Анна Сешт – Берег Живых. Буря на горизонте (страница 76)
– Расскажи о разговоре!
– Сразу же, как обработаю снадобьем, – терпеливо ответил Тэшен.
– На, чтоб тебя, – раздражённо выдохнул Ренэф и сунул ему руку.
Целитель невозмутимо нанёс на рассечённую кожу какое-то снадобье – рану чуть защипало – и пробормотал под нос:
– Ни к чему рисковать, мало ли что, воспаление… А царевич у нас один.
– Ты не о моём воспалении лучше думай. Риск для его жизни сохраняется?
– Мы сделали всё, что могли, ты знаешь, – мягко напомнил Тэшен. – Он получил много ран, и тело его ослабло, поэтому заражение распространилось так быстро. Но всё прошло сколь возможно успешно. Милость Богов нам в помощь. Однако его нужно скорее переправить в Империю.
– Я отправился бы хоть сейчас, но должен дождаться солдат для будущего гарнизона.
– Прямо сейчас и не нужно – пусть пока побудет в покое. Ему следует хоть немного окрепнуть перед тяготами путешествия, – Тэшен посмотрел в глаза Ренэфу. – Когда сиятельный царевич изволит наведаться к нему?
– Когда мой целитель даст согласие, – невесело усмехнулся Ренэф.
– Может быть, завтра?
– Да, – отстранённо кивнул царевич. – Завтра будет непростой день…
Тэра проснулась от того, что перестала чувствовать Хэфера рядом. Распахнув глаза, она окинула взглядом шатёр и успокоилась, увидев, что царевич сидит неподалёку. В тишине он рассматривал жезл с навершием в виде головы ша, поглаживал, крутил в руках, проверял на остроту металлическую «вилку». Девушка не решилась тревожить его, хоть и понимала, что артефакт вызовет агрессию у Ануират.
Тэра хотела бы надеяться, что речь шла лишь о жезле, но догадывалась, что Ануират каким-то образом ощущали не артефакт, а перемены, произошедшие с самим Хэфером, – притом настолько сильно, что даже не узнали его. Они почувствовали Силу, пускавшую в нём корни, Силу, «запах» которой затмевал для них и энергию Стража Порога, влитую в смертную форму для восстановления, и золотую кровь Ваэссира, бежавшую в жилах наследника трона. Может быть, старейшины смогут заглянуть глубже, увидеть полнее? Ах, как она надеялась на это! Её знания об Ануират были слишком скудны, но она помнила об их бескомпромиссности. Не просто так учитель даже не предлагал обратиться к ним за помощью. А может, было в его пророчестве для Хэфера что-то такое, что не позволило ни жрецу, ни царевичу сразу направить свои мысли в это русло. Для Хэфера, похоже, этот шаг был рискованным, некой последней мерой, на которую он решился. У Тэры оставались вопросы, почему царевич не решил идти к псоглавым стражам сразу же, ещё до посвящения в песках, но должно быть, на то были причины, о которых он ей рассказал лишь отчасти. Помогать ему здесь никто не был обязан. Жертва, которую Ануират постоянно приносили роду Эмхет, и так была велика.
Девушка думала, сумеет ли она переубедить старейшин, уговорить, объяснить то, что знала сама. Ведь в глазах псоглавых она была избранной. Как странно! Идя сюда, она надеялась, что всё бремя переговоров ляжет на Хэфера. В конце концов, только представителей рода Эмхет Ануират и слушали.
Меж тем царевич взвесил жезл в руке, и на миг его глаза блеснули красным золотом, а глаза ша, казалось, ожили. Только на миг, но псы, дремавшие за пологом у входа, заволновались. Один из них сунул морду в шатёр и, когда Хэфер резко обернулся к нему через плечо, заскулил и отшатнулся. Царевич тряхнул головой, приходя в себя, и посмотрел на Тэру уже обычным своим взглядом. Девушка улыбнулась ему. Хэфер завернул артефакт в ткань, убрал в сумку и подсел к ней ближе.
– Уже полдень? – спросила она как ни в чём ни бывало.
– Даже за полдень. Но пока за нами так никто и не приходил, – он пожал плечами и взял её за руку.
Его ладонь была горячей, такой горячей, что она едва не одёрнула руку, но удержалась. Постепенно это ощущение сошло на нет.
– Ты уже ел? – спросила Тэра, просто чтобы избежать неловкой паузы.
