Анна Шнайдер – Предатели тоже плачут (страница 20)
— Пап, ты долго молчать будешь? — в итоге не выдержала Поля. — Раз приехал говорить — давай, говори! Я слушаю.
Я посмотрел на дочь и с трудом смог не отвести взгляд — настолько зло и раздражённо Полина меня изучала.
Моя маленькая девочка… Я никогда не видел у Поли подобного выражения лица. Она всегда относилась ко мне с искренним обожанием. И сейчас, когда я смотрел на неё, меня переполняли воспоминания о прошлом. Они слегка горчили… потому что я осознавал: если я не совершу чудо, то ничего из этого не повторится. И мне останется лишь воспоминать, как когда-то Поля прыгала из-за угла и карабкалась по мне, словно обезьянка, хохоча и повизгивая. Или как она спала у меня на руках, посасывая молоко из бутылки. Или как показывала мне разные колготки, интересуясь моим мнением, какая пара лучше, потому что: «Папа, ну ты же мальчик! Ты лучше поймёшь, что нравится мальчикам!» — а я затем пытался у неё выпытать, какому именно мальчику она собирается понравиться, кроме меня.
Да, понадобится действительно чудо, чтобы перевесить то разочарование, что полнилось сейчас в глазах Полины.
— Понимаю, ты злишься… — начал я, но видимо, неправильно, поскольку Поля тут же вспылила.
— Злюсь⁈ Нет! Я тебя убить готова!
Боже… Это будет сложнее любого откровенного видео для подписчиков…
44. Фиаско
В общем и целом, с Полиной я потерпел фиаско. Несмотря на то, что Даша мне изо всех сил помогала. Но любая моя фраза встречалась Полей в штыки, любое слово сразу разворачивалось на сто восемьдесят градусов, переворачивалось, ставилось с ног на голову и всячески высмеивалось. Почти профессиональный троллинг, короче говоря.
Лёшка не выдержал — и чтобы не сцепиться с сестрой, убежал в свою комнату. Остались только я, Даша, Поля и Феня, который героически пытался утихомирить Полину — залез к ней на колени и весь размурчался. Но даже у него выходило неважно, что уж говорить обо мне.
Поля была совершенно не настроена на диалог, возмущена и обижена. Она обвиняла меня в том, что я лгал, когда утверждал, что надо быть верным семье. Говорила, что мне теперь ни в чём нельзя верить. А уж то, что я выложил видео для подписчиков раньше, чем поговорил с ней и Лёшкой, и вовсе считала почти преступлением, за которое наказание одно — смертная казнь.
С каждым её словом я всё сильнее ощущал собственную смерть. Да, я вновь будто лежал в могиле, только теперь землю на меня сыпала Поля. Горстями, да прям в рожу, чтобы больнее было.
В итоге я так ничего и не добился. Ни понимания, ни какого-то компромисса — ничего. Впрочем, чего я хотел? Это Лёшка был настроен на воссоединение, а Полина просто обижалась на меня за предательство. Она понятия не имела, чего хочет — не думаю, что она на самом деле желала нашего с Дашей развода, — просто выплёскивала на меня собственное раздражение.
— Дай ей время, — сказала Даша негромко, когда Поля, вывалив на меня всё, что только могла, гордо удалилась, сверкая глазами. Впрочем, сверкали они не только от раздражения, но и из-за слёз. — Она остынет, выслушает тебя и простит.
Мне очень хотелось спросить, может ли то же самое случиться с Дашей. Она остынет и… но я слишком хорошо понимал, что подобный вопрос будет означать не столько мою надежду, сколько безумную наглость.
Да и большая разница существует между Полей и Дашей. Полина останется моей дочерью в любом случае, а вот женой можно и перестать быть.
— Даш… — Я попытался взять её за руку, но жена покачала головой и даже встала с дивана, чтобы я до неё не дотянулся.
— Не надо, Дэн. Ты сделал всё, ради чего приезжал. Поговорил и с Лёшкой, и с Полей. С Лёшкой, как я понимаю, решено… А с Полей потом ещё раз пообщаешься. Уверена, ваши отношения наладятся. Она тебя очень любит.
Было очень сложно в этот момент не расплакаться, честно. Хотя я же мужик, плакать не должен. Но когда сидишь на кухне, которую сам обставлял с женой с теплом и любовью, и твоя любимая супруга на тебя старается не смотреть, всем своим видом намекая, что пора бы и честь знать… Это почти невыносимо.
Ужасно, когда гонят из родного дома. Молчаливо, но гонят.
— Я пойду, — вздохнул, тоже поднимаясь. И повторил для Даши то, что говорил Лёшке: — Даш, я не сдамся. Буду бороться до конца.
