Анна Шашкина – Крылатый Ян (страница 11)
– Можно попробовать?
Одногорб радостно схватил из малоаппетитной кучки еды самую жирную личинку. Кажется, в будущем она бы стала бабочкой-медуницей, но пятилапый длинноязыкий гурман решил, что это самый изысканный деликатес в его добыче, и с энтузиазмом протянул личинку мальчику. Ян поблагодарил за такую щедрость и демонстративно положил личинку в рот. Потом, правда, улучив момент, когда одногорб увлекся слишком подвижной гусеницей, Ян незаметно выплюнул личинку и прибрал ее в карман на будущее, как неожиданное лакомство для друга.
Когда забрались на ночевку на ветвистый толстокорый дуб, одногорб по-хозяйски залез Яну на спину и свернулся клубочком между лопаток. Веса в зверьке было немного, зато тепло сразу разлилось по телу и совсем приглушило боль. Так и уснули.
Утром действовали по плану. Собрали еды полный короб.
– Будем растягивать паек, может и по дороге что съедобное встретится, – подытожил Ян, укладывая плотным слоем грибы в лукошко, норовившие выпасть. Для сохранности Ян накрыл припасы большим листом лопуха и закрепил его с помощью тонкого прутика.
– Ну что? Готов, малыш? – подмигнул Ян одногорбу, – Помни: бежим быстро. Отдыхаем только в укрытии. Если небо чистое, это не значит, что аргонов нет поблизости. Иногда они летают очень высоко, а завидев добычу, резко пикируют вниз. И тут уже не укрыться, не сбежать. Одногорб опасливо выпучил глаза и потоптался на месте. Самому Яну тоже было страшно. Но другой дороги до города он не знал.
– Видишь пару кустов впереди? Непонятно, можжевельник или малина? Далеко, но ближе ничего нет. Побежали!
Ян выскочил из леса словно молния. Его босые стопы сразу почувствовали разницу между мягкой подвижной лесной почвой и твердой остро-скользкой травяной поверхностью луга. Зверек мельтешил пятью лапками, стараясь успеть за мальчиком. От усердия он высунул язык, который теперь красной лентой развевался за головой одногорба. В ушах от скорости звенело. Сердце колотилось. Ян очень хотел посмотреть вверх – нет ли там опасности, но одергивал себя: останавливаться нельзя ни в коем случае. Только бежать вперед!
Вбежав в укрытие, Ян вовремя зажмурился – колючки кустарника оказались острыми как стальные иглы, которыми мать шила ему одежду. Когда-то еще несмышленым он укололся такой иглой, сейчас будто на него обрушился град безжалостных тонких пик. Ян упал на землю, выкинув руки с поклажей вперед себя для сохранности. У корней колючих веток не было, земля была свежей и прохладной. Глубоко втянув воздух носом, Ян приподнял голову и осмотрелся вокруг. Где-то на ветках сидела неприметная пичуга и весело щебетала. Кузнечики и жуки мерно стрекотали и ползали по ветвям и земле, не обращая внимания на острые колючки, тем более на внезапно ворвавшегося в их царство человека.
– Малыш! Где ты? – негромко позвал Ян. В ответ – только мерное гудение насекомых, да птица притихла на мгновение. Ян, чувствуя, как начинает паниковать, с усилием сглотнул слюну и пересохшими губами снова позвал, – Малыш!
Ветки затрещали прямо за стопами мальчика, он резко обернулся, знакомое похрюкивание и явно тревожное скуление. Ян с облегчением выдохнул:
– Иди ко мне скорее, малыш! – Одногорб подбежал к сидящему на земле мальчику и уткнулся ему в ноги длинной мордочкой, – Отстал, маленький! Тяжело быстро бежать? – Ян приподнял зверька за передние лапки и прижал к груди:
– Мы в безопасности, можем отдохнуть. Ты самый лучший попутчик на свете!
В следующий раз Ян посадил одногорба себе за пазуху, узелок с вещами и короб с едой обхватил руками так, что они теперь были прижаты к его туловищу от подмышек до талии. Только в правой руке было легкое лукошко с водой, о запасе которой Ян решил побеспокоиться по дороге. Одногорб крепко обхватил Яна мягкими лапками, прижавшись к его груди. Так они перебежали еще два отрезка пути. А впереди все также были бескрайние луга и пастбища. Редко им встречались табуны диких лошадей, стаи крокотраусов в болотистых низинах возле небольших топей, да одиноко слоняющиеся по пригоркам отбившиеся от отары слизнепузые козы, ждущие, когда аргон настигнет их с небес и закончит их мучения на этом свете.
Ночлег устроили в зарослях высокого кустарника дикого винограда. Мелкие темно-синие ягоды были еще кислыми и вяжущими рот – не дозрели. От жары листья, особенно с макушек веток и с внешних сторон пожелтели и ссохлись. Зато в центральной части зарослей ветви буйно зеленели тонкими округлыми листиками.
