Анна Шаенская – Дракон предпочитает Злодейку (страница 30)
— Не твои, а наши, душенька моя. Теперь я неотъемлемая часть всех твоих планов.
— Я от тебя сбегу!
— Бесполезно, я догоню.
— Не найдёшь!
— Я тебя под любой личиной узнаю. Проверено!
— Я сбегу в другое королевство!
— Замечательно! Я давно хотел попутешествовать.
— В другой мир!
— Ещё лучше! Я никогда там не был.
— Убью!
— Леон меня по дружбе воскресит.
У Аши закончились аргументы и, обхватив голову лапами, она бессильно рухнула на диван.
— Йорона, Богиня всевеликая! Когда я так нагрешила, что ты послала мне такого истинного⁈
— Тебе из последнего подсказать или весь список огласить? — заботливо уточнил дракон.
Обидеться дух не успел. Пришло сообщение от Мангуста, в нём говорилось, что у Рамона всё готово.
— Леон тоже справился, — доложил Алонзо.
Я невольно поёжилась. Маскировка была идеальной, но принцесса Миель моментально раскусит меня.
Жнецы чую друг друга. Зато мне будет проще склонить её к сотрудничеству. На крайний случай, у меня в запасе имелось два козыря: призрак королевы, а также письмо с печатью генерала и паролем, который знают только он и Миель.
Леон не расписывал детали, но уточнил, что мне можно верить и ради собственной безопасности принцесса должна пойти со мной.
Я надеялась, что этого хватит. Призвать королеву в храме — плохая идея. Но если других вариантов не останется…
— В конце концов, мы всегда можем огреть её по голове и связать, — невозмутимо предложила Лиса.
— Я не собираюсь вредить принцессе!
— А кто говорит про вред? Это для её же блага!
В целом, если выбирать между нами и Дэйвенским, то всё так. Но я очень надеялась обойтись без рукоприкладства.
Мангуст подтвердил мою теорию. Дословно приказ для паразита звучал так: «проводи принцессу и убедись, что она села в нужную карету, а яд и нужные артефакты подготовит Тень».
Логично, что Мангуст сразу подумал про убийство, но я знала будущее и сразу раскусила план жреца. Осталось только помешать ему.
Леон всё прекрасно рассчитал. В первую карету сядет Дурман, её заранее загримируют под принцессу. Но перед этим мне придётся убедить Миель поделиться каплей магии.
Амулет с этой энергией я передам Дурману. Если что-то пойдёт не так и лже-принцессу всё же попытаются убить, она сумеет отбиться и сбежать. К тому же, за каретой будут следить наёмники Рамона и драконы генерала.
Учитывая, что на Святых не действует Черная кровь и ментальное воздействие, жрец не сможет подчистить память Миель. Значить похищать её сейчас никто не собирается. Скорее артефакт, о котором говорил Дэйвенский, выпьет часть её магии, пока она будет под действием сонного зелья. Затем кучер разбудит принцессу, когда они подъедут к её жилищу и она решит, что просто задремала от усталости.
Если всё пойдёт по этому сценарию, Дурман просто активирует амулет с магией Миель и позволит выпить из него ману. Её будет капля, но и этого хватит, чтобы скрыть наш обман.
Пусть Дэйвенский гадает, куда её высочество потратила Силу и почему к нему не вернулся контроль над Колодцем Солнца. Эта нестыковка поможет нам выгадать время и отсрочить последующее убийство Миель.
Жрец не станет спешить, если не будет уверен в успехе.
— Леди, нам пора, — скомандовал Алонзо. — Стража открыла Золотые ворота.
На ночную мессу пускали всех желающих, но с небольшой оговоркой. Простолюдины и гости без приглашения собирались во внутреннем дворе храма, и только избранным позволяли войти в святилище.
Амаранта относилась к таковым. Мангуст нашёл у неё амулет-пропуск, но это была формальность. Даже без пропуска генерала, архимага и воспитанницу архиепископа никто бы не посмел задержать.
— Надеюсь, кронпринц не решит в срочном порядке внезапно стать религиозным, — поморщилась, вспомнив про ещё одного дракона с бриллиантовым пропуском.
Принц мог пройти куда угодно, но здесь ему нечего делать. Разве что мой Дар отличится и…
— Поздно. Принц первым прошёл в храм, чтобы помолиться за здравие отца, — обрадовал архимаг.
Я скрипнула зубами. Вот только его нам и не хватало!
— Альбинка, наоборот, всё отлично! — оживилась Лиса. — Вот ещё бы лжекоролева припёрлась и все жертвы твоего Дара будут в сборе.
