Анна Сешт – Сердце демона (страница 30)

Кончик хвоста Неры подёргивался от волнения. Ловко вспрыгнув на нагромождение обломков монументов и битого камня, она остановилась над Раштау и его спутниками. Заговорила быстро, словно её слова не поспевали за мыслями:

– Эймер, ты была права! Эти искажения, чтоб им к хайту провалиться, чуть ли не через каждые десять шагов, – Нера неопределённо махнула рукой куда-то вглубь некрополя. – Всё равно что по пастбищу прогуливаться, с которого недавно стадо коров голов в сто по домам угнали. Мы как песчаные кошки прыгали, а Дияра вон чуть по башке сырцовым кирпичом не огрело. И хорошо ещё, что не добротным каменным блоком с какой-нибудь колонны! Потом мы нашли грабительский лаз в одну мастабу, но там ничего интересного. Может, потом ещё сползаем, разведаем…

– Хватит тараторить, Ти, – прервал Раштау. – Путь ты для нас разметила?

Аштирра поморщилась, предчувствуя ссору. Она-то знала, как легко можно было вывести тётушку Неру из себя, используя именно это сокращение её имени. Отец толком не объяснял почему, только туманно намекнул, что Тианера очень не любила вспоминать свои детство и юность, а в то время её называли именно так. И хотя Раштау говорил без доли пренебрежения, и без того взвинченная Нера разозлилась. Аштирра знала, что таким способом отец переводил внимание разведчицы. После краткой вспышки гнева она обычно продолжала разговор в более спокойном русле.

Никто даже глазом моргнуть не успел, когда Тианера одним прыжком оказалась рядом с Раштау. Приставила к его горлу один из своих многочисленных кинжалов. Она сильно уступала жрецу в росте, но это ей не мешало.

– Ещё раз назовёшь меня так, я перережу тебе глотку, ясно? – прошипела рэмеи. Зелёные глаза недобро сверкнули. – Не будь я Нера Кошачий Хвост.

– Не успеешь, – улыбнулся жрец.

Аштирра заволновалась, но Эймер только отмахнулась – мол, эти-то сами разберутся.

– И почему же? – ядовито уточнила разведчица. – Одно движение – и исцелять нас в этом путешествии будет твоя дочь, а не ты.

Жрица успела заметить, как отец положил ладонь поверх предплечья Неры, и разгадала его замысел. Одним неуловимым движением он активировал определённую точку на её запястье. Нера охнула от неожиданности, когда кинжал выпал из её безвольно разжатых пальцев.

– Сколько лет мы с тобой знакомы? Уж ты мои приёмы знаешь не хуже, чем я твои, – беззлобно усмехнулся Раштау. – Но ты меня почти поймала.

– Ах ты ж рогатый… – Тианера коротко глянула на Аштирру и прикусила язык, сдержав ругательство. Выглядела она обиженной, хотя такие беззлобные перепалки между ними были делом обычным. – Демон. Демон рогатый, вот ты кто.

– Не спорю, – Раштау примирительно улыбнулся.

– Верни как было!

Аштирра увидела, как жрец нежно зажал руку Неры между своими ладонями, прежде чем вернул её кисти прежнюю подвижность. Бормоча ругательства, разведчица подобрала кинжал и сунула в ножны. Брэмстон благоразумно не стал ничего комментировать, и жрица была ему за это благодарна. Ощущение его присутствия прямо за плечом придавало уверенности.

– Так что там было про коровьи пастбища? – спросил Раштау.

– Говорю, искажений там впереди – ступить негде, чтоб не вляпаться по самый хвост, – бодро отрапортовала рэмеи. – Ребят я попросила подождать – сама по верхушкам мастаб и по обломкам проскакала. По тропам и даже по песку дороги нет. – Понизив голос, она добавила: – И это не говоря уже о стражах некрополя. Мы видели их тени…

Следопыты закивали, встревоженно зашептались.

Раштау обернулся к Ришнису.

– Сообщи остальным, чтоб пока не совались глубже в некрополь. Пусть ставят лагерь и разбирают снаряжение. С собой берём только самое необходимое. Верблюдов оставим здесь до нашего возвращения.

Ришнис коротко приложил пальцы ко лбу, кликнул следопытов и вернулся к отряду. Раштау перевёл тяжёлый взгляд на Неру, кивнул, чтобы продолжала.

– По верхам я вас проведу, – уверенно сказала разведчица. – Но сам понимаешь, хоть предки строили на совесть, кладка кое-где стала шаткая. Идти нужно очень осторожно. Хочешь пройти посмотреть сейчас? Или дождёмся утра?

Раштау вскинул голову, вглядываясь в быстро темнеющее небо.

– Возможно, они успеют раньше нас, – тихо заметила Эймер. – Хотя, в отличие от нас, они не знают, где точно искать.

– Один бес – там их и похороним, – буркнул Фельдар.

Жрец нахмурился и отчеканил:

– Лучше потерять немного времени, чем повести всех на верную смерть. Выдвигаемся на рассвете.

С этими словами он развернулся и направился к лагерю. Фельдар пошёл следом, пробормотав что-то одобрительное. Раштау не желал рисковать отрядом даже ради дела.

