Анна Шнайдер – Предавший однажды (страница 22)
Одного не понимаю. Почему именно я должна прощать, принимать, стараться, мучиться? Всем хорошо, кроме меня. Разве я не заслуживаю покоя, честности, верности и любви, которые всегда дарила Косте?
М-да, а ведь он наверняка скажет, что всё это у меня есть и было, а я просто ничего не ценю и обижаюсь на какую-то ерунду…
Я пришла домой около десяти вечера. Дети и Костя уже были дома, и Оксана с Лёвой, сонные и счастливые, готовились ко сну, а муж что-то читал в телефоне, допивая на кухне чай.
— Как прошла встреча? — поинтересовался Костя и тут же вскочил с места. — Сделать тебе чаю?
— Не надо, я наелась и напилась в кафе с Инной, — отмахнулась я, но опустилась на табуретку рядом с мужем. — Встреча… хорошо прошла. Надо чаще встречаться.
— Да, ты что-то в последнее время вообще почти никуда не ходишь. Я тут подумал… Давай я билеты в театр куплю, хочешь?
— Ты же не любишь театр? — удивилась я.
— Ну, ради тебя я потерплю, — хмыкнул Костя, сел обратно и, придвинув табуретку поближе, взял меня за руку. — Да и не так уж сильно я не люблю театр, зависит от спектакля. Ну что, давай?
— Какой же дурак откажется? Давай. Мне самой спектакль выбрать или ты?
— Лучше ты выбери, — сказал муж, поднял мою ладонь и прижался к ней щекой. — Я в этом совсем не разбираюсь. Напортачу ещё.
— Думаю, ты сможешь обратиться за советом к этой блогерше… как её там… Оля Лиззи, — подколола я Костю, и он на мгновение замер. А потом, вздохнув, поцеловал мои пальцы и укоризненно произнёс:
— Надя, я всё понимаю, но это уже перебор. При чём тут Оля Лиззи?
— Она же обзоры на всё делает, в том числе и на спектакли.
— Да? Честно говоря, я не в курсе, — Костя покачал головой и всё-таки отпустил мою руку. — Я её страницы подробно не изучал, смотрел только то, что касается рассказов и прочей пробы пера. Но, если ты настаиваешь, я могу изучить и даже совета спрошу.
А вот теперь Костя подкалывал уже меня, более того — кажется, ему доставляла некоторое удовольствие моя якобы ревность. Якобы — потому что муж думал, будто это ревность. Но я-то знала, что не ревную.
— Как хочешь, — ответила я, не подхватив его лукаво-игривый тон. — Не принципиально. Кстати, интересно, Оксана на неё подписана?
— Не-а, — сказал Костя, совсем развеселившись. — Я спрашивал, давно, ещё когда мы только начинали с ней переговоры. Оксана ответила, что она «такую дурь» не читает.
— Ого.
— У нас своеобразная дочь, — рассмеялся муж. — Умеет отделять зёрна от плевел.
Зёрна от плевел…
Да, если у Кости действительно что-то есть с Олей Лиззи, то ценит он её, кажется, невысоко.
51
На следующий день, в воскресенье, Костя с Оксаной поехали по магазинам за продуктами и прочими нужными вещами, а мы с Лёвой остались дома — убирать квартиру и готовить обед. Убирается Лёва уже хорошо, поэтому я поручила ему обниматься с моющим пылесосом, а сама отправилась на кухню — варить суп, делать мясную запеканку, вишнёвый пирог и клюквенный кисель. Всё, как заказывали — перед тем, как уехать, Оксана и Костя высказали свои пожелания насчёт обеда.
Лёва справился часа за полтора, а потом пришёл ко мне на кухню, усталый, но довольный. Я посмотрела на него, улыбнулась, налила ему сваренного киселя и кивнула на одну из табуреток:
— Садись. Папа и Оксана звонили уже, сказали: будут где-то через час. Скоро запеканка допечётся, освободит духовку, и поставим туда пирог.
— Здорово, — сказал Лёва, облизнувшись, и осторожно глотнул киселя. На его лице тут же появилось выражение блаженства, и я, рассмеявшись, решила поинтересоваться:
— Ты вроде успокоился насчёт папы? Вчера мне показалось: ты не подозреваешь его больше.
— Ну-у-у, — протянул сын, почесав в затылке, и отчего-то виновато на меня посмотрел. — Можно сказать и так. Просто, мам, я… В общем, следил я за ним.
— Что ты делал? — охнула я, едва не сев от изумления.
— Следил. И в телефонах порылся — в обоих, — и к офису его подъезжал после школы, караулил там в холле. Я, знаешь, как решил? Если папа с кем-то на работе опять крутит, то он же, наверное, ходит с ней на обед?
— Врёшь, Лёва, — я покачала головой. — Ты не после школы, а явно вместо школы ездил. У тебя же уроки не до двух! А папа обычно в два обедает.
— Ну… да, — признался сын. — Но я всего пару раз так делал, честное слово!
— И больше не делай, пожалуйста, — погрозила я ему пальцем. — Даже если у папы кто-то есть, твоя учёба — не то, чем можно пожертвовать ради слежки.
— Я понял, да, обещаю.
— Значит, ты никого не видел и в телефонах ничего не обнаружил?
