Анна Шнайдер – Осенние цветы (страница 22)

Во многом так оно и было, и Фред понимал это даже лучше, чем сама Ив. Но он, по своему обыкновению, просто не говорил об этом.

36

В Тиаре Ив понравилось, как и предполагал Фред. Когда она была маленькой, они с мамой и Мин перед Праздником перемены года строили целый крошечный городок из пряников. Это была трудная и кропотливая работа, но результат того стоил, хотя потом было жаль его есть.

Тиара напоминала тот пряничный городок, даже несмотря на то, что Ив переехала туда в конце лета, когда на узких улочках, вымощенных серым камнем, не лежал бело-сахарный снег. Сходство с пряниками возникало из-за самих домиков, маленьких, с покатой крышей и обязательным круглым окошком на втором этаже. Ну и, конечно, всевозможные резные наличники на окнах — в Тиаре без них не обходился ни один дом.

В больнице, конечно, Ив понравилось уже меньше — специалистов было мало, а проблем много. Благодаря этому ей обрадовались, как родной, но и нагрузили по самые уши. В отличие от госпиталей в городах побольше, в Тиаре не было отделений как таковых, и пациентов делили по большей части на ходячих и лежащих. Заниматься приходилось всем подряд, но Ив это не смущало — со специализацией она так и не определилась, не то, что Фред.

— А ты всё-таки?.. — спросила она однажды вечером, через пару недель после переезда. Они с Фредом сидели на крыльце дома Ив и смотрели на ярко-оранжевое зарево заката.

— Да, — он улыбнулся, и лицо его как-то сразу стало мягче, утратив птичью остроту. — Пройдёт время, прежде чем я смогу полноценно работать в родильном отделении Императорского госпиталя, но первый шаг сделан.

— Почему ты выбрал именно это? — удивлённо поинтересовалась Ив. — Твой дипломный руководитель рекомендовал тебе совсем другое.

— Травматологию, — кивнул Фред. — Что ж, я думал об этом, но… Там всё-таки магия нужна. Да, травматологи-не-маги тоже ценятся, но… Там я не буду лучшим.

— Точно, — фыркнула Ив. — Как я могла забыть? Ты же не любишь быть вторым.

— Верно. А во время беременности и особенно родов любое магическое вмешательство в организм матери или плода чревато фатальными последствиями, поэтому врачи-маги в родильном отделении не котируются. Кроме того, мне действительно нравится там. — Фред вновь светло улыбнулся. — Беременные женщины такие забавные. Животики эти, походка вперевалочку… Потом рождаются дети, и они опять меняются, становятся более мягкими и чуткими. А этот материнский инстинкт, когда они вскакивают с кровати от малейшего детского крика ночью даже с закрытыми глазами… — Фред засмеялся, и Ив замерла, осознав, что никогда в жизни не слышала у него такого смеха. — И стоит ребёнку чихнуть или икнуть, не дай Защитник — бегут спрашивать у всех подряд, не заболело ли чадо. Но ты, наверное, видела нечто подобное, у тебя ведь сестра и племянницы.

— Да, — Ив кивнула и, помолчав, добавила: — Но я, честно говоря, не думала, что пузатыми женщинами с раздутыми от отёков ногами и орущими младенцами можно умиляться. Хотя женщины ещё ладно, но малышки порой сводили меня с ума.

Фред промолчал, но почему-то взял Ив за руку и ласково поцеловал ладонь.

37

С родителями, сестрой и племянницами Ив общалась регулярно, но в родной деревне теперь бывала редко, раз в несколько месяцев. Старшие девочки уже ходили в школу, младшая пока воспитывала взрослых дома, а когда они собирались вместе, то шумели особенно громко, шалили и никак не желали вести себя «тихо и прилично, как хорошие девочки». Слава Защитнице, Мин больше не беременела, но это была не её заслуга — зять Ив тайком заказал в ближайшем городе противозачаточный амулет для себя, заявив, что троих девочек ему хватит, без мальчиков обойдётся. «Повезло Мин с мужем», — заключила тогда Лу Иша.

В общем и целом, Ив старалась держаться от родных на расстоянии — так ей было проще. Стоило побыть в гостях у сестры несколько дней, как у девушки появлялось ощущение, что она стремительно глупеет. А как иначе, если весь день все вокруг говорят об игрушках, сказках и сладостях? В лучшем случае обсуждают несделанные уроки близняшек. Тут кто угодно, даже умный Фред, резко начнёт чувствовать себя пятилеткой.

О Кассандре Ом она впервые услышала через месяц после переезда в Тиару. Как ни странно, но Ив даже не задумывалась, есть ли здесь другие шаманы. По правде говоря, с тех пор, как она уехала учиться в Граагу, то почти перестала практиковать. В университете никто и не знал, что Ив шаманка, только Фред. Но он никогда не просил её погадать, говорил, вредно не то, что знать своё будущее, а даже подозревать о нём.

Поэтому разговоры коллег о местной шаманке, к которой ходят лечиться некоторые жители — и успешно ходят — стали для Ив полнейшей неожиданностью. И разожгли в ней огонь любопытства. Девушка не знала других шаманок, кроме матери, но мама была чем-то родным и знакомым, ласковым и добрым, а какая из себя эта Кассандра?

