Анна Шнайдер – Драконий инстинкт (страница 17)
— Почему? Даже странно, — съязвил Дарел. — Я-то думал, ты не угомонишься, пока не узнаешь, куда бегает её высочество. Может, у неё любовник есть? Конюх какой-нибудь.
— Ага, или поварёнок, — фыркнул принц. — Не знаю, какой такой любовник, но губы у принцессы невинной девы.
— Тебе виднее.
— Вот именно. Ладно, Дарел, объявляй всем отбой. Пусть идут отдыхать.
— Погоди, Ян, — покачал головой безопасник. — Пока мы бегали и искали принцессу, выяснили совсем иное, но не менее важное. Услышали, как камеристка Корнелии ругала одну из служанок, что та умыкнула откуда-то «цветок для причёски её высочества». Знаешь, что она говорила?
— Могу догадаться, но ты лучше расскажи.
— «Воруй любые, кроме белых», — процитировал Дарел, усмехнувшись. — Уточнила, значит. Служаночка пискнула: «Это ещё почему?» — а та ей: «Не твоего ума дело!» — и оплеуху дала.
— Оплеуху — это хорошо, — кивнул Себастьян, потерев ладони. — Думаю, ты знаешь, что делать дальше, и без моих подсказок.
— Знаю, — вздохнул безопасник, поморщившись. Он не любил использовать наивных и глупых девчонок для получения информации, но порой приходилось. — Всё сделаем.
— Отлично. А теперь — спать.
Когда Рюдзин вернулся и показал мне всё это безобразие, я не знала, смеяться или злиться.
Каков наглец, а! Залез ко мне в комнату! И как это ему в голову пришло? Но я тоже хороша — не догадалась заранее наложить запрет на окна, как на комод, чтобы не открывались без моего позволения. Теперь пожинаю плоды собственной недальновидности.
И радостно, и тревожно было осознавать, что по поводу заговора Себастьян, похоже, всё-таки в курсе. И не только — он точно знал про королевский дар и подозревал, что я им владею. Сдаст отцу или нет? Скорее, всё-таки второе. Зачем ему это? Хотя… если он хочет расторгнуть помолвку, отличный мотив. Я вам — неучтённую менталистку, вы мне — расторжение обязательств.
Нет-нет, неопровержимых доказательств у Себастьяна нет, а значит, надо вернуться к знакомой модели поведения и изображать из себя глупенькую «солнечную фею» до последнего.
И служанка, которой Симия дала пощёчину… Себастьян и Дарел наверняка хотят склонить её к сотрудничеству. Мол, тебя тут обижают, а мы не будем, мы тебя наградим, а потом с собой заберём, будешь у нас работать, — только рассказывай, что видишь и слышишь про принцессу.
Такого нам не надо. А значит, что? Симия её отстранит завтра же.
Улыбнувшись, я погладила Рюдзина по голове и поцеловала в клюв, из-за чего мой ворон довольно каркнул.
— Спасибо тебе, золотой мой друг! — искренне сказала я. — Как же хорошо, что полог тишины, который так любят использовать маги, бесполезен в отношении зверей и птиц. Столько всего можно услышать! — Я засмеялась. — Им нас не победить, да, Рюдзин?
Ворон ободряюще боднул меня лбом в подбородок, словно кот, намекая на то, что цель короля Ортруна — равно как и цель Себастьяна — несравнима с моей.
Отец играет чужими жизнями, чтобы потешить своё самолюбие.
Себастьян стремится его переиграть.
А я просто хочу получить свободу. Жить как обычный человек, нормально выучиться, и больше не притворяться глупышкой, и чтобы ко мне не применяли ментальную магию.
Разве же это можно сравнивать?
Глава пятая. Пешка и ферзь
Возвращаясь в свою комнату по погружённым в полумрак коридорам замка, я думала о другой проблеме. О своей вечной проблеме по имени Гейр.
Что он там болтал, пытаясь зачаровать меня сегодня?
«Скоро всё изменится, меня многие поддерживают, большинство советников отца недовольны».
Одни намёки, но и их хватит, чтобы осознать: против отца зреет заговор. Мне в целом было плевать: пусть поубивают друг друга, Арнария от этого лишь выиграет. Однако, если Гейр и его приспешники решатся на покушение в ближайшее время, это может привести к срыву моих планов. Мне выгоднее, чтобы всё оставалось как есть.
Но как этого добиться? Гейр не называл никаких имён, не обрисовывал дальнейшие действия. «Большинство советников» — это ни о чём. К кому обращаться, чтобы понять происходящее, и что искать в памяти? Человеческая память — не открытая книга, прочитать именно то, что тебе необходимо, непросто. Одно дело, если речь идёт о кратком эпизоде, как недавно король просматривал мои воспоминания о диалоге с Себастьяном, и совсем другое — если заговор длится продолжительное время и обсуждался не единожды. На подобное требуется не один час, откуда мне взять столько времени?
Гораздо проще воспользоваться ментальным приказом. Сказать: «Расскажи, что ты знаешь», — и наматывать на ус информацию. Но что дальше? Например, заговорщики не собираются дожидаться, когда Себастьян уедет, а намерены всё провернуть в присутствии эрдерийца. Как я могу этому помешать? Допустим, я внушу Гейру, чтобы он поменял планы, но его вполне могут переубедить или вообще не послушаться. Советники отца — драконы сильные, вдруг у них на престол свои планы? Гейр как король недалеко уйдёт от Ортруна, а вот если короновать кого-то другого, сыграв свадьбу с принцессой, то есть со мной… А что, между прочим, правдоподобно. В это верится даже больше, чем в переворот с конечной коронацией самодура Гейра, у которого явные мозговые отклонения, раз драконий инстинкт в его случае работает неправильно. Вряд ли советники отца, особенно Кайд, не замечают, что Гейр ко мне неравнодушен. И вряд ли они это поддерживают.
Значит…