— Точно, — подтвердил Лёва. — Всё чисто. Вот я и решил пока не заморачиваться. Может, я действительно к нему несправедлив?
Что ж, вполне возможно.
Не могу сказать, что я верила в детективные способности сына — пусть он тот ещё гений в плане техники, Костя, как взрослый мужчина со стажем по утаиванию любовниц, тоже не лыком шит. И вполне может каждый раз после общения со своей Олей всё вычищать до блеска. Я не разбираюсь в том, как это делать, никогда таким не занималась, но точно знаю — способы есть.
В любом случае я была рада, что Лёва расслабился. Мне бы не хотелось, чтобы сын мучился, и неважно, виновен Костя или не виновен — это наше с ним дело, и ни к чему впутывать сюда детей.
52
Оставшийся день мы провели прям как в прежние времена — пообедали, потом погуляли вместе в парке, и единственным неприятным моментом стало то, что Оксана, слегка тушуясь, попросила у нас с Костей разрешение на то, чтобы следующую субботу провести в компании её молодого человека. Офигев оттого, что парень, с которым дочь познакомилась вчера, за сутки стал её «молодым человеком», мы расспросили у Оксаны все подробности — куда и зачем, да ещё и на весь день, — и узнав, что речь идёт о каком-то открытии фестиваля косплееров, успокоились. Парень оказался любителем аниме, вот и позвал Оксану. Дочь, разбиравшаяся в аниме примерно так же, как я — в боевиках, собиралась приобщиться к интересам своего нового друга и даже была воодушевлена.
— Вот что любовь с людьми делает, — пошутил Костя, и Оксана сразу вздёрнула нос.
— Погоди пока про любовь, пап! Мне вообще кажется, что любовь — это слишком серьёзно, не нужно про неё так сразу говорить!
Костя, слегка обалдев, замолк, а я поинтересовалась:
— А когда про неё можно говорить?
— Ну вот вы с папой уже можете говорить. Столько лет вместе, заботитесь друг о друге! — ответила Оксана, и у меня заныло сердце. — Всегда вдвоём, не разлей вода. Вот это — любовь! Она временем проверяется. Долгим временем! Даже лет десять, мне кажется, маловато, а вот пятнадцать-двадцать — в самый раз. И если через двадцать лет я всё ещё буду готова за Пашкой в огонь и в воду, тогда да, любовь.
— Ты сейчас не в огонь и не в воду, а на фестиваль поедешь, — справедливо заметил Лёва, пока я переживала мучительный приступ жалости по отношению к дочери, которая до сих пор жила в мире, где мы с Костей были идеальной семейной парой. Да, для Оксаны моё решение о разводе, если оно будет, станет огромным ударом… И не обидится ли она на меня больше, чем на Костю?
Его измену она не видела, не знала и не подозревает о ней. А если я решусь на развод, для Оксаны это всё будет выглядеть как исключительно моя вина.
Неприятно… И заранее не хочется доводить до такого.
— Учитывая тот факт, что из аниме я знаю только Миядзаки, для меня это всё равно что в огонь и в воду, — хихикнула Оксана, и Лёва тут же предложил:
— А хочешь, я тебе расскажу ещё что-нибудь про аниме? Я же разбираюсь.
— Да? — удивилась дочь и тут же развеселилась. — А я и не знала, Лёва! Я думала, ты до сих пор смотришь мультики!
— Аниме — это и есть мультики, — заметил Костя, и Лёва сразу бросил на него скептический взгляд, рассмешив и меня, и Оксану.
Да, было душевно. И вечером, за ужином, — тоже. В такие моменты как-то особенно сомневаешься, стоит ли затевать развод… Ведь если я решусь на него, ничего подобного в моей жизни больше не будет.
А что будет? Готова ли я к тому, чтобы перекроить всю жизнь заново, искать новые смыслы? Готова ли я к тому, что придётся, скорее всего, поссориться с Оксаной, переводить Лёву в другую школу, переезжать? И больше никогда не сидеть вот так на кухне вчетвером…
Да, в эти минуты, глядя на мужа и детей, я как никогда хорошо понимала женщин, которые не решаются на развод, если супруг не уходит сам. Очень жаль прошлой жизни, счастья, выстроенного с трудом, — настолько жаль, что продолжаешь цепляться за иллюзию…
53
Перед сном, закрывшись в ванной, дезориентированная противоречивостью сегодняшнего дня, я таки зашла на страницу Оли Лиззи. Хотя сразу после встречи с Инной пообещала себе этого не делать, чтобы не терзаться.
Увы, но у меня появилась новая причина для терзаний — на последней Олиной фотографии я обнаружила знакомую турку для кофе моего любимого бренда. Фирма была индийская и торговала на маркетплейсах разными интересными вещичками — турками, шкатулками, пепельницами, ёлочными украшениями, бижутерией и прочими бесполезными сувенирами. Всё было очень милое, колоритное и совсем непохожее на привычные китайские товары.
Мы с Костей несколько раз покупали в этом магазине подарки для его родителей и друзей. Сама я себе так ничего и не купила, не определившись, что нравится больше всего. Костя как-то презентовал мне вазу для цветов из этого магазина, она была у меня любимой, но больше у меня оттуда ничего не было.