Анна Сешт – Берег Живых. Выбор богов. Книга третья (страница 26)
Иарит не стала останавливаться и разглядывать, удалось ли чудовищу сбить пламя. Вместе с Оррэем они тащили за собой Кирдаллана к месту стоянки. За теми, кто остался, они вернутся потом – если их ещё можно было спасти.
На поляне принц раздражённо высвободился. Один из мечей он всё же потерял.
Эльф, следивший за костром, взвился на ноги, поспешно поклонился. И только теперь они все переглянулись, прислушались. За спиной трещало и жалобно ухало – чудовище уходило. Дальше в темноте мерещилось тихое шуршание, треск ветвей то тут, то там. Больше никто не кричал.
Звон рогов смолк. Иарит понимала, что это может означать. И отказывалась верить.
Кирдаллан обернулся, прищурился. Она нерешительно посмотрела в том же направлении. Огонь всё же не распространился – слава Богам, хоть в этом повезло. Дождавшись, когда немного стихнет треск за уходящей тварью, принц молча двинулся обратно. Иарит пошла следом. Страх уступил место исступляющей усталости – она уже не боялась звуков, не боялась, что второе оставшееся где-то недалеко чудовище придёт за ними. Думать о тех, кто не вернётся, было ей не по силам.
Принц прибил, затоптал едва тлевшее пламя в оставленной тварью просеке. Тело стражницы они нашли неподалёку – изломанное, с перебитой спиной. Кирдаллан пытался защитить её, но пришёл слишком поздно и сам едва не поплатился. Оррэй принёс новый факел. Свет выхватил детали, и Иарит поспешно отвела взгляд от останков. Тело выглядело так, как будто его уже начали переваривать. Спрашивать Кирдаллана она не решилась – молча помогла принцу оттащить труп к лагерю.
Лучник с перебитыми ногами чудом оказался жив – лежал без сознания в зарослях, где его оставила Иарит. Должно быть, к нему и спешила стражница.
Поручив его заботам товарища на поляне, они пошли искать остальных. Идти старались осторожно, тихо, но судя по тому, что отступил неестественный страх, проклятые твари всё-таки убрались.
Когда занялся тусклый рассвет, они так и не обнаружили второго стража. Удалось ли ему скрыться, или одно из чудовищ настигло его, никто не знал. Зато в овраге у ручья Иарит заприметила одного из своих. Она устремилась было туда с радостным возгласом, и замерла, когда разглядела.
Амиб сидел в укрытии под могучими корнями. Покачиваясь из стороны в сторону, он удерживал на руках изуродованные останки Тариса. И не было сил спрашивать, что же произошло. Даже разжать руки телохранителя, чтобы высвободить мёртвое тело, оказалось нелегко – не легче, чем убедить вернуться с ними в лагерь. И когда позже Иарит срезала прядь волос воина, чтобы увезти с собой в Таур-Дуат, она думала о том, как страшно ему было погибнуть на чужой земле. И как хорошо, когда есть кто-то, кто заберёт хотя бы часть, пройдёт долгий путь и даст достойное погребение.
Обоих воинов похоронили в лесу, безмолвно воздавая почести – каждый по-своему. Была ли здесь река, которая отнесёт мёртвых в Страну Вечного Лета, Иарит не знала. Но она верила, что Страж Порога приглядит за Тарисом и за эльфеей, пошлёт своих псов, проводников душ. А уж сама она сделает всё необходимое на родной земле.
Кирдаллан не вернулся в лагерь – рыскал по чаще, продолжая поиски. Лучнику было приказано охранять их, хотя неясно ещё, кто кого охранял. Чтобы занять эльфа хоть чем-то, отвлечь, Иарит послала его за водой, потом велела принести каких-нибудь здешних целебных трав. Он обещал поискать снадобья в охотничьем схроне поблизости – пояснил, что эльфы всегда прятали кое-что полезное на своих стоянках, для тех, кто пойдёт теми же тропами. Но, как и сама Иарит, лучник скорее всего понимал, что если не доставить товарища к целителю, тот не выживет. Раны выглядели прескверно. Если сустав хоть как-то удалось вправить, то что делать с мессивом плоти, рэмеи не знала. К своему счастью, эльф в сознание не приходил.
У Амиба оказались повреждены несколько рёбер и плечо, но идти он мог. Что он видел, и как погиб его друг, Иарит не спрашивала – взгляд у телохранителя был дикий, пустой.
Оррэй тем временем нашёл в вещах лепёшки и вяленое мясо, поделил на всех. Сегодня будет не до охоты.
