Анна Сешт – Берег Живых. Выбор богов. Книга третья (страница 43)

– Согласен, – кивнул Перкау. – Тайна – лучшая защита и усыпит бдительность твоих врагов. А ты пока сумеешь подготовить такой удар, от которого им уже не оправиться.

Хэфер молчал. Наконец он поднялся.

– Я должен всё это обдумать. Потом ты доставишь меня в Апет-Сут.

– Господин… – попытался возразить Колдун.

– Ты сказал, что исполнишь любой мой приказ, – жёстко прервал царевич. – Исполни. Я должен предупредить отца, что исчезну… и увидеть её, убедиться. Нет, я не стану проявлять себя. Пока.

– А если не справишься с собой?.. – тихо напомнил маг.

– Ты будешь рядом.

С этими словами Хэфер покинул святилище. Колдун посмотрел ему вслед с тревогой.

– Помоги нам, Сатех, – вздохнул он.

– А сам-то ты что думаешь? – осторожно спросил Перкау. – Как быть с Владычицей, земной богиней нашего народа?

Колдун беспечно пожал плечами.

– Что-нибудь придумаю. Нельзя же всё решить сразу.

– Хотел бы я, как и ты, относиться ко всему так легко, – покачал головой бальзамировщик.

– Если относиться ко всему убийственно серьёзно – безумие настигнет раньше, – наставительно сказал маг. – Полагаю, переубедить его не удастся, да? Ну я, впрочем, так и думал.

– Защити его, – попросил Перкау. – Ведь не зря же всё… всё это…

Колдун заговорщически подмигнул ему, легко поднимаясь на ноги.

– Самым сложным было убедить его прийти сюда. А дальше уж я от него ни на шаг – если отправимся на Берег Мёртвых, то я первым пойду. Только не забудь, что ты у нас единственный бальзамировщик! Я на тебя рассчитываю, Перкау.

Его последние слова и смех звучали уже из коридора. Перкау остался наедине со статуей древнего Божества, отверженного народом Таур-Дуат и теперь нашедшего пути вернуться.

Получив знак от посланника, Амахисат едва дождалась наступления ночи. Слишком много надежд было связано с этим, слишком много судеб вовлечено! Она никого не хотела видеть, и привычные за много лет обязанности были в тягость – только бы дождаться, когда зайдёт солнечная ладья. Невозможно было не думать, каков итог, а представлять его – боязно.

Перемен в Секенэфе она не заметила – Император был всё так же сдержан и закрыт, но не мрачнее обычного. Стало быть, она первая получит вести… какими бы они ни были.

Под покровом ночи царица покинула дворец в сопровождении верных телохранителей. Небольшая лодка уже ждала её. Недолгий обычно путь до предместий столицы показался невыносимым – её мысли мчались далеко впереди. И когда Амахисат вошла, наконец, в дом – лишь доспех многолетней царственной выдержки помог ей не выдать своих эмоций. Бесстрастно она приказала управляющему Кераху проводить её к хозяину дома.

Вино, уже разлитое по бокалам, ждало на столе. Колдун поднялся ей навстречу и грациозно поклонился. Сегодня он, слава Богам, носил маску привычного лица – приятного нейтральной наружности рэмеи. Его истинный облик вызывал у Амахисат омерзение почти такое же сильное, как у него самого.

От вина царица отказалась и даже не села в кресло.

– Итак? – она нетерпеливо кивнула.

Улыбка обаятельная и самодовольная заиграла на его губах.

– Дело сделано, лучезарная моя госпожа.

От облегчения едва не подкосились ноги. Справившись с собой, Амахисат всё же села, неторопливо оправила калазирис и пригубила вина, пряча волнение.

Итак, Хэфер Эмхет мёртв – окончательно, бесповоротно. Никаких больше теней, никаких страхов, никаких сказок о восставших мертвецах, которые нашёптывали в её окружении в последнее время излишне часто. Лёгкое золотистое вино показалось ей даже слаще, чем обычно.

– Проси, чего хочешь, в награду, мудрый, – мягко проговорила Амахисат. – Кстати, все твои пожелания, касающиеся нового жезла, соблюдены. Искусный мастер тоже уже нашёлся.

– Благодарю, Владычица, – Колдун сел напротив, поднял свою чашу. – За успех нашего общего дела.

– О да. И за могущество твоего Бога, которым Он щедро одарил тебя!

Радость пьянила её сильнее вина. Напряжение многих дней отпустило, и по мышцам разливалась приятная сладкая истома. Теперь всё, наконец-то, будет хорошо!

– Я подумаю о награде, госпожа, – мягкий голос мага вплёлся в её мысли. – Мне бы хотелось оживить храм ещё больше, а для этого потребуется… разное. Увы, пока нет возможности отстроить его заново.

– Все твои желания будут исполнены. А когда будешь приносить Сатеху щедрую благодарственную жертву, сделай это и от моего имени.

– Всенепременно, Владычица, – улыбнулся Колдун, чрезвычайно собой довольный.

– Расскажи мне, как всё было. Как ты нашёл его?.. И главное – почему мой супруг счёл его непригодным для трона?

