Анна Шнайдер – Предавший однажды (страница 20)
Я сказала Косте, где именно мы договорились пересечься, и тут же получила новое предложение — плещемся в аквапарке до четырёх, потом Костя быстро подвозит меня до Инны, оставив детей в ресторане, и возвращается к ним, убедившись, что я добралась до пункта назначения.
— Да зачем? — недоумевала я. — Зачем тебе мотаться туда-сюда? Я сама справлюсь, а вы либо продолжайте плавать, либо идите в ресторан. Что за безумные планы, Костя?
— Мам, мне кажется, — неожиданно сказала Оксана, захихикав, — папа думает: ты не к подружке идёшь. И ревнует.
У Лёвы от удивления вытянулось лицо, и, думаю, у меня тоже. Оксана продолжала хихикать, а вот Костя поначалу смутился. Но ответил он спустя пару секунд вполне весело:
— Да, есть такое, ты права, Ксан. Мама наша — женщина красивая, видная, мало ли что…
— Чего? — я покрутила пальцем у виска. — Ну вы и фантазёры! Завтра сделаю тебе селфи с Инной, если не веришь.
— Верю-верю, — сказал муж, но как-то слишком быстро. — Конечно, я тебе верю, Надя! Это у меня так… старческое, видимо, уже.
Оксана почти демонически расхохоталась, а я внезапно сообразила.
Кажется, Костя опасается, что я заведу себе любовника…
46
Не зря говорят: было бы смешно, если бы не было так грустно.
Вот и мне было бы смешно, если бы не понимание, до чего Костя довёл нашу семью в целом и себя в частности. Ничего этого и близко не было бы, если бы не его любвеобильность. Хотя он наверняка думает иначе: ничего этого не было бы, если бы я не узнала. Обычно так это работает, и в этом я убедилась на сеансах у психолога. Виноват кто угодно, кроме него.
— Откуда такие мысли? — спросила я, когда мы ложились спать. Костя на мгновение замер, а затем, вздохнув, повернулся ко мне лицом и сказал, глядя в глаза:
— Ты про Оксанино предположение? У меня коллега разводится. Ты его не знаешь, он в российской фантастике работает. Разговорились недавно… Похожая история у него была, только баба не на работе. Жена узнала. Очень переживала, как и ты. А недавно он заметил у неё в телефоне непонятную переписку, стал копать и выяснил, что она уже пару месяцев как переписывается с каким-то мужиком из интернета. Не встречалась пока, но была близка к этому.
— И что? — я улыбнулась. — Ты решил, что я пойду по тому же пути?
— Я ничего не решил, — огрызнулся Костя и поморщился. — Просто… неприятно всё это.
— Да? Надо же, какая неожиданность.
— Надя, не язви, — раздражённо произнёс муж. — Знаю я всё. Понимаю. И очень не хотел бы, чтобы у нас было так же, как у Лёшки.
— И тебе, и Лёшке я могу сказать только одно — раньше надо было думать.
— Хороший совет и логичный. Но вот — не подумали. Теперь зато умные стали.
Я посмотрела на Костю с сомнением, и он, закатив глаза, пробормотал:
— Надь, ну в самом деле… Сколько можно? Какие ещё доказательства тебе нужны?..
Не знаю, как мне пришло в голову то, что я сказала после, но вот — пришло. А главное: реакция Кости была феерична.
— Слушай, а если бы я сказала, что мне для спокойствия и для равновесия грехов между нами тоже нужен любовник, ты бы что ответил? Разрешил бы мне немножко отвлечься, повстречаться в своё удовольствие или?..
Костя так побагровел — я думала, его удар хватит.
— Свихнулась? — грубовато рявкнул он, а затем почти прыгнул на меня, повалил на постель и впился в губы агрессивным поцелуем.
Он давно не целовал меня вот так — и я сейчас не про агрессию, а про желание, скорее даже страсть, когда сносит крышу и единственное, о чём можешь думать, — хочу, хочу, быстрее, глубже, сильнее.
И раньше я всегда отвечала на Костину страсть. Даже в тот вечер, самый первый после нашей размолвки, — тогда ему удалось меня разжечь. А сейчас…
Пустота. Полнейшая.
Я прислушивалась к себе — ну где же, где хотя бы что-то?! — пока Костя целовал мои губы, стаскивал рубашку и спускался с поцелуями всё ниже и ниже. Ласкал меня между ног, настойчиво и почти зло, проникая внутрь пальцами, а языком и губами терзая клитор, — но ничего не помогало, я не возбуждалась, скорее наоборот.
Однако показывать это мне не хотелось. Сразу начнутся выяснения отношений, вопросы, заморочки… А я и сама ещё не разобралась, в чём дело и почему так. Откуда эта замороженность внутри, из-за чего на душе и в сердце тяжело и стыло?
Я отыграла свою роль податливой жены, а как только довольный Костя наконец откатился в сторону, быстро убежала в душ и вернулась, когда муж уже спал.
47
Я смотрела на силуэт Кости в темноте и думала, думала, думала…
Когда всё это началось?
Когда я успела разлюбить мужа?
