Анна Шнайдер – Двуликие (страница 187)

Вот всегда бы так.

Я успела минут пять пообщаться с отцом, рассказав ему, как прошёл день, и тут в дверь постучали. Сердце сразу забилось сильнее, и мне почудилось, что оно сделало в груди настоящее сальто, перекувырнувшись через соседние внутренние органы, а затем вернувшись на место.

— Опять на крышу меня потащит… — пробормотала я, делая неуверенный шаг к двери, и услышала тихий смешок Дрейка.

— Крыша — это щадящий вариант, Шани. Эмирин, когда учила Триш ставить щиты, таскала её в клетки с разными дикими зверями. И в случае, если щит плохо срабатывал, они клацали зубами прямо у Триш перед носом.

— Кошма-а-ар, — ужаснулась я, испытывая невольную благодарность к Керту. Да, действительно, крыша — меньшее из зол. Если бы магистр потащил меня в клетки к хищникам, я бы описалась со страху. — Надо постараться и не злить его сегодня, а то вдруг передумает и решит, что звери более эффективны…

— Отличный стимул, колючка, — рассмеялся отец, и я распахнула двери. Сглотнула, столкнувшись с горячим взглядом Керта, и, кашлянув, негромко произнесла: — Добрый вечер.

— Добрый, Шайна, Дрейк, — магистр кивнул мне и отцу. — Я заберу её на час, не дольше. Пойдём, Шайна.

— Удачи, — раздался позади тихий голос отца, а я шагнула вперёд, уже привычно цепляясь за локоть Керта.

Да, меня вновь ждала крыша. Точнее, сначала комната в гостинице, а потом — та же самая крыша, что и в прошлый раз. Но сегодня магистр отказался помогать мне, заявив:

— Давай-ка сама. Вылезай в окно и иди. Я за тобой.

Я нервно переступила с ноги на ногу, сглотнула неприятно вязкую слюну — эх, водички бы выпить, в горле совсем сухо, — и поинтересовалась:

— А упасть с крыши я не смогу, там щиты стоят, да?

— Можешь проверить, — развёл руками Керт и провокационно, широко улыбнулся. Я несколько секунд таращилась на эту улыбку, не понимая, какого кхаррта она напоминает мне улыбку моего Норда, если этот человек на него даже не похож?! А потом, опомнившись, вновь повернулась к окну.

На улице давно стемнело, и крыша гостиницы освещалась очень скудно, только уличными фонарями — их свет долетал сюда, но в малом количестве, — и луной. С бархатного неба мне подмигивали маленькие звёзды, словно подбадривали, а заодно забавлялись — им-то никакая высота не страшна.

Так, ладно, Шайна. Помни — лучше уж крыша, чем дикие звери. Она, по крайней мере, не носится вокруг тебя, не рычит и не пытается сожрать. Тебе нужно просто погулять по ней туда-сюда, и всё. Не самое сложное дело на свете, правда?

И я решительно перешагнула через подоконник.

Собственно, на этом моя решительность закончилась. Оказавшись «за бортом», несмотря на то, что здесь было совсем не холодно из-за поставленной магистром защиты, я задрожала и сжала кулаки, пытаясь не завопить от страха. Ну боюсь я высоты, боюсь! Одно дело — стоять на балконе, где от полёта тебя отделяют перила, и совсем другое — вот так, на покатой крыше…

— Шани, чего именно ты боишься? — раздался возле моего уха спокойный голос Керта. — Проговори это вслух.

— Высоты, — выдавила из себя, на мгновение зажмурившись.

— Высота — абстрактное понятие. Что она может тебе сделать? Когда кто-то боится огня, он не хочет обжечься. Ты боишься высоты, значит, ты не хочешь… чего? Скажи мне.

— Разбиться. Наверное.

— Но я ведь сказал тебе, что ты не разобьёшься. Так чего ты боишься?

Я молчала. Понимала, к чему он клонит — у страха не было причины. Но я давно поняла: чтобы бояться, причина вовсе и не нужна.

— Это просто неприятно. Когда земля не рядом с твоими ногами, а далеко, у меня кружится голова и начинает сводить живот.

— Борись с этим и иди вперёд. Тебе необходимо научиться подавлять эмоции. Хотя я допускаю, что выбрал не тот способ… Если сегодня не выйдет, попробуем другое упражнение.

— Не надо другое! — Я ужаснулась. — Я вот, уже иду, видите?

Осознав, что Керт может потащить меня в клетки, я сделала сразу пять шагов вперёд. И, пожалуй, слишком поторопилась показать, какая я молодец, — на последнем шаге споткнулась, ойкнула, села на попу и… поехала. Как с горки на санках. Только вместо горки была крыша, а санок не было вообще, и это оказалось неожиданно больно.