В этот миг откуда-то из дальних пределов некрополя донёсся приглушённый хлопок и сразу же – пронзительный нечеловеческий визг, похожий на мучительный крик. Все вздрогнули от неожиданности.

– О чём я и говорила, – Нера невесело усмехнулась, обнажая клыки. – Какой-то незадачливый шакал столкнулся с хайтовым искажением… Бедняга. Пусть это будет достойным подношением Стражу Порога.

– Хорошо, если под шакалом ты имеешь в виду именно зверя, – отозвалась Эймер.

Вместе они направились к крепости. Аштирра и Брэмстон чуть задержались, оглядывая мастабы внизу.

– Жертвами Ануи мы не отделаемся, – задумчиво проговорил менестрель. – Чувствую, и Отец Войны не останется без пира.

Глава шестнадцатая

Всплеск

Времени на отдых оставалось немного. «Выдвигаемся на рассвете» означало, что Раштау поведёт их, как только Ладья Амна покажется на горизонте, а значит, собраться нужно будет ещё затемно.

Сон, как назло, не шёл. Аштирра чувствовала, как нарастает сила Всплеска – стремительнее, мощнее здесь, в древнем некрополе. И казалось, в такт ему кровь бежала по её венам всё стремительнее, искрила, будоража разум. Силе жрицы было тесно в клетке тела. Сама сущность Аштирры скреблась изнутри, стараясь освободиться, сорвать покровы плоти.

Отец говорил, после посвящения всё станет стабильнее и переноситься будет легче. Сейчас такие скачки были в порядке вещей, тем более в Месте Силы. Каждый из тех, кто пропускал сквозь себя волшебство, знал влияние Всплесков. Важно было уметь отстраивать своё сознание – например, погружая разум в медитативное состояние или хотя бы используя простые дыхательные упражнения. Необученные чародеи и жрецы могли сойти с ума и принести немало бед и себе, и окружающим. Вне Всплесков энергии дремали, копились внутри, но со временем требовали выхода. А не находя его, Сила разрушала и носителя, и всё вокруг. Это было естественно – как бурный поток, если долго сдерживать его, прорывал даже самую крепкую плотину.

Забывшись в рваной дрёме, то и дело выныривая из неё, жрица в итоге сдалась – тихо поднялась и выскользнула наружу, стараясь никого не разбудить. Она делила шатёр с Нерой, Эймер и парой девушек из следопытов хиннан. Тианера наверняка услышала – сон у неё был чутким, – но останавливать не стала. Только Чесем, спавший у входа, встрепенулся, последовал за хозяйкой.

Снаружи царила глубокая ночь, окутывающая холодом. Аштирра пожалела, что не захватила с собой покрывало, но испытывать удачу и возвращаться в шатёр уже не стала.

Костры в лагере не разводили, чтобы не привлекать ненужного внимания с противоположной стороны некрополя. Часовые грелись у небольших походных жаровен, которые разожгли под защитой стен амранской крепости. Шли по кругу фляги с тайешем – бодрящим отваром из травяного сбора и рогатого корня. Секретом приготовления отличного снадобья владел и Раштау. Не раз они с Аштиррой прибегали к этому напитку, когда проводили бессонные ночи в библиотеке. Тайеш и правда был чудодейственным средством, разве что на вкус не лучше верблюжьей мочи. Так, по крайней мере, говорили кочевники, и Аштирра предпочитала верить им на слово, а не проверять сама, даже когда Альяз предлагал на спор. Но сейчас отвар был ей не нужен – кипящая Сила прогнала сон, прокатываясь, покалывая кожу сотнями тончайших щекочущих игл.

Аштирра ускорила шаг, направляясь к границам лагеря, сосредотачиваясь на дыхании. Знакомые с детства упражнения были естественными, как биение сердца. Добравшись до разлома в стене, девушка остановилась, осторожно выглянула. Чесем не выказывал беспокойства сверх того, что охватило всех сау, когда отряд пересёк границы Места Силы. Значит, искажений поблизости пока не было.

В многоликой темноте некрополь казался жутким – скалился обломками камней, щерился зевами осквернённых гробниц. Расколотые колонны, казалось, образовывали порталы в небытие – шагнёшь и рассыплешься на песчинки, растворишься в сонме потерянных призраков. Где-то там, в глубине, рождались новые искажения, вскипали невидимыми пока потоками, как скрытые течения под гладью реки.

Чем дольше Аштирра вглядывалась во тьму некрополя, тем сильнее было ощущение, что чужие взгляды обращаются к ней, ждут. Что чужие голоса пробуют границы сознания, чужие когтистые руки скребутся в тщательно возведённые защиты. Некрополь Шаидет жил своей скрытой жизнью. Жрица не решалась поворачиваться спиной – смотрела только вперёд, не в силах отвести взгляд, созерцая фантасмагорические формы, порождённые подвижной тьмой, танцующей в руинах. За спиной было тепло, безопасно. Живые люди вели живые беседы. А впереди… впереди плескалась бездна, в которой даже ей, наследнице древнего народа, уже вряд ли были рады.