Анна Шнайдер – Почему ты молчала? (страница 1)
Почему ты молчала?
Пролог
Я безбожно опаздывала.
Родительское собрание должно начаться через десять минут, а идти ещё как минимум двадцать. Молодец, Поля! Одна работа у тебя в голове! А как иначе, если мы с Иришкой только на моём обеспечении? Из родственников лишь моя мама, которая и так мне помогала во всём, но деньгами помочь не могла. А я, если получала удачный заказ, так в него погружалась, что порой ничего вокруг не слышала и не видела. Вот и сегодня я заработалась, совсем забыв о том, что в шесть назначено родительское собрание. Еле успела запрыгнуть в первое попавшееся платье и помчалась на сверхскорости, чувствуя себя не человеком, а межгалактической ракетой.
Три остановки на автобусе! Всего три. У меня была надежда успеть, но она рассыпалась прахом, как только я осознала, что автобус стоит не на светофоре, а в пробке. Попыхтев, будто неисправный поезд, я посигналила водителю, чтобы высадил меня, и…
Да, и тут закон подлости развернулся во всей красе: выходя из автобуса, я умудрилась как-то неудачно поставить ногу… и села в лужу. Сегодня погода была хорошей, солнечной и сухой, но ещё накануне шёл ливень, поэтому высохло не везде. Вот и эта лужа, скорее всего, ждала меня со вчерашнего вечера. И дождалась.
Поднявшись, я отошла подальше от проезжей части и оглядела себя. Платье у меня было цветастым — светло-бежевый фон, а на нём мелкие разноцветные розочки. Легкомысленное платье для отдыха, но я выдернула из шкафа первое попавшееся и сейчас горько об этом пожалела, потому что разводы от грязной воды на подоле сзади видны были отчётливо. Молодец, Поля! Ну, хоть спереди всё нормально. Значит, твоя задача — не поворачиваться к приличным людям спиной. Показывай только лицо, и всё будет хорошо.
Клянусь, влажными салфетками я никогда не размахивала так же быстро, как сегодня, решив, что всё же надо немного почиститься. Увы, не слишком помогло, но хотя бы перестало капать с подола. Бр-р, неприятно, хочется поскорее переодеться, и будь у меня чуть больше времени, я бы просто завернула в магазин с одеждой и купила себе что-нибудь. Однако времени не было.
Я бодро зашагала по направлению к Иришкиной школе, поглядывая на часы. Итак, десять минут! Судя по карте, идти дольше, поэтому надо ускориться. Встречу с первой учительницей дочери я не хотела бы начинать с опоздания. Встречают-то по одёжке… А эта самая одёжка у меня и так, мягко говоря, непрезентабельная. А уж если я ещё и опоздаю!
В общем, я побежала. Благо на ногах у меня были удобные старые туфли — в таких хоть на марш, хоть по горам лазить. Мягкие, как тапочки. Они меня и спасли — к школе я в результате подбежала без двух минут шесть. Запыхавшаяся и уставшая, как лошадь в конце скачек, но не опоздавшая! Если учесть, что собрание вряд ли начнут ровно в шесть, пару минут подождут для приличия, — точно успею. Сейчас же не зима, сдавать в гардероб вещи не на…
Додумать эту мысль я не успела.
Бежала я через стоянку, забитую машинами настолько плотно, что мне приходилось просачиваться между ними с точностью нитки, пролезающей через игольное ушко. И я никак не ожидала, что, как раз когда я буду пробегать мимо, дверь одной из иномарок распахнётся.
Затормозить я успела, не знаю, каким чудом, но успела. Больно ударилась коленкой — аж искры из глаз посыпались, — но хотя бы не упала второй раз за день. Хотя луж тут не было, но не хотелось бы окончательно отбить себе пятую точку.
— Осторожнее надо быть! — огрызнулась женщина, выбравшаяся из машины, но выдёргивать дверь из моих ослабевших пальцев не стала — просто обошла, как досадное препятствие, и направилась ко входу в школу. Сама школа была за забором, и поставить туда машину было нельзя. Видимо, поэтому стоянка перед забором и оказалась забита — наверняка сегодня у многих классов проходит родительское собрание.
«Ну и дамочка!» — подумала я, потирая ушибленную коленку. Хотела уже пойти за ней, как вдруг из машины вылез ещё один человек и до боли знакомым голосом произнёс:
— Извините, пожалуйста. Вы не сильно ушиб… Поля?!
Меня сначала обдало жаром, потом холодом, и я, обречённо вздохнув, всё-таки подняла голову, чтобы взглянуть в лицо человеку, который когда-то подарил мне Иришку.
Правда, он об этом не знал.
1
Безвозвратно закрывать страницы в прошлое всегда тяжело, особенно если в них было много счастья. Я со своим счастьем прощалась тридцать первого декабря. Почему именно тридцать первого, если свидетельство о расторжении брака я получила неделю назад? Просто символично. Новый год — новая жизнь, без сожалений о прошлом. Я очень старалась, чтобы ко мне вернулось хорошее настроение и моя извечная жизнерадостность, но получалось пока… даже не плохо — хреново получалось, если честно.
