Анна Шнайдер – Не проси прощения (страница 50)
Потому что, если знать характер Марины, подобный ответ значил скорее «да», чем «нет». И это было настоящее чудо. Божественное, не меньше…
Теперь главное, чтобы операция у Иры прошла хорошо. Виктор верил, что так оно и будет. Не может не быть.
И он ещё увидит на её лице широкую счастливую улыбку – совсем как раньше, в молодости, до того, как он принёс в жизнь Иры столько боли и горя.
Виктор знал, что всё для этого сделает. Всё, что она захочет и позволит ему сделать…
Эпилог
По детской площадке носились четыре фигуры – две маленькие и две большие. Маленькие гоняли ярко-синий мяч, а большие следили за тем, чтобы он не убежал за пределы площадки. Накрапывал мелкий дождик, но ветра почти не было – осень выдалась сухой и тёплой, хотя в этот день было пасмурно.
Яркие кленовые листья медленно падали с деревьев и ложились на зелёную поверхность пушистого покрытия. Две пары крошечных ножек топали по нему, а их обладатели громко смеялись и ничего не замечали, кроме синего мячика, который сейчас был в плену у Бориса.
– Уля, Инка, ловите! – выкрикнул Борис, прячась за стенку домика-гриба, и швырнул мячик в сторону двух девочек примерно одного возраста. Ульяна и Инна завизжали и помчались за игрушкой. Ярко-розовый капюшон Ульянки из-за быстрого бега слетел с её головы, выставив на всеобщее обозрение жёлтую шапку с двумя помпонами – красным и оранжевым; Инна за компанию сдёрнула свой. Куртка на ней была зелёная, шапочка – белая, без помпончиков, зато с брошкой в виде рыжего котика. А под шапкой скрывались такие же рыжие волосы – солнечные и радостные, как сама девочка.
Где-то рядом хлопнула дверца машины, но никто из играющих на детской площадке не обратил на это внимания. Не заметила и не обернулась на звук и Ирина – она сидела на лавочке и наблюдала за игрой, сжав в ладонях стакан с горячим чаем, купленный Виктором в ближайшей кофейне. Несмотря на то, что Ирина прекрасно помнила, кто должен приехать и по какому поводу, она была слишком увлечена игрой девочек, зятя и мужа, чтобы обращать внимание на что-то ещё.
Марина вышла из машины брата, следом за ней из салона выбрался и Максим. Близнецы встали на краю детской площадки, наблюдая за играющими и ощущая, как губы непроизвольно растягиваются в улыбке.
– Почему ты всё-таки передумала? – спросил Максим негромко и хлопнул себя по нагрудному карману, проверяя, всё ли на месте. – Долго ведь сомневалась, а тут вдруг – в одночасье…
– Ты будешь смеяться, – пробормотала Марина слегка сконфуженно, и Максим пожал плечами.
– Может, и буду. Но не факт. Давай, что ли, проверим?
– Ладно… Помнишь, мама гриппом болела? А когда ей стало намного лучше и она перестала быть заразной, отправила папу пинком ко мне, чтобы он хоть погулял и отвлёкся. И мы пошли во двор вчетвером – он, я, Уля и Инка. А там гуляла Валя с первого этажа…
– Это которая разведёнка с прицепом?
– Вроде того. Но дело не в том, что она разведёнка с прицепом, а в том, что ей нужен мужчина. Она как кошка, короче… Муж от неё из-за этого и ушёл. Валя как папу увидела, так и давай перед ним хвостом крутить.
– Представляю реакцию отца, – хохотнул Максим, и Марина покосилась на него с удивлением.
– Представляешь? Да?
– Угу. Давай угадаю. Морда кирпичом и выражение лица отрешённое, как будто он не с женщиной, а с Богом общается?
– Точно, – усмехнулась Марина. – Но тебя, видишь, это не удивляет. А меня – удивило, каюсь. Потому что Валя ведь безотказная. И беспроблемная. Такая в семью не полезет, ей как раз мужа не хочется, только любовника. Она даже до денег не очень падкая – сама хорошо зарабатывает. К Боре тоже подкатывала однажды, представляешь?
– А вот это как раз не представляю, – ответил Максим уже гораздо серьёзнее. – Странно, что после этого она сразу не переехала в другой дом.
– Да уж… В общем, Валя тогда надулась, поняв, что на неё не реагируют, и отвалила. А я… Мне вдруг так захотелось больно ему сделать. Знаешь, как раньше в детстве, когда… И я ляпнула: «Что же ты, не хочешь развлечься? Я никому не скажу!»