– Посмотреть бы сейчас на звезды, – вздохнул Ян после ужина, закинув руки за голову и потягиваясь, – Мы двигались прямо, но все равно немного отклонялись то влево, то вправо. Переживаю, как бы не вышло так, что по кругу пойдем и обратно вернемся. Столько сил будет потрачено зря.
Одногорб понимающе хрюкнул и почесал острыми коготками круглый бок.
– Было бы видно звезды, я бы точно определил дорогу. Но высовываться опасно. Так что давай спать, малыш. На рассвете снова двинемся в путь.
Мальчик прижался боком к узлу из простыней, одногорб подкатился теплым клубочком к животу Яна, и так они уснули под тихий шелест травы, стрекот несмолкаемых кузнечиков и далекие, редкие всхрапывания и ржания диких лошадей.
Утро выдалось туманным и холодным. Обзор был всего лишь на расстоянии десяти шагов. Ян зябко поежился, отошел от куста, через ветки которого он осматривал местность и присел возле погасшего костра. Головешки успели отсыреть за ночь, поэтому разжечь огонь заново было невозможно. Через босые стопы сырость пробирала до костей. Спина опять начала ныть. Настроение испортилось. Впервые за все время путешествия Яну вдруг стало до жути страшно и одновременно жалко себя. Захотелось плакать.
Одногорб закончил умываться, вылизывать и вычесывать свою черную густую шерстку, и забрался на загривок мальчику. Ян сидел на корточках, сгорбившись, обхватив колени руками и положив голову на колени – вжавшись весь в несчастный комок. Одногорб бесцеремонно начал чесать светло-русые волосы длинными крючковатыми когтями. Приятное и неожиданное расчесывание отвлекло Яна от грустных мыслей. Он засмеялся, снял одногорба с шеи и развязал узел с вещами.
– Пора уже обновить, – сказал он вслух, доставая ботинки. Ногам стало тепло и уютно. Сквозь густую листву начали пробиваться отдельные лучики солнца. Ян обратил внимание на листики – почти на каждом блестели большие капли росы. Мальчик аккуратно собрал воду в ладонь и отхлебнул. Роса была холодной и сладковатой. Вкусной. Малыш тоже последовал примеру Яна и стал пить и умываться, усердно теребя листики между лапок. Пара сочных яблок на завтрак совсем исправили ситуацию. Солнце светило все ярче, согревая землю, прогоняя туман и плохое настроение прочь, давая надежду и открывая путь дальше.
Глава 7. Следуй своему пути, и он сам будет вести
Ян снова подошел к точке наблюдения. Между редкими ветками теперь можно было увидеть пастбище с примятой травой, взъерошено торчащей редкими кустами. Здесь явно часто гуляли бесхозные лошади и паслись вольные буйволопотамы. Вдалеке были видны деревья, тонкие, с кряжистыми ветками и скудной листвой. Ольховники – определил Ян, такие росли возле заводи в окрестностях Глухомани. Значит, и здесь, за деревьями был водоем.
– Нам туда, – указал Ян одногорбу, забравшемуся на плечо мальчика и тоже смотрящему вдаль. Они собрались и быстро перебежали до зарослей ольховника. Уже подбегая к небольшому пруду, Ян увидел пять особей крокотраусов, размеренно гуляющих на противоположном берегу. С головы до длинного, касающегося земли хвоста рептилии были покрыты серым чешуйчатым кожистым панцирем, а брюхо было ярко красного цвета с короткой опушкой. Две жилистые длинные задние ноги поднимали удлиненное тело животных на два шага от земли. Несоразмерно с задними мелкие передние конечности представляли собой подобие крыльев, но без оперения, покрыты были серой чешуйчатой кожей. Головы существ были мелкими с большими загнутыми вниз клювами. Этими мощными клювами крокотраусы в случае опасности отнюдь не били противников, а зарывали голову в ил. Рептилии эти были травоядными, смирными и пугливыми. Но мальчик решил, что все равно не стоит к ним приближаться: дикие животные непредсказуемы. Поэтому Ян присел на корточки, прячась за зарослями камышей от крокотраусов, и стал осматриваться, с какой стороны лучше обойти пруд.
– Интересно, они здесь живут или приходят откуда-то? Как думаешь, малыш? – спросил Ян больше у себя, но обращаясь к мохнатому приятелю. В ответ была тишина. Ян оглянулся.
– Малыш! – шепотом позвал Ян. Куда делся зверек? Только что висел на груди у мальчика. И вдруг пропал. Ян растерялся и забеспокоился. Как так? Уже столько пройдено, неужели решил вернуться в лес?
Знакомое кряхтение и шуршание слева заставили Яна вздрогнуть. Одногорб появился, с трудом выкатывая перед собой по земле округлый вытянутый с одной стороны предмет пурпурного цвета. Яйцо было размером чуть меньше самого одногорба, но он все равно целеустремленно толкал его вперед.
– Зачем тебе яйцо крокотрауса? Ты же его украл! Вон ходят родители! Верни на место! – зашипел Ян. Он был рад появлению зверька, но в шоке от его выходки, – Это плохо! Оставь яйцо родителям! Что ты с ним будешь делать?