Узнав адрес женщины, Ив решила наведаться к ней в гости однажды вечером. В тот день Фред не мог приехать — дежурил — поэтому она решила провести время с пользой и познакомиться с коллегой. Не съест же она её, в конце концов?

Кассандра Ом жила на другом конце города, и Ив доехала до её дома на запряжённой лошадьми коляске. Магмобилей в городе практически не было, добираться пешком слишком долго, поэтому пришлось воспользоваться услугами перевозчика. В Тиаре подобным промышляли сразу несколько мужчин, один постоянно сотрудничал с больницей — его Ив и попросила отвести её к Кассандре.

Дом шаманки напоминал жилище самой Ив, только был более древним, но ухоженным, с резной калиткой и аккуратным чугунным молоточком, чтобы оповещать хозяйку о приходе. Ив стукнула в калитку — за ней загудело — и непроизвольно сделала шаг назад, когда дверь распахнулась.

На пороге стояла немолодая, но очень красивая женщина в тёмно-синем платье. Волосы её, полуседые-получёрные, были заплетены в густую косу, перекинутую через большую и внушительную грудь. Кожа белая, с голубоватым отливом, сморщенная, как у старого яблока, но губы полные, молодые, ярко накрашенные красным. И глаза ясно-серые, умные и проницательные — почему-то очень испугали Ив эти глаза.

Женщина цокнула языком, оглядывая её, и покачала головой.

— Ай-я-яй, девочка, ты чего же это? Такая молодая, а уже своей лифы нет, чужую тянешь.

— Лифы? — переспросила Ив с недоумением.

— Силы, чтобы жить, — объяснила шаманка, махнув рукой. — Проходи, чего на пороге стоять. Ты же поговорить пришла? Давай поговорим.

Ив медленно двинулась за женщиной, прошла по узкой садовой дорожке к крыльцу, поднялась по трёхступенчатой лестнице, зашла в дом… И всё это время в её голове вертелась мысль: «А действительно, зачем я пришла?»

Решение, казавшееся ещё пять минут назад очевидным, теперь виделось иначе. Что ей за дело до этой шаманки, чужой и незнакомой? Зачем с ней разговаривать? Жила раньше без других шаманов — и дальше проживёт…

— Кассандра меня зовут, — между тем произнесла женщина, усаживая Ив на диван в комнате и сама села в кресло напротив. — Впрочем, ты знаешь, наверное. А ты, я вижу, из наших, но мало дар используешь, и умеешь мало. Хотя потенциал у тебя большой, пожалуй, поболе, чем у меня.

— Ты видишь мой дар?

— Конечно.

— А меня научишь так? — спросила Ив с интересом. — Я, глядя на тебя, вижу просто женщину. И с матерью так было. Не пойму, куда смотреть.

— Научу, отчего бы нет, — усмехнулась шаманка, но обрадоваться Ив не успела. — Но только после того, как ты чужую лифу тянуть перестанешь и себя обретёшь. Вижу, не со зла ты это, по незнанию, поэтому говорю как есть — я чёрных шаманов не учу.

— А я?..

— Да, — кивнула Кассандра. — Мы, белые шаманы, чужую лифу используем только с разрешения, и не в таких целях, как ты. А вот чёрные могут и без разрешений обходиться. Ну, до поры до времени. Всё равно придётся расплачиваться.

Ив, задумчиво хмурясь, рассматривала собственные колени, обтянутые чёрной тканью платья. С тех пор, как ушёл Тиан, она носила только тёмную одежду — яркие цвета не могла совсем, тошно было. Фред не возражал, хотя Ив замечала, что ему не нравится.

Фред…

— А, — девушка сглотнула, ощущая, как во рту от страха стремительно становится сухо, — чью лифу я тяну? Ты видишь?

— Нет. Но ты и сама можешь догадаться. Кто рядом с тобой чаще всего, без кого жизни не представляешь — из того и тянешь.

Фред…

В глазах потемнело.

— Чем это грозит? — прошептала Ив, впиваясь пальцами в собственные колени. — Тому человеку. Чем?

— Очевидно, чем, — в голосе шаманки явственно слышалось сочувствие. — Смертью, конечно. Но не сразу, так тянуть можно долго. Судя по тому, в каком ты состоянии, человек тот силён, поэтому… лет тридцать у тебя есть. Ты на волосы его смотри, как седеть потихоньку начнёт — значит, времени всё меньше. Чем больше седых волос, тем меньше времени.

Ив лихорадочно пыталась вспомнить, видела ли она седые волосы у Фреда, но от страха перед её внутренним взором стояли лишь его глаза — жёлтые, как солнечный свет, и удивительно живые.

Почему она… как так… не хотела ведь ничего подобного никогда…

— Как так получилось? — Ив в ужасе закрыла лицо руками и зажмурилась. — Как я могла?..

— Не вини себя. Что-то произошло в твоей жизни, что тебя сломало. Скорее всего, ты в тот момент жить не хотела. А он тебя вытащил, вот ты и уцепилась. И жизни без него не представляешь, боишься, да?