Анна Шнайдер – Двуликие (страница 67)

Он вздохнул и закатил глаза по своей любимой привычке.

— Шайна!

— Слушай, отвали! — Я всё-таки выдернула плечо из его цепких пальцев. — Не буду я тебе помогать!

— Пожалуйста, — вдруг очень тихо и как-то обречённо сказал Коул. — Очень тебя прошу. Если поможешь, я тебя никогда не буду оскорблять, обещаю. Но мне не к кому больше обратиться.

Взгляд его был таким отчаянным, что я решилась спросить:

— Объясни сначала, зачем тебе Коготь?

— Я хочу найти отца.

Мои брови вновь поползли вверх.

— Понимаешь… — Коул на секунду замялся. — Мой отец исчез, когда мне было десять. Я слышал разные слухи, вплоть до того, что он предал Повелителя… Но я в это не верю. Кроме того, он очень меня любил и не мог просто взять и бросить. Я хочу понять, что с ним случилось и где он.

Я сразу поверила Коулу. С такими лицами не лгут.

— А при чём тут Коготь?

— Как это — при чём? У него же связи со всем преступным миром. Находясь в Эйме, я так и не смог найти никаких следов, но здесь не Эйм… Быть может, у людей лучше получится.

Раздумывала я недолго.

— Ладно. Пошли.

— Поможешь? — он так обрадовался, чуть на месте не начал прыгать.

— Помогу-помогу… Только больше никаких оскорблений, понял?

— Да! Честное слово!

Стальным Когтем звали постоянного любовника матушки Розы. Я звала его «дядя Коготь».

Конечно, это был не единственный его статус. В нашем квартале он был известен как официальный староста бывших каторжников и неофициальный главарь преступного мира столицы. Дядя Коготь был из тех, кто первоначально боролся с борделем матушки, ведь это сфера его интересов — шлюхи как явление незаконное тоже считались частью преступного мира. А матушка Роза умудрилась отсечь эту значительную часть…

Но в итоге ненависть перешла если не в любовь, то в симпатию, и я довольно-таки часто встречала Стального Когтя в борделе. Он даже предлагал матушке выйти за него замуж, но она отказалась. Почему я никогда не спрашивала.

А Коул… Что ж, его причина была единственно возможной причиной, по которой я могла согласиться ему помогать. Я очень хорошо понимала его состояние. Мне тоже когда-то хотелось найти отца.

— Погоди… Мы что, в бордель идём?

— Угу.

— Зачем?!

Я посмотрела на него как на идиота.

— А ты думаешь, я знаю домашний адрес Когтя? Спешу тебя разочаровать — я никогда не была у него в гостях.

— А в твоём борделе, думаешь, знают?..

— Знают-знают, — кивнула я. — В этом у меня нет никакого сомнения.

Коул наконец заткнулся, и я могла рассуждать дальше.

Значит, его отец исчез десять лет назад… Именно десять лет назад умерла моя мама. Нет, конечно, вполне может быть, что эти два происшествия совершенно не связаны друг с другом. Но…

— А как пропал твой отец?

— А как обычно пропадают? Ушёл и не вернулся.

— Куда ушёл?

— Я не знаю. Потом говорили, что он заговор организовал против Повелителя и на этом погорел. Но я не верю, не мог он. Ему власть всегда была до лампочки, он совершенно о ней не мечтал. Он науку любил, особенно артефакторику…

— А мама твоя?..

— Мама жива. Она замужем за другим эльфом. Я… результат внебрачной связи. Я признанный ребёнок, которого она решила оставить, но воспитывал меня отец… А потом дедушка…

Понятно — Коул что-то вроде Триш Лаиры. Только она была рождена человеческой женщиной вне брака, а такие дети по определению незаконнорожденные. А если вне брака, но эльфийка — это у них нормально, и права почти такие же, как у «брачных».

Мы с Коулом поймали карету и вскоре подъезжали к зданию борделя. Я попросила объехать его, чтобы зайти через чёрный ход. Никогда не любила парадные двери и холл перед ними.

— Может, ты без меня?..

— Слушай, имей совесть, а? — возмутилась я. — Давай, не брезгуй. Тебе там никто не предложит полы языком помыть.

Коул вновь закатил глаза, но всё-таки вышел из кареты. Я выскочила следом и зашагала к чёрному ходу.

Меня, разумеется, ждали. Но ждали меня одну, а я-то пришла не одна.

— О! — завопила Клоди сразу же, как только я переступила порог, — я не успела и рта раскрыть. — А наша Шани-то с кавалером пришла! Глядите, девки!

«Девок» было три штуки, не считая Клоди, и все они дружно захлопали глазами на Коула, который слегка побагровел.

— Привет, девочки, — сказала я чуть кислее, чем следовало. — А где матушка?

— На кухне. Пироги печёт. А вам, может, комнатку?..

— Нет, — рявкнула я и, схватив эльфа за руку, потащила за собой. Он благоразумно молчал.

Матушка Роза действительно была на кухне. Она занималась тестом, и мука была повсюду — на столе, немного на стульях, на её переднике и даже на лбу.

— Шани! — первой реакцией матушки была улыбка, а затем она заметила Коула и изменилась в лице. — А это…

— Это Коул. Мой однокурсник. Коул, познакомься с матушкой Розой. Моей приёмной мамой.

Эльф кивнул и изобразил улыбку человека на приёме у зубного лекаря.

— Ему очень нужна ваша помощь, — продолжила я.

— Моя? — протянула матушка удивлённо.

— Ага. Коулу надо встретиться с Когтем.

— С Когтем… — повторила она, тряхнула головой — с волос полетела мука — и спросила: — И зачем же сиятельному эльфу понадобился Стальной Коготь?

Это точно была насмешка, хотя голос матушки Розы был совершенно бесстрастным.

Коул кинул на меня яростный взгляд, но всё же ответил:

— Я хочу найти отца и полагаю, что Коготь может помочь мне в этом.

Матушка Роза несколько секунд изучала его лицо. Не знаю, что она в нём нашла, но в итоге моя приёмная мама сказала:

— Я не смогу помочь тебе, пока ты не расскажешь все подробности. Сам же понимаешь.

Коул кивнул и начал рассказывать.

Выслушав его короткую историю, матушка Роза решила, что всё же не станет провожать нас к Когтю, а сама пригласит его в бордель.

— Только это будет завтра ближе к вечеру, — сказала она эльфу. — Приходи завтра. Можешь даже без Шайны. И с чёрного хода. С парадного у нас только клиенты заходят.

Эльф скривился, услышав про клиентов, но кивнул.

А потом матушка Роза предложила нам остаться на пироги, которые она как раз собралась ставить в духовку…