаешь со мной? — предложил Макс, и Наташа слегка заторможенно кивнула, не отрывая от его лица ищущего взгляда.
Он хорошо знал этот взгляд — она всегда так смотрела, когда хотела, но не могла чего-то понять. Забавно — неужели и правда не понимает?
Очевидно ведь.
— Да, пообедаю.
А дальше… Да, это было форменным безобразием, но Карелин не удержался. И когда лифт остановился на его сорок девятом этаже, быстро поцеловал Наташу в губы, задержавшись лишь на секунду — сразу отпрянул и выскочил наружу, опасаясь услышать возражения.
Как подросток, ей-богу!
77
И кто бы объяснил, почему она улыбается? Злиться надо, что Макс вот так — взял и поцеловал, будто всё правильно, так и надо. Но не надо ведь. Не надо же?
Второй день она пытается доказать самой себе и другим людям, что не надо. Получается? Почему-то нет.
И вот это «Я расстался с Дианой» вновь поколебало Наташину уверенность в принятом одиннадцать лет назад решении. Глупо! Дело ведь не в Диане, а в том, что Карелин и верность — две параллельные прямые, которые не пересекаются ни при каких условиях. Даже в пресловутой теории Лобачевского — Наташа отлично помнила, как много лет назад увлечённый математикой Димка объяснял ей, что вопреки известным утверждениям параллельные прямые не пересекаются и там.
Да, они с Максом — параллельные прямые, и надо бы прекратить улыбаться, как наивная школьница, сохранившая веру в то, что на свете бывает «долго и счастливо». Не бывает! Если уж долго, то несчастливо, а если счастливо, то недолго — так вернее. И лучше уж замутить с Владом, который точно не пролезет в сердце и душу, чем рисковать собственной психикой, вновь связываясь с Карелиным.
Логично? Логично.
Но от подобных рассуждений мутило, как от долго катания на карусели, да и улыбка с губ никак не стиралась. Наташа невольно подумала, что последние годы именно катанием на карусели и занималась, пора бы слезать, но головокружение в любом случае неизбежно, вот только… что дальше?
Впрочем, какая разница? Впереди рабочий день, о нём надо думать, а не о любви.
Впоследствии оказалось, что впереди был не просто рабочий день, а адский рабочий день — Эдуард Арамович загрузил Наташу по самые уши, она даже на обед не успела выбраться. Купила в автомате на этаже сэндвич, его и съела, не сходя с места и не отрываясь от срочных документов. Карелин, конечно, пытался её выманить, звонил и спрашивал, но Наташе очень не хотелось задерживаться вечером, поэтому она отказалась. И слегка удивилась, услышав от Макса в ответ:
— Давай я тебя после работы до дома подвезу.
— Я не сразу домой поеду, — призналась Наташа и удивилась ещё сильнее, разобрав в голосе Карелина ревнивые нотки:
— А куда?
— У Егора день рождения на следующей неделе, мне надо подарок его забрать. На сегодняшний вечер договорилась.
— С кем? — явно не понял Макс, и Наташа улыбнулась. Конечно, они же параллельные прямые… Поэтому он до сих пор не в курсе, что подарки можно покупать не только на маркетплейсах, но и с рук.
— С человеком, не с инопланетянином же, — хмыкнула Касаткина и хотела уже положить трубку, когда Карелин уточнил:
— А-а-а, ты у частного лица покупаешь? Тем более, давай я тебя подвезу туда-обратно. Быстрее будет.
Молодец, догадался, да и аргумент подобрал отличный — на машине к дому продавца точно получится добраться быстрее, да и оттуда домой тоже.
О чём Макс собирается с ней говорить, да и почему настолько настаивает на встрече, Наташа решила не думать. Только мозг потечёт, а он ей сегодня ещё нужен.
78
Доделать все дела получилось до шести вечера, и ровно в шесть Наташа начала собираться домой. Написала человеку, с которым собиралась встретиться, что скоро будет, вышла из приёмной… и едва не столкнулась с серьёзным Максом.
— Ты к Эдуарду Арамовичу? — поинтересовалась Наташа, но тут заметила, что на Карелине пальто, и не удержалась от улыбки и быстрого смешка, который ей самой показался чересчур детским, как у влюблённого подростка.
— Нет, я к тебе, — ответил Макс, улыбнувшись ей в ответ. А вот в его улыбке ей почудилось что-то нервное. — Поедем, или у тебя ещё дела?
— Как видишь, я в куртке. Значит, поедем.
Они двинулись к лифтовому холлу, и Наташа, старательно убирая с губ улыбку, подумала: будет забавно, если в лифте окажутся Влад или Диана. И несмотря на то, что парень нравился ей как человек гораздо больше, чем сестра Алисы, Наташа вынуждена была признать: видеть их обоих не хотелось сейчас одинаково.
Однако судьбе, как обычно, безразлично на мнение людей, и как только лифт остановился на сорок девятом этаже, где находился офис «Неона», в кабину вошла Диана. Белая шубка, распущенные светлые волосы, печальные, но безупречно подведённые голубые глаза, идеальные ноги в высоких сапогах — у Наташи даже дрогнуло сердце, когда она увидела этот прекрасный образ невинно обиженного ангела. И невольно покосилась на Макса: он-то там как?
А никак. Карелин стоял рядом, у стены, и смотрел на Диану с невозмутимостью терапевта, к которому на приём пришла очередная сопливая пациентка.
Сама Диана заметила их не сразу, а только когда разворачивалась, чтобы встать лицом к дверям. Подняла голову, мазнула взглядом по стоявшим рядом людям… увидела Карелина, потом Наташу, и слегка порозовела. Глаза её стали ещё грустнее, губы поджались, из груди вырвался несчастный вздох, а затем Диана отвернулась, оставив Наташе ощущение, что она в чём-то виновата — только неясно, в чём и перед кем.
Вновь покосившись на Макса, чья невозмутимость сменилась насмешливостью, Наташа дождалась, пока лифт достиг первого этажа, и когда толпа хлынула наружу — а вместе с ней и Диана, — тихо поинтересовалась:
— Как она приняла твоё решение расстаться?
— Как видишь, — пожал плечами Карелин, — с обидой и смирением. Не переживай за неё, Наташ. Диана меня не любила. Эта обида — уязвлённое самолюбие. Вот увидишь, пройдёт несколько недель, Диана найдёт себе другого мужчину, и всё у неё будет отлично.
— А вдруг не найдёт?
— Найдёт. Она не из тех женщин, которые долго остаются в одиночестве.
«В отличие от меня», — подумала Наташа и мысленно фыркнула. Да уж, одиннадцать лет затворничества… Ничего удивительного, что у неё от одного поцелуя Влада мозги потекли — и не только мозги, кстати. А уж если бы её поцеловал Карелин, и вовсе крыша улетела бы в стратосферу.