Анна Шнайдер – Двуликие (страница 191)
— Да-да, — закивали однокурсники, но на лицах понимания не отражалось, это даже я видела.
— В лучшем случае вам светит дисциплинарное предупреждение, — судя по всему, магистр тоже не впечатлился увиденным. — А возможно, и исключение — смотря какие будут последствия. Легко вы не отделаетесь, ясно?
— Да, магистр Керт! — грянула пара десятков голосов, и преподаватель скептически хмыкнул.
— Что ж, тогда свободны. Занятие на сегодня окончено.
Я, опасаясь, что Керт сейчас задержит меня по какой-нибудь причине, ломанулась к выходу одной из первых, оправдывая себя тем, что собираюсь поговорить с отцом. Магистр меня не окликнул, и я вздохнула с облегчением.
Впереди была ещё одна встреча с Кертом, и когда я о ней думала, у меня внутри всё сжималось одновременно от страха и нетерпения.
Отец подтвердил мои мысли: он действительно не рассказывал об этом способе, потому что опасался, что он не сработает и я буду разочарована. А выяснить, работает или нет, должен был именно магистр Керт, как мой наставник в приручении Огня. Я сообщила, что получилось, и папа обрадовался как ребёнок, я даже подумала, он сейчас прыгать начнёт и в ладоши захлопает. Но нет — только улыбнулся и заявил, что с завтрашнего дня будем проводить тренировки по этой схеме.
Новость о случившемся на боевой магии быстро долетела до остальных однокурсников, поэтому за ужином все обсуждали эту тему, в том числе и за нашим столом. Я в обсуждениях участия не принимала — была слишком напряжена перед занятиями с Кертом, — но краем уха слушала и поражалась, с каким энтузиазмом к этому отнеслись Коул и Данита. Словно я уже приручила Огонь! Да-да, им казалось, если я смогла принять чужую силу, значит, и приручение не за горами. Мне бы подобную уверенность, особенно когда приходится бродить по крыше. Интересно, Керт меня вновь туда потащит или сменит дислокацию? Я даже не знаю, чего мне сильнее хотелось. Что предпочтительнее — зло знакомое или зло незнакомое? Наверное, всё же первое.
После ужина Коул буквально присосался ко мне, и отделаться никак не получилось, пришлось позволить провожать до комнаты. Он пытался вызнать, почему поддельный Дамир пригласил меня на свидание — точнее, почему я согласилась, — а ещё выяснить, какие у меня планы на выходные и не желаю ли я сходить погулять на этот раз с ним. Я не желала, поэтому старательно закрывала эту тему, а вопрос с Дамиром был решён сразу, как я заявила: «Императорам не отказывают». И одна Дарида знает, чего мне стоило сказать эту жуткую фразу…
А когда мы подошли к комнатам отца, оказалось, что магистр Керт уже здесь и ждёт, подпирая собой стену. Я смутилась, особенно как только заметила, насколько недовольным взглядом он смерил Коула, и поспешила извиниться:
— Простите, магистр, я не думала, что заставлю вас ждать.
— Я просто пришёл раньше. — Он протянул мне руку, и на этот раз уже Коул недовольно посмотрел на неё. — Пойдёмте, Шайна, нам пора.
Я приняла его ладонь, и через пару мгновений магистр активировал амулет переноса.
Ничего не изменилось: мы вновь оказались в уже знакомой комнате с широким окном, откуда открывался во всех смыслах потрясающий вид на крышу и тёмное вечернее небо без проблеска звёзд. Сегодня эти маленькие пульсирующие светом точки заслоняли тучи.
— Ты знаешь, что делать, — произнёс Керт негромко, легко подталкивая меня в спину по направлению к окну. Я вздохнула, чувствуя привычно нарастающий страх, сжала кулаки и, не возражая, сделала то, что должна была сделать, — распахнула окно, перелезла через подоконник и шагнула на крышу. Застыла, пережидая приступ отчаянной паники и тупой злости — за что мне всё это?! И, чтобы отвлечь саму себя от глупых мыслей, поинтересовалась у Керта, который в эту секунду вылезал из окна:
— А вы не боитесь высоты, магистр?
Я не смотрела на собеседника — изучала глазами небо и покатую поверхность крыши. И почему он не выбрал крышу поровнее? Эта черепица, резко уходящая вниз, как зимняя горка для катания на санках, мне безумно не нравилась. С ровной поверхностью было бы проще. Но Керт, по-видимому, не собирался облегчать мне жизнь.
— Не боюсь, — ответил он, подходя ближе, и положил ладонь мне на талию. — По крайней мере так, как ты, — нет. Не думаю, что мне понравилось бы падать с высоты, разумеется, но в остальном…
От его руки шло тепло, согревая мою ледяную от страха кровь. Кажется, я ошиблась, утверждая, что Керт не собирается облегчать мне жизнь. Сейчас он именно этим и занимался, успокаивая меня этой ненавязчивой заботой.
— А чего боитесь вы? Огня, змей, пауков?..
Он едва слышно рассмеялся.
