Анна Сешт – Берег Живых. Наследники Императора (страница 64)
– Как же хорошо вернуться домой! Нас ждут мраморные купальни и ароматные масла! И, Боги,
Анирет со смехом покачала головой и сняла запылённые сандалии.
– Определённо нет.
Но она знала, что ей будет не хватать той свободы, которую она чувствовала во время их недолгого путешествия… и возможности поговорить с Нэбмераи по душам.
Глава 19
Мейа то и дело выглядывала в щель в занавесях паланкина, пытаясь понять, далеко ли оставалось до дворца. Путешествие её явно утомило, и девушке не терпелось попасть домой как можно скорее, особенно теперь, когда они были почти на пороге. Анирет даже не стала привычно подначивать подругу. Всё же очарование Каэмит были способны оценить далеко не все.
– Могли бы встретить тебя и попышнее, – заявила Мейа, недовольно поморщив нос. – Никто даже цветов на улицы не вынес.
– Потому что мало кто знает о моём отбытии, – с улыбкой пояснила царевна. – Забыла?
– Ах, ну да… Но во дворце ведь знают.
– Во дворце и встретят, – пожала плечами девушка.
– Ну наконец-то! Мы уже подходим к воротам! Совсем скоро будем дома.
Анирет потянулась и наклонилась, чтобы надеть сандалии. Пошевелив пальцами ног и оценив свои отросшие когти, она подумала, что ей, пожалуй, нужны будут не только массаж и купальня. Вообще в целом не помешает вспомнить, что она всё же придворная дама. Амахисат никогда не упускала случая напомнить дочери, что та недостаточно хорошо себя держала, недостаточно изысканно одевалась, недостаточно тщательно следила за собой… От одного воспоминания об этом настроение Анирет резко испортилось. Перед тем как войти в город, она, конечно же, переоделась в самый нарядный и чистый свой калазирис, предварительно искупавшись с Мейей в заводи. Верная служанка даже соорудила ей упрощённую вариацию официальной причёски, помогла подобрать кое-что из украшений и нанесла макияжа ровно столько, чтобы не растекался под жарким солнцем. Но, вспомнив о матери, царевна всё равно показалась себе неопрятной и неухоженной.
Отбросив невесёлые мысли, девушка быстро надела сандалии, ремешки которых были расшиты мелкими бусинами бирюзы в тон ожерелью, – и как раз вовремя. Под приветствия стражей паланкин внесли на площадь перед дворцом и аккуратно опустили на землю. Мейа раздвинула перед ней занавеси, и кто-то подал ей руку, чтобы царевне было удобнее выйти. Анирет почувствовала себя увереннее, узнав крепкую ладонь Нэбмераи, и тотчас же смутилась этого. Учтиво улыбнувшись, она отняла руку.
Пара слуг с опахалами подошли к ней и заслонили от яркого солнца. Их плавные отточенные движения дарили благодатную прохладу. Царевна расправила плечи и посмотрела на окружавший площадь сад, на огромный фонтан из тёмного камня со статуей Ваэссира Эмхет в центре. Да, она была дома, но ощущала это совсем иначе, чем в Обители Таэху. И старалась не думать, что вернулась без Паваха, не вспоминать, как уезжала отсюда, ещё смутно надеясь на его невиновность.
За её спиной Мейа уже грациозно выскользнула из паланкина и раздавала распоряжения слугам, чтобы отнесли сундук с вещами её госпожи в покои и ничего не попортили по дороге. Анирет прошла вперёд в сопровождении Нэбмераи, слуг и стражей. Таэху почтительно держался на шаг позади неё, за правым плечом.
У дворцовых ступеней стражи отсалютовали царевне и распахнули золочёные украшенные рельефами – кобрами и соколами – двери. Несмотря на красоту и изящество резьбы, они были крепкими: инкрустация скрывала под собой железное дерево, обитое сталью. В случае нужды дворец очень быстро превращался из гостеприимного Дома Владык в неприступную крепость.
Анирет вздохнула с радостным удивлением, увидев, что не только дядя, но и отец вышел встречать её лично. С ним не было пышной свиты, только его стражи и несколько слуг. Император был одет в длинную белую драпированную схенти с золочёным поясом. Синий с золотом клафт и диадема со змеедемоном украшали его голову – единственное официальное свидетельство его власти. Но аура величия, которую он распространял вокруг себя, вызывала желание преклониться перед ним, даже если б он был одет как крестьянин. Царевна почувствовала гордость. Когда народ восхищался своим правителем, страну ждало прекрасное будущее.
Обстановка встречи в целом была неофициальной, почти домашней, поэтому приветствия не превратились в целый ритуал. Поклонившись Императору, царевна поискала глазами мать, но той нигде не было.