Амахисат сделала ещё глоток. На миг ей показалось, что вокруг стало жарче, а воздух сделался сухим и колким. Должно быть, вино ударило в голову сильнее, чем она предполагала.

Маг задумчиво посмотрел на огонь светильника, повёл над ним здоровой ладонью, и пламя затанцевало под его пальцами. Прекрасное завораживающее зрелище. Некстати царица вспомнила свой сон о пламени, в котором рождались фантасмагорические формы, и о гневе Секенэфа, но тут же отогнала воспоминание прочь, не желая омрачать радостный вечер.

– Всё пережитое сломило царевича. Он ведь действительно застыл между жизнью и смертью, – Колдун пожал плечами. – Его разум оказался покалечен даже сильнее, чем его тело – а что было с телом, ты и сама с лёгкостью можешь представить. Его взор был затуманен настолько, что тени мертвецов он видел отчётливее, чем живых, и едва уже понимал язык смертных.

– Я догадывалась, что такое возможно… Что ж, стало быть, наше решение даже по-своему милосердно. Как ни дорог он был Владыке, видеть любимого сына в таком состоянии, должно быть, невыносимо, – Амахисат ощутила лёгкий укол сочувствия. Представлять, что подобная судьба могла бы коснуться Ренэфа, даже не хотелось. – Я не желала, чтобы было так… Всё должно было закончиться иначе. Ещё там, в пустыне.

Она покачала головой, отбрасывая неуместные сожаления.

– Ага, – маг отхлебнул вина, как всегда равнодушный к чужим заботам и скорби. – Когда я выследил, где скрывают царевича, остальное было лишь делом сноровки. Я принял облик одной из жриц, заботам которых он был поручен, и осторожно прервал его трагически затянувшееся существование. Право же, жизнью назвать это было уже сложно. Да, пришлось немного повозиться с нитями, искусно сплетёнными жрецами Стража Порога и удерживавшими его тело. Наверное, нужно было отрезать и принести тебе его руку?.. Но ты не приказывала, и это вызвало бы много вопросов.

– Не надо, – резко покачала головой Амахисат. – Это бедное тело и так уже было осквернено больше, чем нужно… Я рада, что ты действовал осторожно, не вызывая лишних подозрений. Лучше скажи, что с женщиной? С той, о которой ты говорил. Уроженка Лебайи, собравшая его останки воедино.

– Её судьба мне неизвестна, – спокойно ответил Колдун. – Ты ведь просила найти его, а не её. Но можешь быть уверена, госпожа – больше Хэфер Эмхет, да хранит Собачий Бог его измученную душу, не поднимется из саркофага.

Царица улыбнулась теплее, чем когда-либо прежде.

– Поистине, ты – всё то, что мне обещала Серкат, и даже больше. Бесценный помощник, оружие, выкованное в кузнице Богов. За тебя, Верховный Жрец Сатеха.

Когда Колдун снова наполнил обе чаши, Амахисат решила задать другой беспокоивший её вопрос, хотя в сравнении с вестью о наконец-то состоявшейся смерти бывшего наследника трона меркла любая тревога.

– Пока тебя не было, у нас кое-что случилось. И тебя, я полагаю, оно касается напрямую, – проговорила царица. – Кто-то пытается привлечь ненужное внимание к твоему культу. Произошло несколько убийств наших союзников… Охотник использует лишь одно средство – огонь. Да, он сжигал их заживо… тех, кто был связан с первым покушением на царевича…

Маг заметно помрачнел, внимательно выслушал подробности. Известие о самозванце, подставляющем культ Сатеха, он принял плохо – даже не постеснялся крепко выругаться при ней.

– И без того времена непростые! Великий Управитель проявляет к нам слишком пристальное внимание… так ещё и это теперь!

– Стало быть, ты ничего об этом не знаешь, – усмехнулась царица, отпив ещё вина. – Вдруг у нас объявился новый могущественный жрец Владыки Первородного Пламени?

– Уж об этом я бы точно знал, – процедил Колдун.

– Займёшься этим? А я займусь осведомителями Великого Управителя.

– Не изволь беспокоиться, лучезарная Владычица, – Колдун оскалился. – Даже если самозванец – элитный убийца самого Императора, я найду его и выжгу ему сердце.

Амахисат не сомневалась – так всё и будет. К делам культа он всегда относился ревностно. С готовностью она рассказала ему все подробности, которые знала – где и при каких обстоятельствах появлялся загадочный охотник. В скором времени и правда можно будет не опасаться новых смертей.

– Когда найдёшь его… или их – допроси, кому они служат, и откуда знают то, что знают, – сказала царица, наконец. – Среди нас предатель – я в этом уже не сомневаюсь.

– Как интересно, – Колдун склонил голову набок. – Есть ли у тебя подозрения? Кого стоит проверить в первую очередь?

– Прежде найди охотника. Мои союзники беспокоятся. Идаэт так и вовсе считает, что видела живого царевича.

– Этого не может быть, – маг покачал головой. – Я видел его так же ясно, как вижу тебя теперь. И он не был способен не то, что убить кого-то – даже выйти из храма, не заблудившись по дороге.