— Главное, чтобы не до моего, — мрачно и язвительно пошутила жена, полностью испортив эффект от моей серьёзной, но всё-таки пафосной фразы.
45. Реша
Пока ехал в студию, вновь ковырялся в комментах под своим видео. Комментарий с видео Кристины, где она показывала мои трусы, окончательно переполз наверх, и под ним уже набралось ответов на первый том «Войны и мира». У меня даже телефон завис, когда я попытался развернуть ветку.
К Кристине тоже зашёл. Она ожидаемо закрыла возможность комментирования, поэтому ничего интересного на её странице больше не обнаружилось. Зато в личке висело непрочитанное сообщение от этой просветлённой сучки.
«Дэн, подтверди, пожалуйста, что я сказала. Не надо впутывать меня в свои семейные разборки! Тебе же не нужны проблемы?»
Грамотно. Даже скрин не сделаешь: доказательств, что она пытается меня шантажировать и угрожает, здесь не имеется. Слишком завуалированно. Пусть и прекрасно понятно, что она имеет в виду. Подтвердишь — молодец, я от тебя отстану, не подтвердишь — будет война.
Какая же всё-таки стерва! И эта женщина учит других способам релаксации и познания собственного тела? Какая релаксация может быть рядом с той, кого хочется придушить? Не верю, что я один испытываю подобные чувства! Я — исключительно мирный человек, значит, кого-то ещё она тоже бесит. Не зря в комментариях отменилась её сотрудница, теперь, небось, уже бывшая…
Хм…
Я задумчиво потёр подбородок и уставился на собственный телефон, как на ядовитую змею.
Когда к чему-то привыкаешь, а потом оно пропадает, нехватка чувствуется особенно остро. Вот и сейчас я безумно хотел написать Реше, потому что только она могла наставить меня на путь истинный в том, что касается Кристины, но…
Ай, ладно! Хуже точно не будет.
«Реша! — напечатал я в мессенджер. — Ты со мной?».
Она прочла быстро, но отвечать не спешила. С минуту стояла тишина, а потом появился ответ — как удар кулаком под дых.
«Если бы не Даша, ушла бы. Вчера так думала. А сегодня поняла, что без меня ты будешь бесконечно косячить. И так уже делов натворил… Какого хрена ты не рассказал всё сразу⁈»
Я хлопал глазами, не понимая, о чём она.
«Что не рассказал?»
«Да про Кристину! Когда с утра в отель к нам пришёл. Надо было сразу всё рассказать мне и Жоре!»
«Зачем?»
«Затем, что можно было на месте проверить, не подсыпала ли тебе Кристина что-нибудь! И эту справку показать Даше. Одно дело, если ты чуть выпил, расслабился и потрахался по собственной воле, и совсем другое — если тебя чем-то накачали! Тогда бы всего этого, что ты устроил, просто не было бы!»
Блин. Чёрт. Твою мать!
А ведь и правда. И почему я не подумал…
Реша между тем продолжала печатать.
«Я считала: раз ты этого не сделал, значит, полностью осознаёшь свой поступок. А теперь, после того, что ты сказал Даше, после этого видео, я поняла: ни фига! Ты просто идиот, Дэн».
Да. Абсолютный дебил.
«Что ты помнишь про эту Кристину из той ночи?»
Я скривился и ответил:
«То, что я помню, хотел бы забыть».
«Ответь, пожалуйста».
«Да зачем тебе⁈»
«Надо».
«Я мало помню, — напечатал неохотно. — Как сидели, разговаривали о всякой фигне, крутились в основном на тему расслабления после всяких стрессов. Кристина принесла бутылку местного вина, сказала, что вкусное и совсем слабенькое, я поначалу отказался, но Кристина стала напирать, что я совсем не расслабляюсь, так нельзя. Мол, от пары глотков ничего не будет. А дальше всё смутно, размазано».
«Половой акт помнишь?»
Я скрипнул зубами. Обсуждать такое с Решей — тьфу! Но сам виноват.
«Нет. Минет немного помню. Как она прижималась ко мне, целовала. А потом темнота, будто свет выключили».
Реша молчала. Видимо, переваривала всё написанное.
«Ты мне веришь?» — зачем-то добавил я. И чуть не заорал прямо в такси, получив честный и прямой ответ:
«Верю. Я тебя всю жизнь знаю, Дэн. Ты врать умеешь ещё хуже, чем я — заплетать косички».
Толком поликовать, правда, не удалось, поскольку Реша добавила:
«Но как исправить всё, что ты натворил, я не представляю. Ладно. Сейчас приеду, вместе подумаем».
Да, я тоже не представлял, как всё исправить. Но в любом случае оттого, что моя команда потихоньку возвращалась ко мне, испытывал тихую радость.
46. Я слишком много думаю за тебя!