Спали по очереди – точнее, забывались тревожной поверхностной дремотой, чтобы хоть как-то набраться сил. С наступлением сумерек вернулся Кирдаллан, в сопровождении только девушки – одной из следопытов. Выглядели оба ужасно, но были живы и большей частью – целы.
Знал ли принц, что посылает своих следопытов на смерть, когда приказал отвести тварей от лагеря? Конечно, знал. А Иарит знала, что не может осуждать его.
Тем вечером они сидели у костра. Фляга вина шла по кругу, в тишине. И лишь под конец Кирдаллан тихо обронил:
– Кто-то разбудил
Никто не ответил – следопыт лишь коротко кивнула, неотрывно глядя в огонь. Принц перевёл взгляд на рэмеи и добавил:
– Я думал о тебе иначе, госпожа Иарит из рода Ниут. Теперь понимаю. И благодарю тебя.
Посол слишком устала, чтобы размышлять над смыслом его слов – только чуть склонила голову, принимая благодарность.
Глава 50
Днём раненый лучник всё так же не приходил в сознание, но его состояние, очевидно для всех, ухудшалось. Импровизированные носилки из переплетённых ветвей и связанных плащей несли его товарищ и Оррэй.
Кирдаллан с мрачной решимостью вёл их тайными тропами дальше. Иарит понимала, что оставшиеся воины его отряда не рискнут заговорить с принцем. И долг диктовал им, что цель – превыше всего. Целью же было доставить посла в гавань… стало быть, ей стоило вмешаться.
Поравнявшись с Тиири, она почтительно заговорила:
– Ваше Высочество, меня беспокоит состояние Вашего воина, жизнь которого я старалась спасти.
Она намеренно подчеркнула эту сторону событий, хотя в воздухе висели чужие невысказанные мысли. Если бы не этот самый лучник, имени которого она не знала,
Но обвинения уже никому не помогут. Да и Иарит была там, сама испытала на себе воздействие этих тварей. Любое даже самое смелое сердце могло не выдержать.
«Фейский волк» одарил её тяжёлым взглядом.
– У нас приказ Её Величества, леди посол. Мы знаем свой долг – и Вы, и я, – отрезал он, не намереваясь продолжать разговор.
– Я прошу Вас за него, – тихо проговорила рэмеи и добавила ещё тише: – Мы и так потеряли четверых… Да и эта ноша не ускоряет движение отряда.
– Предлагаете бросить его в лесу?
– Предлагаю доставить его в ближайшее селение, или к какому-нибудь лесному знахарю… даже если придётся сделать крюк.
В глазах Кирдаллана она прочла отражение собственных чувств: ещё одна смерть зря…
– В гавани есть целитель, – через паузу ответил принц – мягче, чем до этого. – Мы в глуши, леди Иарит. Нет никого ближе.
И ей пришлось отступить, уповать на то, что они успеют.
На дневном привале эльфея-следопыт, помогавшая Иарит с раненым, украдкой тихо шепнула ей: «Спасибо…» Рэмеи покачала головой. У неё было много разных талантов, но целительство в них не входило. Оказать необходимую первую помощь она могла – может, чуть более сноровисто, чем остальные члены отряда, кроме самого Кирдаллана. И всё. Даже местные целебные травы ей были плохо знакомы – приходилось полагаться на знания принца. Кирдаллан помогал ей, но рэмеи видела, что особых надежд он не питает.
Раны были не просто воспалены – эльф гнил заживо. Иарит не решилась уточнять вслух свои догадки, но она помнила труп стражницы, плоть которой, казалось, начали переваривать. И если одну ногу лучник просто сломал, то со второй происходило то, что она увидела тогда.
Вечером того же дня Иарит снова подошла к Кирдаллану. Принц замер на границе света костра, вглядываясь в темноту леса, прислушиваясь к каждому звуку.
– Он не дотянет до гавани, Ваше Высочество, – тихо, чтобы никто больше не слышал, сказала она.
– Это я понимаю, – так же тихо ответил Тиири.
– Целители отсекают заражённые конечности, чтобы сохранить тело. У меня нет таких умений… нет подходящих инструментов. Но я больше не знаю, что предложить… Этого он тоже может не пережить.
Кирдаллан повернулся к ней и вдруг сказал решительно, разом снимая с неё ответственность за возможную неудачу:
– Я помогу Вам.
Вместе они вернулись к костру, но предпринять ничего не успели – со стоном лучник очнулся.
– Леди посол… – хрипло позвал он, едва осознавая реальность вокруг себя.
Иарит бросилась к нему, подхватила поданную эльфеей-следопытом чашу с отваром.
– Я здесь, – сказала она, опускаясь рядом, беря его за похолодевшую руку, и солгала: – Всё будет хорошо.
Остальные напряжённо молчали.