Анна Шнайдер – Двуликие (страница 169)
— Вряд ли. — Эмирин мотнула головой. — Теперь, после всего случившегося, он будет считать себя виноватым и ещё больше уверится, что Шайне лучше не знать правду.
Нарро поморщился.
— Она и сама сможет понять эту правду, если хорошенько подумает. Так будет даже лучше. — Эмирин поцеловала мужа в щёку, в губы, вздохнула и призналась: — Я ужасно соскучилась.
Он моргнул, посмотрел на неё — и золотой ободок вокруг зрачка расширился, заняв всю радужку так, что глаза полностью пожелтели. Обжёг взглядом, заставив резко выдохнуть и облизнуть губы, и прорычал:
— Я тоже.
А затем подхватил на руки и понёс к дивану.
Первой, даже до сознания, ко мне вернулась боль. Всё тело ломило и горело, будто я получила ожог или с меня живьём содрали кожу. Я дёрнулась, попытавшись пошевелиться, но обнаружила, что не ощущаю ни рук, ни ног. Я чувствовала боль, а пошевелиться не могла. Жуткое состояние, пугающее до дрожи, но дрожать тоже не получалось.
А дышать? Да, кажется, я дышала, иначе откуда эта жгучая боль в груди? Но больше ничего. Ни глаз открыть, ни сжать пальцы на руках в кулаки, ни спросить, что со мной.
Действительно, что со мной? Последнее, что я помнила, — как мы идём на занятия по физподготовке. Делаем упражнения, бежим, и рядом принцесса… А после — провал. Пустота. Что же случилось? На академию напали? Очередное покушение на наследников? Живы ли они? И…
Я отчётливо ощутила, как на лбу выступила ледяная испарина, охладив будто бы обожжённую кожу. Я не чувствую своей магии… совсем, абсолютно! Я словно не маг, а человек без капли дара! Что это? Я выгорела?!
На этот раз, видимо от испуга, дёрнуться всё же получилось, и с моих губ сорвался невнятный стон.
— Шани, малышка… — Голос Дрейка был странным, сиплым и словно полным страха. — Очнулась… Я сейчас дам тебе воды. Не бойся, ты поправишься, это всё временно…
Временно? Что именно? Почему я не чувствую свою магию?!
Холодное стекло коснулось губ, и в рот полилась медленная и тонкая струйка чистой воды, сладкой и прохладной. Я сразу её узнала — это была вода из того ручья в парке императорского дворца. Но к чему она мне сейчас? Она пополняет резерв, а я чувствовала себя так, будто у меня нет никакого резерва. Или он просто опустошён до предела? Я ни разу не пользовалась силой так, чтобы вычерпать всё досуха, поэтому не представляла, как должны ощущать себя маги, которые истратили магию до капельки.
Вода ничего не изменила, сила не вернулась. Только горло стало меньше болеть, а лёгкие — гореть, и глаза я наконец смогла открыть.
Дрейк склонился надо мной, и видела я его мутно, но и того, что могла разглядеть, оказалось достаточно, чтобы понять — выглядит эльф отвратительно. Наверное, как-то так выглядят люди, которых сначала проглотит, а потом, пожевав, выплюнет какое-нибудь чудовище, признав — несъедобен. Слишком горький.
По ладоням пробежались иголочки — я начала чувствовать руки. А следом пришло понимание… я в антимагических браслетах. Что? Но почему?!
Видимо, что-то изменилось в моём лице, потому что Дрейк вдруг наклонился совсем низко, прижался своим лбом к моему и прошептал с горячим убеждением:
— Шани, это всё ненадолго. Ничего страшного, не волнуйся, ты не потеряла магию, даже наоборот. Мы их снимем через пару дней, обязательно…
Даже наоборот?
Наоборот. Даже наоборот…
Я сглотнула. Память возвращалась краткими вспышками, и вслед за ней пришла невыносимая, дикая, безумная боль, по сравнению с которой всё, что я испытывала ранее, казалось комариным укусом.
Норд…
Нет, нет, это неправда. Дурной сон. Я сейчас закрою глаза, а когда открою их, то буду лежать в своей комнате в общежитии, рядом будут смеяться Дамир и Дин, а я буду смотреть на них и безмолвно улыбаться.
Я зажмурилась. Белки глаз саднило, словно они были расцарапаны и теперь кровоточили, и ресницы набрякали не слезами, а кровью.
— Думаю, достаточно, — негромко сказал кто-то рядом, и я узнала голос дартхари Нарро. Но что-либо подумать на эту тему не успела, провалившись в сон без сновидений.
Ждать, когда из палаты выйдет хоть кто-то, пришлось долго. Так долго, что две девочки-целительницы, которые пошли с наследником и Дин изначально, всё-таки ушли на обед, но Коул и Данита остались. Почему оставался эльф, Дамир понимал. А Данита? Ему было сложно это осознать, особенно сейчас, когда сердце сжималось от боли за дядю Велдона и страха за Шайну. Дамир слишком хорошо понимал, что подруга оказалась в очень непростой ситуации. Да, выжила, но сможет ли она остаться магом? И сколько необходимо времени на то, чтобы восстановиться?
