Анна Шнайдер – Недостойная (страница 17)
— Архимагистр Арманиус, — уважительный поклон ректору, — а с вами?..
— Моя помощница Эн Рин, — отчеканил архимагистр так, что не осталось сомнений — услышь он хоть слово против моего пребывания здесь, беде не миновать. — Мы пройдём в зал вместе.
Интересно, а если будут возражения, что станет делать Арманиус? Но возражений не последовало. Служащий кивнул и пригласил нас за собой.
Как я поняла, изначально мы попали в зал, куда переносились архимагистры перед Советом. Очень большое помещение круглой формы, залитое светом от сотен магических лампочек — какое расточительство! — парящих под потолком, и ковёр с длинным ворсом, и несколько служащих с любезными улыбками.
Зал, куда нас привели, напоминал театральный — кресла в несколько рядов и сцена для выступающих. Только кресла были роскошнее, чем те, которые я видела даже в Императорском театре, а сцена поменьше.
Мест здесь было примерно для двухсот человек. Надо же, как у нас, оказывается, много архимагистров…
— Вот сюда, пожалуйста. — Служащий подвёл нас к первому ряду. Мне стало немного неловко — по соседству с Арманиусом сидел Абрахам Адэриус — насколько я знала, именно он считался главой Совета архимагистров.
Неприятный человек. Глаза чёрные, глубокие, взгляд словно проникает под кожу, седые волосы до лопаток и крючковатый нос. Выражение лица слегка брезгливое, скучающее и очень равнодушное.
Когда‑то Абрахам был одним из лучших охранителей и даже трижды получал орден Золотого орла, но эти времена безвозвратно прошли. Теперь он, пожалуй, мог считаться старейшим магом среди охранителей. Интересно, сколько ему? Лет сто пятьдесят, наверное…
— Бертран, — губы Адэриуса искривились в улыбке, больше напоминающей презрительную усмешку, — а я всё гадал, придёшь ты или нет.
— Я не мог не прийти, Абрахам, — ответил Арманиус, опускаясь в кресло рядом с коллегой. Взглянул на меня. — Садись, Эн.
Я послушно устроилась в соседнем. Адэриус смерил меня примерно таким взглядом, каким смотрят на грязных бездомных псов, и продолжил:
— По правде говоря, я собираюсь в ближайшее время собрать Совет по лишению тебя звания архимагистра…
Я даже открыла рот, чтобы протестовать, но неожиданно почувствовала, как ректор сжал мою руку в своей.
— Повремени с Советом пару месяцев, Абрахам.
— Надеешься выкарабкаться? — Адэриус красноречиво покосился на наши сцепленные руки. — Что ж, я поставлю этот вопрос на голосование. Но не думаю, что задержка имеет смысл. Даже если тебе восстановят контур, как обещает Валлиус, ты должен будешь вновь пройти аттестацию на архимагистра. Но пусть коллеги проголосуют, вдруг моё решение не найдёт поддержки?
— Маловероятно, — усмехнулся ректор, не отпуская мою руку.
— Ну вот, ты и сам всё понимаешь. А теперь объясни мне как главе Совета, зачем ты притащил сюда эту бездарную?
У меня перед глазами от злости даже чуть потемнело. Стало легче, когда я вспомнила вдруг, что в подобных случаях говорит наставник.
«Зубастый хищник, но зубы‑то гнилые. А гнилые зубы проще выбить».
Валлиус был прав, но и Арманиус, вновь сжавший мою ладонь, — тоже. Не мне эти зубы выбивать.
— Устав Совета, раздел второй, пункт четвёртый, — сказал ректор, как мне показалось, чуть насмешливо. — Каждый советник имеет право привести с собой одного приглашённого, независимо от его происхождения и рода деятельности.
— Я прекрасно помню устав, — процедил Адэриус, — я спросил зачем.
— А как, по‑твоему, я должен был сюда добираться? С переломанным контуром, — усмехнулся Арманиус. — Меня перенесла Эн. Так что это не я её привёл, а она меня.
У старого архимагистра вытянулось лицо.
— Перенесла? Демоны тебя раздери, Берт, это глупая шутка.
— А я и не шучу, Абрахам.
Но сказать что‑то ещё никто не успел — на «сцене» появился один из архимагистров. Примерно такой же старый, как Адэриус, и с тростью. Стукнул ею несколько раз об пол, и разговоры начали затихать.
— Я прошу тишины, господа и дамы. Сегодня мы будем обсуждать усовершенствование нашей системы законов, предложенное его высочеством Арчибальдом. Закон «О порядке наследования и получения титулов». Ваше высочество, прошу.
Сердце забилось сильнее, когда из помещения за «сценой» вышел Арчибальд. Обвёл взглядом зал, на секунду задержавшись на мне, чуть улыбнулся и начал говорить:
— Добрый вечер, уважаемые архимагистры…
Его высочество говорил примерно полчаса, и за эти полчаса я успела в полной мере ощутить, что такое «звенящая тишина». Господа маги молчали, словно на похоронах. Внимательно слушали, хмурились, морщили носы, кривили губы, но молчали. Хотя я не особенно вертела головой, стремясь изучить чужие реакции, больше слушала Арчибальда.
