Анна Шаенская – Истинная на полставки (страница 61)
Вампир взмахнул рукой, и иллюзорные картинки начали меняться одна за одной, показывая этапы изготовления зелья.
— Я просидел в засаде почти три часа, но таки дождался главного гостя, — торжественно добавил Валентин, едва из арки выскользнула долговязая тень.
Дыхание перехватило от предвкушения и желания поскорее сорвать маску с гостя. Но услышав знакомый скрипучий голос, не смогла скрыть разочарования.
— Демон-слуга?!
Меня вовсе не удивило, что Сорель вновь прислал низшего. Инкуб осторожен даже в мелочах. Но почему Валентин назвал посыльного главным гостем? Мы ведь уже пытались проследить за ним…
— Кровинушка, пощади дедушку! Думай тише и не кипяти туманы своим возмущением, — фыркнул вампир. — Лучше смотри и наслаждайся, начинается самое интересное, — добавил он, едва демон оставил на паутине оплату и замер молчаливой скульптурой.
В это время Тагас достал длинный тонкий флакон и перелил в него остывший ментальный яд. Затем прикрутил странного вида крышку и несколько раз распылил содержимое на паутину!
— Да, это обычный дорожный флакон для парфюма, — ответил Валентин, заметив мой недоумённый взгляд. — Но вы никогда не догадаетесь, как именно его использовали эти негодяи!
— Опрыскивали ядом зачарованную маску, которую император надевал перед выходом к подданным? — предположил Дари. — К ним у Сореля был доступ, в отличие от одежды. Хотя…
— Холодно, дружище! — усмехнулся Валентин. — Скажу сразу, посуду императора тоже не портили, на подушку яд не наносили, как и на балдахин над кроватью. Слишком банально.
— Книги? — задумчиво протянул Рамон, неотрывно наблюдая за тем, как паук прячет флакон в небольшую шкатулку и отдаёт демону.
— Тепло! Я бы даже сказал, горячо! — восхитился вампир. — Кстати, я перед вылазкой успел заскочить к Мигелю и одолжил новейший записывающий артефакт. Вести съёмку постоянно не рискнул, но пару снимков сделать успел, так что улики имеются.
— Валентин… — в голосе Дари проскользнуло нескрываемое восхищение. — Ты…
— Гений гениальный, я знаю, — рассмеялся дух. — Хотя, это было весьма сложно.
Вампир щёлкнул пальцами, и иллюзия сменилась. Вместо мрачных подземелий мы увидели очаровательную туманную улитку. На её голове красовалось кольцо с записывающим кристаллом. Улиточка забавно вытягивала шею, двигая кольцо гибкими рожками и пытаясь сделать хорошие снимки, не высовываясь из убежища.
— Грандиозно! — восхитилась, с умилением наблюдая за акробатическими кульбитами прадедушки.
Его буйной фантазии и умению вмиг сориентироваться в любой ситуации, оставалось только позавидовать.
— В общем, намучился я знатно, но оно того стоило, — рассмеялся вампир, вновь меняя морок и показывая нам то ли чей-то кабинет, то ли какой-то склад.
Бесконечные стопки бумаг, коробки и посылки разного размера, ящики с письмами…
— Это столичная канцелярия, — пояснил Валентин. — Сюда приходят письма с просьбами, жалобами и предложениями, которые приносят трижды в неделю на рассмотрение королю. В основном, это челобитные от мелкого дворянства, фермеров и ремесленнических гильдий. Секретной информации в них нет, поэтому бумаги хранятся как обычная почта.
Иллюзия вновь сменилась, и я увидела, как из зеркала на стене выскользнул уже знакомый нам демон. Найдя нужный ящик, он выудил стопку писем и, выбрав пять штук, осторожно опрыскал ядом сургуч и нижнюю часть конверта, за которую обычно держатся, когда вскрывают послания. Затем дождался, пока они высохнут, и вернул в стопку. И что примечательно, он спрятал их в середину, а не положил наверх.
— Я успел сделать несколько снимков, — тут же сообщил Валентин, развеивая иллюзию, — поэтому на переговоры с Леонардо пойдём не с пустыми руками.
— Невероятно… — прошептала, потрясённая увиденным.
Если бы не Валентин, мы бы никогда не выяснили, как Сорель травит императора! Идеальный план, но вопросов осталось немало.
— Как ты умудрился проследить за демоном? — спросила. — И разве этот яд не нужно употребить внутрь, а не просто вдохнуть? И почему он подействовал только на императора? Разве секретарь не брал в руки эти письма?
— Так, кровинушка моя, не всё сразу, — усмехнулся Валентин. — Давай по пунктам. Проследить за демоном было очень сложно, я потратил свой резерв, ещё и у тебя магию одалживал. И когда тебе стало плохо, почувствовал вину…
— Головная боль и слабость — ерунда! — заверила. — Ты ведь столько выяснил!