По этой причине я решила, что мне нужно развеяться, и поехала на новогоднюю ярмарку, которую расхваливала знакомая. В центре города на открытом воздухе в этом году с начала декабря действовала ярмарка разнообразных подарков и сувениров — можно было купить и что-нибудь вкусненькое для себя, и интересный подарок на Новый год. У меня все подарки уже лежали в шкафу дома, но я всё равно подумала: почему бы и нет? Ярмарка работает до пяти вечера — успею.
Я отправилась туда с утра пораньше, быстро позавтракав. Почему-то впервые за последние дни я чувствовала безумное воодушевление… как раньше, когда я ещё не знала ничего о планах мужа. Будто ощущала скорые перемены.
На ярмарке оказалось очень уютно и по-настоящему волшебно. Милые палатки — зелёные и красные, с новогодними рисунками в виде звёзд, ёлочных игрушек, мишуры и прочего, — улыбающиеся продавцы, необычные товары, смеющиеся покупатели. Ещё и погода не подвела и была по-настоящему зимней — солнце пробивалось сквозь затянутое облаками небо, и шёл пушистый снег. Ветра не имелось, поэтому гулять среди палаток оказалось не слишком холодно, да и в любой момент можно было купить что-нибудь горячее на любой вкус. Горячая кукуруза, картошка фри, хот-доги, пончики, крендели — выбирай не хочу и наслаждайся.
Я бродила от одной палатки к другой, рассматривая разложенное на прилавках. Купила себе медовый пряник в виде снеговика и засунула его в карман пальто — дома съем. Долго торчала у палатки с изделиями из натуральных камней, слушала словоохотливую продавщицу, которая про каждый камень рассказывала так, будто он был живым человеком, и в итоге не выдержала — приобрела маленькую сферу из красной яшмы. Подумала: почему бы и нет? Я же не собираюсь вокруг этого камушка хороводы водить, просто зацепили истории продавщицы. Она утверждала, что красная яшма — камень матерей, способствует скорейшему зачатию, благополучной беременности и лёгким родам.
Возможно, это антинаучная ерунда, но мне вдруг захотелось купить себе такой камушек и немного побыть девочкой, верящей в чудеса, а не взрослой тётей, которая точно знает, что их не бывает. Почему бы и нет, в самом деле? Тем более что завтра Новый год.
Сферу из яшмы я засунула в другой карман пальто и отправилась бродить по ярмарке дальше. И ничего меня не интересовало, пока я неожиданно не заметила на прилавке то, о чём мечтала с детства.
Стеклянные шары!
Я видела такие только в зарубежном кино. Как-то не задумывалась никогда, продаются ли они у нас в принципе, — заприметила в детстве в каком-то фильме, спросила у мамы, можно ли купить нечто подобное, услышала в ответ, что нет, и успокоилась. Оставила свою мечту, почти забыла о ней. И вот…
Чувствуя недюжинный энтузиазм и расплывшись в улыбке, я подскочила к прилавку, протянула руку к ближайшему шару, внутри которого располагался заснеженный домик, схватилась за подставку… И недоуменно захлопала глазами, потому что одновременно со мной с другой стороны за подставку схватились ещё чьи-то руки!
— Прошу прощения, — со смехом сказал мужчина, сразу же убирая их. — Выберу другой шар.
Голос показался мне знакомым, я подняла глаза — и обомлела от неожиданности.
— Яков?!
— Поля?!
Воскликнули мы одновременно, я вздрогнула, и продавец, молодая девчонка, быстро сказала:
— Ой, пожалуйста, осторожнее с шаром, не урони́те!
— Я не уроню, — уверила её я, продолжая смотреть на Яшу с улыбкой. — Сколько с меня за него?
Девушка назвала цену, я быстро расплатилась и, держа в руке вожделенный шар с домиком, отошла в сторону, чтобы не мешать другим покупателям.
— Отличный сувенир, — сказал Яков, кивнув в сторону моей покупки. — Кому-то подарить хочешь?
— Хочу. Себе, — засмеялась я. — Все подарки я уже купила, а сюда приехала просто так, на самом деле. А ты как тут оказался?
— Да, в общем-то, так же, — ответил Яков, разглядывая моё лицо. В его глазах было столько тепла, что у меня с каждой секундой повышалось настроение.
А потом он вдруг предложил:
— Поль, а давай сходим в кафе? Посидим, поболтаем. Можешь или торопишься?
Я совершенно никуда не торопилась, поэтому согласно закивала.
— Конечно, давай!
2
Стеклянный шар с домиком и снегом внутри. Эта игрушка теперь стояла в Иришкиной комнате на комоде. Я говорила дочке, что купила шар в тот день, когда познакомилась с её папой, — хотя, на самом деле, это было неправдой.
Мы с Яковом Нестеровым вместе работали в издательстве «Гутенберг». Четыре года сидели за соседними столами в одной редакции, только я занималась литературой для подростков, а Яков был ведущим редактором направления «современная фантастика». Лёгкий и весёлый, он умел разруливать конфликты ещё на подлёте, харизма из него ключом била. Я ничуть не удивилась, узнав, что женился он практически сразу после школы, — такие мужчины долго одни не бывают, их расхватывают сразу, пока не опомнились.