Ехала я всего ничего, пару секунд, затем сработал щит, но мне хватило, чтобы перепугаться до полусмерти. Я зажмурилась, схватилась за голову и жалобно захныкала.

— Шайна. — Невозмутимый до безобразия Керт остановился за моей спиной, присел и положил ладони мне на плечи. — Ничего страшного не случилось, вставай.

— Вам легко говорить, а у меня… э-э… ноги будто наждачной бумагой потёрли!

— Если не встанешь, заставлю задрать юбку и показать, что там у тебя с ногами.

От неожиданности я замерла, а потом выдохнула:

— Вы… серьёзно?

— Абсолютно. С чего мне быть несерьёзным? Я с удовольствием полюбуюсь на твою производственную травму. И не только полюбуюсь, но и чем-нибудь обработаю.

Он так убедительно это говорил, что я искренне попросила:

— Не надо!

— Раз не надо, вставай и иди дальше.

Я вздохнула, открыла глаза, посмотрела в тёмное небо… Дарида, за что мне всё это?

Но распускать нюни было некогда, да и я опасалась, что Керт передумает и утащит меня с крыши «пробовать другое упражнение». Поэтому поднялась, пошатываясь, и сделала крошечный шаг вперёд, стараясь не думать о том, где нахожусь и куда именно иду.

— Молодец, — негромко похвалил магистр. — Давай дальше. Дойдёшь до края, потом обратно — и ты на сегодня свободна. Это не больше тридцати шагов, Шани.

Тридцать… не так уж и много, но и не мало. По крайней мере, вполне достаточно, чтобы оцепенеть от страха.

Шаг, ещё шаг. С каждым движением возникало ощущение, будто в груди разрастается огромный комок ледяной боли, и по коже табунами бежали мурашки, заставляя ёжиться и вжимать голову в плечи. Чем дальше я продвигалась, тем труднее было шагать, крыша становилась всё более покатой, и рядом уже виднелся острый конёк.

Когда я остановилась в шаге от него, меня тошнило, и мир вокруг дрожал от панических слёз, застывших в глазах.

— Ещё шаг. Всего один, Шани.

— К самому краю?.. — просипела я, надеясь, что Керт скажет: «Не нужно, разворачивайся и вали отсюда поскорее».

— Да, к самому краю.

Я взвыла, сделала последний шаг, развернулась — и рванула вверх, отпихнув магистра. Сама не поняла, как это получилось, но я почти взлетела к окну, перепрыгнула через подоконник с такой скоростью, будто делала это каждый день, и свалилась на пол с глухим стуком, словно мешок с картошкой. Закрыла глаза и замерла, сжавшись в комок и мечтая поскорее оказаться в тёплой постели и выпить горячего чаю, и чтобы никогда никаких крыш!

Керта я почувствовала, а не услышала — он сел рядом со мной совсем бесшумно. Притянул к себе — я не сопротивлялась, — приобнял и сунул под нос нечто с резким запахом спирта и ягод.

— Выпей.

— Что это? — пробормотала я, не спеша ни открывать глаза, ни брать то, что он мне предлагал.

— Обыкновенная ягодная настойка. Глотни, станет легче. Ты ледяная.

— Я бы лучше чаю…

Запах алкоголя исчез из-под носа, но вскоре появился другой аромат, от которого у меня чуть не потекли слюни. Чай! Травяной, с лимоном и мёдом. А я так хочу пить!

Я распахнула глаза и с энтузиазмом схватилась за предложенную Кертом фляжку. Высосала её почти залпом и только после этого опомнилась.

— Ой! Я же вам не оставила!

— Ничего страшного, я не хочу. — Магистр улыбнулся и погладил меня по плечу. Тут я и осознала, что сижу практически с ним в обнимку.

Нет, отодвигаться не хотелось, и вот это как раз было странно.

— Ты молодец, — продолжал между тем Керт. — Отлично справилась. Ещё два раза справишься не хуже, и будем пробовать новое.

— Два раза? — простонала я, хлопая себя по лбу. — Два?!

— Шани, это мало, — покачал головой магистр. — По-хорошему, нужно повторять упражнение до тех пор, пока ты не научишься нормально бороться со страхом. Да, сегодня ты смогла подавить эмоции и выполнила моё задание, но с большим трудом. А нам требуется лёгкость.

Я вздохнула.

— Тогда давайте я похожу по крыше больше, чем два раза.

— Посмотрим, — уклончиво ответил Керт, поднимаясь на ноги и помогая мне встать. — Завтра сделаем перерыв, а вот послезавтра продолжим, договорились?

— Да, — кивнула я, ощущая непонятное разочарование. Только оказавшись в своей новой комнате, поняла, откуда оно взялось.

Я надеялась встретиться с Кертом завтра, во вторник, а он перенёс занятия на среду. Удивительно, но, несмотря на то, что магистр мучил меня и вообще всячески напрягал, я всё равно хотела его видеть…