— Огня? Шани, было бы странно, если бы стихийный маг боялся огня. Что касается змей и пауков — нет, определённо не боюсь. А почему ты спрашиваешь?
Я пожала плечами.
— Может, я хочу вам отомстить? Вы же мучаете меня одним из моих страхов. Знаю, это во благо, но…
— Для того, чтобы отомстить, тебе будет достаточно просто перестать стараться. — Керт усмехнулся. — Но вряд ли тебя саму это устроит. Иди уже, хватит стоять на месте.
Вредина. Я сделала маленький шаг вперёд и чуть не упала, услышав негромкое:
— Кстати, сегодня туда-сюда ходим дважды. Постепенно повышаем ставки.
Мне захотелось выругаться, но я промолчала, понимая: бесполезно. Ругайся не ругайся, а я обречена проводить время на этой крыше, пока не научусь преодолевать собственный страх.
На двухразовую прогулку туда-сюда у меня ушло полчаса. И к концу этого действа я неожиданно обнаружила, что почти полностью перестала бояться, причём, кажется, поняла, как это у меня получилось. Вышагивая по крыше, я старалась ни о чём не думать, и это работало — чем меньше я думала о своих действиях, тем ничтожнее становился страх. Нужно было только очистить мысли, и в этом мне отлично помогали разные детские песенки, которые я напевала себе под нос, пытаясь сосредоточиваться только на них, и больше ни на чём. Не могу сказать, что это было легко, но получилось же в итоге! И когда магистр наконец позволил мне вернуться в комнату, я была почти счастлива. Села на пол, спиной к стене, и прикрыла глаза, пытаясь справиться с клокочущей в груди радостью: всё, на сегодня я закончила…
— Как себя чувствуешь? — Судя по звуку, Керт сел рядом. Я распахнула глаза — да, так и есть. Только не боком, а лицом ко мне, скрестив ноги и положив ладони на колени. В вечернем полумраке я совсем не могла рассмотреть выражение его лица, видела только блеск глаз.
— Сносно. А следующий раз…
— Послезавтра. Будем встречаться через день, так тебе будет проще. Я бы предпочёл каждый день, но тебе ведь необходимо делать домашние задания, верно?
— Да, конечно.
Он несколько секунд молча смотрел на меня, и отчего-то казалось, будто воздух между нами сгущается, становится вязким, как кисель. Хотелось отогнать его руками, приблизиться, дотронуться… Дарида, откуда эти мысли?
— Тот эльф, с которым я видел тебя сегодня… Ты с ним встречаешься?
В груди запекло, руки задрожали, и я закусила губу, пытаясь не ляпнуть лишнего. А заодно разобраться, действительно ли мне почудились в этом спокойном и словно замороженном голосе нотки ревности?
— Это важно, магистр?
Молчание.
— В целом — нет. Но, если встречаешься, советую не рассказывать ему о том, чем мы с тобой занимаемся.
Прозвучало совсем не угрожающе, нет. Возбуждающе до крайности. Я даже дыхание задержала, чувствуя, как бешено колотится сердце, отдаваясь лихорадочной пульсацией между ног. Кхаррт, что со мной? И мне показался этот намёк или он был на самом деле? А если показался — я что, с ума схожу?
— Почему? — выдавила из себя хриплое и удивилась, когда Керт спокойно спросил:
— Ты уверена, что хочешь услышать ответ?
Уверена. Или нет?
— Да, магистр.
— Страх — это только начало, Шайна, — пояснил он, и я вся сжалась от странного, волнующего душу предчувствия. — Потом будут другие эмоции. Ярость, неловкость, страсть.
— Стра… — Я кашлянула, задохнувшись. — А?..
— Это будет нескоро, — «успокоил» меня Керт. — Не думай пока об этом.
— Но как? — прошептала я, невольно прижав ладони к пылающим щекам. — Всё остальное я примерно представляю, но — страсть?
— Ты прекрасно знаешь — существуют специальные зелья, — ответил магистр так легко и невозмутимо, словно рассуждал о погоде, а не о том, как собирается напоить меня возбуждающим зельем. — Но повторюсь: не думай пока об этом. Поверь, когда ты пройдёшь страх, ярость и неловкость, у тебя уже не будет сил переживать из-за страсти. Вообще, — он покачал головой, — полагается делать упражнения в другом порядке и начинать со страсти, потому что это самое лёгкое. Но мне не хотелось тебя смущать. Поэтому её мы оставим напоследок.
Я молчала, не в силах осознать всё услышанное. И в конце концов просто негромко поблагодарила, решив больше ничего не уточнять.
Потом подумаю.
Когда она вошла в комнату, он сидел в кресле и смотрел на мерцающий в камине огонь. Лицо его было застывшим, словно маска — впрочем, оно ведь и было маской, разве нет?
— Я хотела кое-что показать тебе, — произнесла Эмирин тихо, подходя ближе. — События вчерашнего вечера, и, наверное, стоило сделать это сразу, но я никак не могла решиться.
— Шайна? — сразу понял он, подняв голову и поглядев на Эмирин уставшими и будто бы воспалёнными глазами. Хотя это было не удивительно — она знала, что последние дни он очень плохо спал.