– О как. Жестокая ты, Ришка. Впрочем, я не лучше. И… нет, сейчас я как раз не могу предсказать реакцию отца. Что он тебе ответил?
Марина зажмурилась, покраснев от стыда.
– Меня больше поразило не то, что он ответил, а то, что он не обиделся, Макс… Я бы обиделась. Он ведь не заслуживает… В прошлом, может, и заслуживал, а сейчас – нет. Но он не обиделся, не стал возмущаться или оправдываться! А сказал так спокойно: «Если я захочу развлечься, ты узнаешь об этом первой». И мне от этого тона настолько неловко стало… Я пробормотала: «Это почему?». А он: «Потому что я с тобой буду это делать. С тобой, мамой, Инкой и Ульянкой». И я не стала больше ничего говорить – не смогла, так стыдно было за себя, у-у-у-ужас. Вот после этого я и решила, что пора бы нам с тобой всё-таки…
– Я рад, что ты решилась, – кивнул Максим и, нащупав руку Марины, сжал её ладонь. – Одному не хотелось, это было бы неправильно. Ну что… пошли? Кстати, ты маму-то предупредила, чтобы она не волновалась?
– Да, мама в курсе.
Близнецы, взяв друг друга за руки, шагнули на детскую площадку. Атмосфера там тут же изменилась, поскольку новоприбывших заметили Ульяна и Инна, завизжали и кинулись навстречу. Марина подхватила на руки Улю, Макс – Инку, оба чмокнули девчонок в щёки, а потом поменяли их местами – и чмокнули ещё раз.
Как раз в тот момент, когда Марина и Максим ставили детей на ноги, подошли Борис и Виктор.
– Ну, как всё прошло? – Борис улыбался, лукаво глядя на жену и её брата.
– Нормально, – ответил Максим, тоже улыбнувшись, и покосился на порозовевшую Марину. Она смотрела на отца – робко и нерешительно, совсем не свойственным ей взглядом. Ведь знает же, что он обрадуется, а всё равно смущается, дурочка…
– Что прошло? – поинтересовался Виктор, взяв на руки Инку. Та тут же вцепилась в него, как клещ. Марина вздохнула, ощутив почти привычный досадливый укол в сердце – да, когда-то и она так же висла на папе, а потом… – Вы где были-то с утра пораньше?
– Паспорта получали, – весело фыркнул Максим, и Виктор удивлённо поднял брови. Он всё ещё не понимал, да.
– Загран, что ли? Куда-то собираетесь?
– Нет, пап, не загран. – Марина нервно улыбнулась и достала из кармана куртки свой паспорт. Раскрыла его на странице с фотографией и протянула отцу. – Вот.
– С Днём рождения! – пошутил Макс, точно так же раскрывая и протягивая собственный документ.
Они давно не видели подобного выражения на лице отца… Это был шок. Абсолютный. Словно они не вернули то, что принадлежало им по праву рождения, а сообщили, будто собираются эмигрировать в Австралию.
– Что это тут у вас? – послышался сзади голос Ирины, и через мгновение она встала рядом с мужем. – А-а-а… Ну что ж, дети, поздравляю!
– Тай та? – поинтересовалась Ульяна, ткнув в сторону паспортов пальцем. Марина и Максим тут же убрали их обратно в карманы – пока девочки не решили, что им срочно нужно поближе посмотреть принесённое.
– Это не интересно, Уль, – ответил Борис, отводя дочь в сторону. – Пошли лучше в мячик играть. Смотри-ка, и дождь кончился!
– Мясь! – зашевелилась Инка на руках у Виктора. – Бей!
– Иди-иди, – Горбовский поставил дочь на землю, улыбнулся ей, а потом перевёл взгляд на близнецов. И столько в этом взгляде всего было – сокровенного, настоящего, искренне благодарного, – что Марина на мгновение даже перестала дышать от радости и облегчения. – Спасибо, дети.
Максим пробормотал что-то невнятное, а Марина промолчала – вообще была не в силах говорить. Тогда Виктор шагнул в её сторону, коснулся тёплыми и твёрдыми губами щеки, погладил по волосам, пожал руку и кивнул сыну – а после сразу вернулся к игре в мяч с Борисом и девочками.
– Молодцы, – негромко, но с чувством сказала Ирина, обняла близнецов и отошла на свою лавочку. Села, вновь взяла в руки стакан с чаем и сделала большой глоток.
На её лице медленно, но светло и ярко разгоралась искренняя счастливая улыбка.
Поздравляю всех с завершением истории!
И приглашаю в мою новинку – "Надеюсь, она не узнает". Особенно это касается тех, кто любит ругать героев))
Конец