Он доработал закон, и доработал хорошо. Предлагал передавать титул супругам — соответственно браки между аристократией и не-аристократией становились возможны, а также за заслуги перед империей: за спасение кого‑либо из членов императорской семьи, зарегистрированные научно‑магические открытия и за выслугу лет. Всё это касалось только магов, и при таком законе далеко не каждый мог получить титул. Нет супруга, спасения или открытия — изволь отработать на родную империю двадцать лет, тогда получишь титул и право не платить налоги. Тоже не совсем справедливо. Но и дерево нельзя срубить одним движением топора.
Думаю, что при таком подходе архимагистры не стали бы сильно артачиться, понимая, насколько необходимо пересматривать застоявшиеся устои. Но Арчибальд решил пойти чуть дальше…
— Кроме того, я предлагаю ввести для аристократии ту же систему налогообложения, что сейчас применяется к не-аристократии.
Вот тут зал зароптал.
— Налог на зарегистрированных магически одарённых детей — раз. По достижении совершеннолетия — налог на обучение в высшем учебном заведении или училище при отсутствии у аристократа дара. Среднее образование остаётся бесплатным, как и магическая медицина.
Архимагистры шумели. Конечно, никому не хотелось платить налоги на собственных детей. За дар, если он в наличии, или за обучение немагической профессии — при его отсутствии.
— Прошу прощения, ваше высочество, — Адэриус встал с места и чуть поклонился принцу, — но позвольте узнать, какое отношение подобные поправки имеют к вашему закону о титулах? Это уже совершенно другие правовые акты.
— Самое прямое. В случае принятия моего закона казна остро ощутит нехватку средств. Это способ её наполнить.
«Дурак», — услышала я сдавленный шёпот сидящего рядом Арманиуса. Да, пожалуй, чересчур прямолинейно…
— Получается, нехватку средств планируется восполнять за счёт аристократии? — В голосе Адэриуса чувствовалось неодобрение, а в зале уже буквально ревели.
Мне захотелось посильнее вжаться в кресло — среди этих «сильных мира сего» я ощущала себя не очень уютно.
— Ваше высочество!
Как у Арманиуса получилось перекричать этот гул, ума ни приложу. Но он перекричал. Вскочил на ноги — и архимагистерский ропот начал затихать.
— Позвольте мне сказать пару слов по поводу вашего проекта.
Арчибальд нахмурился и зачем‑то бросил взгляд на меня. Поджал губы, но всё-таки произнёс с неохотой:
— Извольте.
Ректор кивнул и повернулся лицом к коллегам. Те уже почти совсем затихли, и по залу периодически проносился лишь недовольный шёпот.
— Его высочество во многом прав, мы с вами все это понимаем. И те, кто, как я, вышел из аристократии, и те, кто добился звания архимагистра, не обладая титулом. Конфликт в обществе назревает давно, и чем дольше мы будем откладывать принятие закона, тем хуже потом придётся нашим детям.
— У тебя нет детей, Бертран.
Услышав этот комментарий Адэриуса, я захотела стукнуть главу Совета. И, кажется, ректор тоже. Он на секунду прикрыл глаза, а потом ответил с лёгкой усмешкой:
— Я надеюсь когда‑нибудь исправить этот существенный недостаток, Абрахам. Итак, все мы понимаем необходимость принятия закона о титулах. Но я считаю, что в том виде, в котором закон представил его высочество, принимать ничего нельзя.
Арчибальд хмыкнул и сложил руки на груди, явно недовольный, а Арманиус продолжал:
— Это будет катастрофой для всех и вся. В первую очередь для казны. Изменения налогообложения для аристократии я отказываюсь сейчас обсуждать — это отдельная тема, требующая отдельного внимания. Что касается самого закона… Дорогие коллеги, я полагаю, все согласятся с тем, что гораздо эффективнее делать всё постепенно. И первый шаг — возможность заключить официальный брак. Многие маги получат титулы в течение следующего же месяца. И дабы компенсировать казне потерю средств, я бы предложил ввести пошлину на регистрацию подобного брака.
Архимагистры в зале хлопали глазами ничуть не хуже меня. Пошлина на регистрацию брака, ну надо же…
— Это несравнимые средства, — заметил Арчибальд. — Пошлина восполнит только одну десятую часть.
— Это верно, ваше высочество. Но и потери не такие уж и большие с учётом маленького шага. Сделаем его — и тогда посмотрим и подумаем, что дальше.
Арчибальд хмурился, по‑прежнему держа руки сложенными на груди. Я его понимала. Рассчитывая получить сразу всё, он не хотел довольствоваться малым. Но Арманиус был прав.
И мои мысли подтвердил голос, донёсшийся откуда‑то сверху:
— Вы правы, Бертран. Арчибальд, я поддерживаю инициативу архимагистра Арманиуса. Доработай закон. Обсудим на следующем чтении, скажем… в первый понедельник нового года.