Щёлкнул замок, и на пороге возникла Эмирин. Наследник сразу понял, что она вышла именно к ним, чтобы поговорить — иначе просто перенеслась бы туда, куда ей было нужно.
— Шайна будет спать до завтрашнего утра, — произнесла ректор, спокойно оглядывая собравшихся. — Если хотите навестить её, приходите после завтрака.
— Хотим, — сказали хором, а затем Коул озвучил вопрос, который волновал сейчас всех:
— Профессор, каковы шансы, что Шайна… сможет присоединиться к учёбе?
Эмирин внимательно посмотрела на эльфа и ответила так же спокойно:
— Огонь — самый капризный из Источников. Приручить его непросто. Однако сила не даётся без возможности её использовать. У Шайны есть потенциал для того, чтобы приручить Огонь, и если она постарается — сможет.
— То есть шансы велики? — уточнил Коул и помрачнел, когда Эмирин качнула головой.
— Я не говорила такого. Всё зависит от желания самой Шайны и её стараний. Шанс есть, этого должно быть достаточно. — Ректор перевела взгляд на Дамира и Дин. — Возвращайтесь в свои комнаты, здесь до завтра делать нечего.
Дамир кивнул, понимая, что Эмирин наверняка придёт чуть позже, чтобы обсудить дальнейшие действия. Эрамир не может оставаться без императора, значит, должна состояться коронация…
Даже думать об этом было тошно.
Данита отчего-то не пошла к себе, а отправилась вместе с Дамиром и Дин в их комнату. Просить её уйти было неловко, да и не было желания. По правде говоря, Дамиру хотелось поговорить с сестрой, искренне и по-настоящему, вспомнить дядю… но он не мог вымолвить ни слова из того, что вертелось в голове.
Заговорила сама Данита, как только они простились с мрачным Коулом и вошли в комнату.
— Я просто не хочу идти к соседкам, — вздохнула сестра, аккуратно садясь на идеально заправленную покрывалом кровать Шайны. Дамир знал: в том случае, если студент не заправит кровать, это сделает сама академия, и многие пользовались подобной возможностью, но только не Шайна. Она всегда и всё убирала сама. А вот Данита — в этом наследник был уверен — вряд ли. — Начнут расспрашивать, а я… не хочу говорить с ними.
— Они тебе не нравятся? — спросила Дин, а Дамир попытался вспомнить, что у сестры за соседки, но толком не вышло. Обычные девчонки с боевого факультета, в меру серьёзные, в меру болтливые.
— Нормальные, — Данита пожала плечами, — но не сегодня. Мне бы сейчас пригодился брат, так хочется с ним пообщаться. Знаете, — она вдруг желчно усмехнулась, — что сказал Коул? Дамир, говорит, обязательно прибежит тебя утешить, вот так ты и узнаешь, под какой маской он прячется.
Наследник по-настоящему обалдел.
— Что-о-о? — протянул он, глядя на сестру с недоумением. — И давно этот эльф даёт тебе советы, как поймать Дамира?
— Давно, — без стеснения кивнула Данита. — А я ему советовала, как увлечь Шайну. Но что-то, по-моему, у нас не задалось, ни у него, ни у меня. Шайна на Коула смотрит как на пустое место, а я до сих пор без понятия, где всё-таки Дамир.
— Так это хорошо, — грустно усмехнулась Дин. — Иначе маме и имп… да… — Она запнулась, вздохнула, и у наследника заныло сердце. Думать о дяде было очень больно. — Пришлось бы выдумывать новый план. Возможно, более рискованный.
— Всё равно придётся! — воскликнула сестра горячо. — Сейчас, когда дядя погиб, Эмирин уже не сможет скрывать Дамира!
Наследник и Дин осторожно переглянулись: они думали о том же самом, не высказывая пока ничего вслух. Оба предполагали, что позже всё объяснит Эмирин.
— Верно, ваше высочество.
Вздрогнув от неожиданности, Дамир, как и Дин с Данитой, обернулся и обнаружил, что возле входной двери стоит ректор. Когда она успела войти и какое время находилась здесь, слушая их разговор, было непонятно, но заметили они её только сейчас.
Эмирин прошла дальше и села на постель рядом с дочерью. Улыбнулась удивлению присутствующих и продолжила:
— Дамир должен быть на коронации. Потом он сможет продолжать учиться, по указу императора Велдона до конца учёбы в академии помогать ему в управлении государством будет регент.
— Кто? — хором спросили присутствующие, и Эмирин спокойно ответила:
— Я.
В комнате на несколько секунд повисло ошеломлённое молчание.
— А-а-а… — в конце концов протянул Дамир, не спеша радоваться тому, что скоро вновь станет собой: что-то во всём этом его смущало. — А как же покушения?!
— Организатор погиб. «Огненный цветок» — заклинание, убивающее и жертву, и творца. Эльф, который его создал, хотел отомстить императору. Его первоначальным планом, по-видимому, было уничтожение всех родственников Велдона, а затем уже самого императора, но он передумал. Трудно сказать, из-за чего. Скорее всего, долго не мог найти Дамира, Даниту убить не получилось, да и академия — надёжная защита. А тут парад и такой удобный случай.