Нэбмераи рядом с ней также склонился в глубоком почтительном поклоне – представители рода Таэху имели право не преклонять колени перед наследником Ваэссира. Взгляд, которым Император одарил посвящённого воина, сложно было прочитать. Одобрял он того, кто стал супругом его дочери, или ожидал увидеть кого-то другого? Или просто не хотел, чтобы кто-либо понял его отношение, учитывая необходимость в строжайшей тайне?
– Добро пожаловать домой, дочь, – тепло проговорил Секенэф и учтиво кивнул Нэбмераи. – Высокий Дом Владык приветствует тебя, посвящённый воин Таэху, и благодарит за прибытие.
– Да будешь ты вечно жив, здоров и благополучен, Владыка наш, – почтительно отозвался Нэбмераи. – Великая честь – служить твоему роду, хранящему Закон на нашей земле, – потом он поклонился Хатеперу – выверено, чуть менее глубоко, чем Императору, согласно этикету. – Привет тебе, Великий Управитель, защитник мира.
Анирет уловила интонации искреннего уважения в голосе воина, когда он обратился к её дяде. Дипломат склонил голову в знак приветствия.
– Присутствие Таэху всегда отрадно нам, – сказал он, и его слова прозвучали не просто как дань традиции.
– Царица отбыла в храм на молитву, но она обрадуется твоему возвращению, – сдержанно проговорил Император, отвечая на невысказанный вопрос девушки. – Желаешь отдохнуть с дороги или разделишь со мной дневную трапезу?
– С радостью разделю, отец, – с готовностью согласилась царевна, понимая, что им предстояло обсудить очень и очень многое. – Я не заставлю тебя ждать.
То, что мать не встретила её, могло бы печалить, но, напротив, отсутствие Амахисат вызвало в душе Анирет странное облегчение. Дядюшка Хатепер посмотрел на неё понимающе и ласково. Он был искренне рад ей, и от этого на сердце у девушки стало очень тепло.
Царевна позволила себе немного освежиться и поспешила на встречу с отцом. Нэбмераи отвели отдельную комнату в императорском крыле, как почётному гостю, совсем рядом с покоями Анирет – к вящей радости Мейи, жившей в смежной с царевной комнате. Доверив подруге заботу о вещах, девушка поспешила на встречу с Императором. Отец дал понять, что ожидал и Таэху. Посвящённый воин встретил царевну в коридоре и последовал за ней.
Анирет отметила, что в стенах дворца он стал ещё более закрытым и собранным. Их дружеские беседы уже стали казаться чем-то невероятно далёким. Но ему ведь было нелегко – он ступил на чужую территорию, и к тому же считал своим долгом найти её врагов как можно скорее. Сейчас оба молча шли в тайный сад. Понимание того, что Император вот-вот благословит их брак и тем самым завершит ритуальное укрепление их связи, витало между ними невысказанное. За время пути домой царевна с этой мыслью кое-как примирилась, но сейчас чувствовала новый всплеск волнения. «Интересно, а он волнуется или ему безразлично?» – подумала девушка, украдкой взглянув на шедшего рядом воина.
Ещё утром, когда он увидел Апет-Сут и Планарные Святилища, его лицо освещало искреннее восхищение во взгляде. И он был так открыт… А сейчас Анирет снова не знала, как обратиться к нему. Что ж, на всё требовалось время, и доверие тем более не выстраивалось быстро.
В тайном саду, в благодатной прохладе в тени сикомор, был накрыт невысокий стол. Секенэф и Хатепер сидели в плетёных креслах и о чём-то тихо переговаривались. Два кресла поменьше стояли с другой стороны – для Анирет и Нэбмераи. Живых Клинков Ануи не было видно – иногда они оставляли Императору подобие уединения, хотя, как знала царевна, неизменно и бдительно наблюдали.
Девушка в нерешительности остановилась в нескольких шагах от стола. Дядюшка, заметив её, поманил обоих к столу. Когда Анирет подошла, Хатепер поднялся, и они крепко обнялись. Потом царевна обняла отца, не смущаясь проявлять тепло и любовь даже при Таэху.
– Я рад, что ты добралась благополучно, – искренне сказал Император. – Хоть одна добрая весть за последние дни.
– Что произошло в моё отсутствие? – с тревогой уточнила царевна и испуганно добавила. – Что-то с Ренэфом? Он так и не вернулся?
Хатепер покачал головой.
– Увы. Поход в Лебайю затянулся.
– Люди напали на наши отряды, – мрачно пояснил отец. – Улаживание конфликта займёт некоторое время.
Анирет приглушённо ахнула.
– Как же Ренэф? И военачальник Нэбвен?
– Они благополучно отбились. Теперь ещё несколько приграничных селений принадлежат Таур-Дуат, а твой брат готовит военный поход на Леддну, – коротко ответил Император, опускаясь в кресло. – Садись. Об этом мы ещё успеем поговорить. Сейчас я хотел поговорить о тебе. О вас, – он перевёл взгляд на Нэбмераи и жестом велел сесть и ему.