— В другой ситуации я бы никогда не посмел тянуть из тебя Силу, но я был на мели, а демон прыгал по всему городу бешеным кузнечиком, — сконфуженно добавил дух, — на одном из виражей я еле успел зацепиться туманом за низ его плаща и приклеился как репей, но во время перемещения в канцелярию всё равно слетел. Пришлось залезать через окно.
— Я тебе крови нацежу за вредные условия труда, — пообещал Рамон, — и магией поделюсь…
— От первого никогда не откажусь, — сверкнул клыками вампир, — а второе лишнее, источник клана уже заработал на полную силу, так что перебоев с магией больше не предвидится. Но предлагаю закончить с ядом, — Валентин вновь перевёл взгляд на меня, — ты не ошиблась, кровинушка, отраву действительно нужно употребить внутрь, вдыхать бесполезно.
— Тогда как…
— Кажется, я понял. У Ирвина с детства сохранилась дурацкая привычка покусывать указательный палец во время работы с бумагами, — пояснил Рамон, — он ненавидит разгребать почту и прочую бумажную волокиту, но никогда и никому не доверяет. Всегда лично вскрывает конверты и несколько раз вычитывает каждое послание прежде, чем на него ответить.
Картинка преступления вмиг собралась воедино… Отравленные конверты, спрятанные в середине стопки, чтобы никто не коснулся их случайно. Яд, остающийся на пальцах императора, и его странная привычка, о которой знали лишь приближённые маги…
— Завтра как раз «бумажный» день, — продолжил Рамон. — Почту принесут во дворец на рассвете, и Ирвин до обеда будет работать с документами.
— Но разве яд к этому времени не потеряет свои свойства? — удивилась. — И как Сорель регулировал дозировку?
— Яд сохраняет свойства чуть меньше суток, — добавил Валентин, — утром он будет ещё активен, но к вечеру на конвертах не останется ни одной улики. Касательно дозировки полагаю, что он просто менял количество обрабатываемых конвертов. У меня возникла идея выкрасть один, но не рискнул. Демон накинул свои следилки на ящик, а я был близок к тому, чтобы развеяться туманом.
— Значит нужно пробраться в канцелярию, выкрасть отравленные конверты и предоставить их Леонардо в качестве доказательств, — констатировала я.
Валентин упомянул, что сигнализация на здании стояла обычная, обойти её не составит труда. А вот с сигналками демона придётся повозиться. Пока не представляла, как подменить хоть один конверт, не потревожив чужое плетение. А ведь в идеале нужно заменить все ядовитые письма безвредными!
— Есть идея получше, — задумчиво протянул Рамон, — чтобы доказать наличие на конвертах яда нам не нужно воровать письмо, достаточно его просканировать.
— Не согласна! — воскликнула. — Украденное письмо можно сдать в лабораторию и проверить с помощью магических реактивов. Это надежнее, да и в качестве улики его будет проще использовать.
Несмотря на все старания Валентина, добытая информация лишь подтверждала, что императору угрожает опасность, но не позволяла связать заговор и отравление с Сорелем. Так что разбрасываться уликами я бы не спешила.
— И как можно проверить письмо на расстоянии, если сканеры не реагируют на яд, изготовленный из натуральных ингредиентов? — добавила, припоминая недавний разговор.
— Не реагируют новые сканеры, — поправил меня Рамон, — а детекторы старого образца мгновенно засекут ментальный яд. Зато во время проверки мы не повредим вражеские следилки и не спугнём заговорщиков.
— Допустим, — кивнула, — но разве нам не нужно выудить из стопки все отравленные конверты?
— Это ничего не даст, — генерал покачал головой, — к тому же, молниеносно выдаст нас.
— Но император…
— Амира, даже если мы сумеем незаметно подменить конверты, то выгадаем сутки, в лучшем случае, — мягко перебил Рамон. — Советник давно использует яд и точно знает, как Ирвин реагирует на изменение дозы. Он моментально заметит то, на что остальные даже не обратят внимания.
— Понимаю, но нельзя же позволить ему и дальше травить императора, пока мы будем собирать улики?
— Конечно нет, — усмехнулся Рамон, — просто вместо похищения писем, предлагаю сжечь канцелярию.
На миг в комнате повисла звенящая тишина. От услышанного опешил даже Валентин.
— Эм… дружище, я всё понимаю, но…
— Ментальные яды нужно принимать постоянно, иначе они быстро вымываются из организма, — Рамон жестом попросил вампира не перебивать, — этот процесс всегда сопровождается жесточайшим и весьма специфическим откатом. Обычно он наступает через два-три дня после приёма последней дозы.
— Завтра последний «бумажный» день на этой неделе, — добавил Дари. — Если за выходные советник не придумает новый способ травить императора, все узнают о том, что Ирвин был под воздействием.
— Если выкрадем письма, Сорель поймёт, как далеко мы зашли и заляжет на дно, — продолжил Валентин, подхватывая мысль генерала, — чтобы не выдать себя он первое время будет активно искать отравителя вместе со всеми.