И способна ли любовь вернуться или она ушла навсегда, оставив после себя лишь горечь на сердце и сожаление от того, что столько лет потратила на человека, который предал меня легко и просто и даже особо не раскаивался.
Да, даже сейчас я не верила, что Костя по-настоящему пожалел. Не знаю уж, есть у него что-то с Олей или мне мерещилось, однако в первую очередь на действия его провоцировало нежелание менять свою жизнь. Костю устраивал наш брак, он хотел продолжать жить со мной и не слишком жалел о том, что сделал. А уж когда я согласилась налаживать отношения, он и вовсе выбросил все сожаления из головы.
А что теперь? Теперь, услышав историю коллеги, Костя неожиданно подумал: а что, если Надя тоже заведёт себе любовника? Вспомнил старую истину о том, что люди относятся к тебе так же, как ты к ним, и решил, что раз сам не был мне верен, то и я могу ответить ему в этом взаимностью.
Логично, да. Вот только муж забывал один простейший факт. А может, он его никогда и не знал, не понимая мою личность до конца. В отличие от Кости, который способен трахаться без любви, я не смогла бы сблизиться с мужчиной, не любя его.
И это возвращало мои мысли к Роме.
Может, на мои чувства к мужу повлияло Ромкино признание? Я не психолог, не знаю, есть ли такая вероятность, но мне казалось это предположение немного странным. Я столько лет жила с Костей и не сомневалась, что люблю, а потом услышала завуалированное признание от коллеги — и всё, перестала реагировать на супруга. Нет, невозможно. Да я даже не понимаю, что именно испытываю к Ромке, в голове какой-то хаос! Правда, это и Кости касается, но с ним всё же понятнее.
То, что я чувствую к мужу, точно больше нельзя называть любовью. Чем угодно — привычкой, привязанностью, партнёрством, — но только не любовью.
Интересно… если бы Костя знал заранее, что его измены приведут нашу семью к такому результату, стал бы крутить романы на стороне?
К сожалению, я сомневалась в ответе на этот вопрос.
48
На следующий день с самого утра Костя выглядел донельзя довольным, улыбаясь как безумный, — и я с каким-то диким весельем поняла, что ночью он умудрился не заметить мою холодность. Видимо, был сосредоточен на собственных ощущениях и не осознал, что я практически не возбудилась, а уж оргазм и вовсе имитировала, зажмурившись и быстро задышав. Я всегда считала себя плохой актрисой, но Костя почему-то купился.
Может, потому и купился, что он уже не любит меня на самом деле? Или я ошибаюсь и муж, в отличие от меня, ещё что-то чувствует? А не разобрался в моих вчерашних эмоциях, потому что ревновал.
Самое забавное, что ревновал он не зря, а значит, кое-какая интуиция у Кости есть.
Словно заразившись от папы, Оксана и Лёва тоже повеселели — особенно сын — и весь день выглядели счастливыми. Из глаз Лёвы даже ушла настороженность, сменившись обычным детским восторгом, особенно когда мы оказались в аквапарке.
— Столько горок, и все мои! — завопила Оксана, подпрыгивая и почти визжа, как маленькая девочка, и Лёва рассмеялся, когда она помчалась сразу же на самую высокую из горок и скатилась вниз, исчезнув в туче брызг, а затем вынырнула из воды и показала нам «класс».
— Только аккуратнее, пожалуйста, Лёва, не забывай зажимать нос, — попросила я младшего ребёнка, сын кивнул и помчался вслед за Оксаной, а мы с Костей остались вдвоём.
Муж взял меня за руку, поднял ладонь и коснулся губами моих пальцев.
— Ну, куда пойдём вначале? — спросил Костя, сверкая полными довольства глазами, и я честно призналась:
— Туда, где попроще. Я давно не плавала, побаиваюсь слишком высоких и крутых горок.
— Тогда предлагаю сначала просто поплавать в бассейне, вспомнить, так сказать, младые годы…
Я засмеялась и кивнула, отнимая свою руку — мне совсем не хотелось, чтобы Костя продолжал её целовать. Было в этом жесте что-то демонстративно-собственническое, тем более что делал он это у всех на виду.
В итоге, несмотря на то, что я была расположена к мужу очень критично, ему удалось меня расшевелить. Трудно оставаться замороженной рыбой, когда вокруг столько восторга — дети и взрослые с широкими улыбками, визги и крики, разнообразные горки, вышки и прочие водные развлечения, а твои собственные дети мечутся туда-сюда, стремясь попробовать всё и сразу.
Оксана ещё и умудрилась познакомиться на одной из горок с каким-то молодым человеком и начать с ним флиртовать, и этот факт сблизил нас с Костей в совместном ужасе — до этого дочь ни с кем не заигрывала у нас на виду, и мы, хоть и понимали, что она уже совершеннолетняя, всё ещё не воспринимали её взрослой. А она ведь вполне может выйти замуж! Хоть завтра.
— Кошмар, — пробормотал Костя, глядя на то, как Оксана, улыбаясь смуглому парню в чёрных плавках, что-то рассказывает, размахивая тонкими руками. — Вроде только вчера из роддома её принесли. Всю обкаканную.