— С ума сошла⁈
— Давно и с песней, — фыркнул дух. — А если без шуток, для тебя, как Жнеца — это самый безопасный вариант. Чтобы влиять на будущее ты должна находиться в потоке событий, причем, самом мощном из возможных. Чем дальше ты от него, тем меньше шансы выжить.
— Существует теория, что Жнецы, убегающие от судьбы, умирают из-за проклятия Силы, — задумчиво произнёс Алонзо, — мы с Леоном предупреждали об этом принцессу Миель, но тогда её ещё не затянуло в водоворот событий и Дар не успел полностью раскрыться.
— От предначертанного никому не уйти, — мрачно подметила Лиса. — Случай с Миель тому подтверждение. Вы лишь отсрочили неизбежное и упустили возможность влиять на ситуацию.
— Я бы не была столь категоричной, — вступилась за драконов. — Мы не знаем, как всё могло сложиться. Не исключено, что принцессу убили бы ещё раньше.
— Это обсудим позже, — поторопил маг.
Я надела маску. На этот раз открытую, в спектакле с молчанием уже не было нужды. Бегло осмотрела своё отражение. Личина сидела идеально, но мне было до ужаса некомфортно. Похожие ощущения я испытывала, находясь в теле Альтис.
Разница лишь в том, что Реджина не скрывала злодейский характер, а у Амаранты синдром главной героини на последней стадии. Чёрная кровь мощно прошлась по её рассудку. Она ужасно играла, часто ошибалась и с трудом держала лицо.
Впрочем… когда читала книгу, всё выглядело иначе. Её до самого конца никто не подозревал. Это было странно… Либо моё появление спутало все карты, либо же Лиса права и побочные эффекты зелья усилились из-за возвращения в прошлое и проклятия вечной неудачи.
О последнем я едва не забыла, а ведь оно было частью платы и наказания леди Лавьер.
Аша говорила, что ради возвращения в прошлое маг-призыватель должен отдать всю удачу преемнику судьбы. То есть, мне!
Если это правда, то Амаранта и в прошлой жизни была на редкость невезучей. Поэтому и передавать мне было нечего.
Из глубин подсознания раздался протяжный вздох Лисы. Ей приказали залечь на дно, и пока не пройдём зачарованные ворота — молчать в тряпочку, прикрывшись хвостом.
Дух страдал. Зато Алонзо с лёгкостью поддерживал непринуждённую беседу и иллюзию свидания. Маг вел себя очень галантно, мы шли под руку, улыбаясь и обсуждая выставку художника, о существовании которого я до сегодняшнего дня даже не догадывалась. Но дракон так умело плел кружево речей, что мне оставалось лишь восхищаться и со всем соглашаться.
На этой ноте мы покинули ресторан и направились к храму. Я боялась, что придётся пробираться сквозь толпу, но всё оказалось проще. Для особых гостей полагалась отдельная тропинка. Из белоснежного мрамора, огороженная защитным плетением и изящным забором.
Мы без проблем добрались до Золотых ворот и, заметив архимага, стража тут же убрала оружие, открывая проход. Даже пропуск доставать не пришлось.
— Моя драгоценная леди, для меня величайшая честь быть рядом с вами в священную ночь, — продолжил Алонзо. — Сегодня храм Солнца особенно прекрасен. А может всё дело в вашем присутствии?
— Бог мой, сколько в ваших речах сиропа… — позади раздался голос кронпринца.
Каин появился из ниоткуда и сразу плюнул ядом в лучших традициях картонного злодея. Но теперь я знала, что на самом деле он такая же жертва, как и Лавьер.
— Неужели женщинам и правда нравится подобное? — принц подошёл ближе.
— Вы всегда один, а меня сопровождает очаровательная леди, ваше высочество, — улыбнулся Алонзо, — полагаю, это и есть ответ.
— Интересно, что привлекает женщин в таком, как вы? Сладкие речи, высокий титул или удивительное непостоянство натуры? — насмешливо уточнил Каин. — Помнится, ещё недавно вы умирали от любви к другой и даже сделали ей предложение.
Я напряглась. Намёк, прозвучавший в голосе принца, и его взгляд были слишком красноречивыми. Он оголил клинок не ради мага. Его вызов предназначался мне.
— Боюсь, у меня куда больше достоинств, чем вы перечислили, но как мужчине вам позволительно не замечать их. К слову, о предложении! Помнится, и вы должны были сделать его даме, похитившей ваше сердце на балу? — архимаг с лёгкостью отбил выпад и теперь острые слова угрожали уже кронпринцу.
На том знаменательном приёме он, разумеется, целовался с Амарантой. Но по какой-то причине не выдал её. Если сейчас откажется от своих слов и намекнёт на их близкую связь, дело закончится дуэлью с архимагом.