– Нет, ждал твоего пробуждения, – Хэфер наклонился к ней и поцеловал. – Одежда высохла – я её уже собрал.
Жезл они не обсуждали – Тэра не спрашивала, а царевич, в свой черёд, не уточнял, что она успела увидеть. Покончив с остатками трапезы – и разделив часть еды с псами, которые энергично крутили хвостами у входа в шатёр, – они направились к воде, чтобы умыться. Стражи Ануират, сидевшие в тени шатра, поднялись единым слитным движением и последовали за царевичем и жрицей, но останавливать их не пытались.
Воздух буквально гудел от зноя, и даже ветер с реки не спасал от жары. Щурясь от ярких лучей Небесной Ладьи, игравших в индиговых водах, Тэра любовалась неохватным простором Великой Реки. В заводях у берегов покачивался бумажный тростник, тянущий к свету похожие на большие звёзды соцветия. Неподалёку на мелководье охотились белые ибисы, которых, казалось, совершенно не смущало близкое присутствие рэмеи и человека. Пальмовые рощи тянулись в обе стороны насколько хватало глаз.
Апет здесь была спокойной. Наверное, даже ладьи и рыбацкие лодки – если только они не принадлежали самим Ануират – предпочитали обходить владения псоглавых ближе к середине реки или вдоль противоположного берега. Где-то там, ниже по течению, лежал Кассар, который Хэфер и Тэра счастливо миновали, обошли по пескам, а ещё дальше – её родной храм, который до этого девушка не покидала всю жизнь.
Сердце жрицы вдруг сжалось от острой тоски – по учителю, по общине, по шепчущей древними голосами тишине их некрополя. Она ведь даже не знала, вернётся ли, и не знала, что случилось с Перкау и остальными. Прибыли ли воины Императора? Удалось ли объясниться? Угрожает ли что-то учителю прямо сейчас?..
Словно почувствовав её настроение, Хэфер обнял Тэру за плечи и привлёк к себе, ничего не говоря, глядя на реку вместе с ней. Нет, она не жалела, что пошла с ним. Она хотела защитить его и поддержать – в этом были и её долг, и веление сердца.
Один из псов подошёл к Тэре и ткнулся влажным носом в её ладонь. Рассеянно она потрепала зверя по холке, вспоминая подраставших в храме щенков и своего погибшего друга. И тоска сменилась тихо тлевшим внутри гневом: сколько же зла и бед было от напавшего на них мага! Он хотел погубить Хэфера. Он убил пса-патриарха. Он распространил эти ужасные слухи, которыми теперь полнились земли Империи, из-за которых её общину могли уничтожить! Никогда прежде не было у Тэры врагов, и вот появился. Как Хэфер и говорил, чародей выжил и исполнил свою угрозу. Жрец Сатеха, ну кто бы мог подумать! И служил этот жрец тем, кто хотел её царевичу погибели, кто обрёк его на забвение в посмертии.
– Я чувствую это пламя в тебе, – вдруг тихо сказал Хэфер. – Ярость. Ярость, родственную с моей… Перед грядущим разговором нам обоим лучше успокоиться. Присутствие Отца Войны рядом с нами и без того ощутимо.
– Ты расскажешь им? – Тэра подняла голову и посмотрела на царевича, но он не отводил взгляд от реки, точно вид мерного течения индиговых вод и правда мог успокоить его. – И о той ночи расскажешь?
Хэфер с горечью усмехнулся.
– У меня есть иной выбор? Если бы всё было так легко, я пришёл бы сюда сразу. А теперь… Всё стало лишь сложнее, но и утаивать правду бессмысленно.
За спиной взлаял пёс, извещая о чём-то. Один из сопровождавших их Ануират издал короткий лающий звук в ответ.
– За нами пришли, – сказал царевич, выпуская Тэру и поворачиваясь в сторону шатра.
Через некоторое время показалась небольшая группа Ануират – четверо не то воинов, не то охотников, по двое каждого пола. Следом шли юноша и девушка из числа тех, кто ставил шатёр и приносил еду утром. Возглавляла процессию средних лет женщина в простом светлом калазирисе. Пектораль с изображением Ануи – почти такая же, какую носил Перкау, – украшала её грудь, чёрные седеющие волосы были уложены в причёску жрицы. Тэра уже не сомневалась, что увидит на её руке знаковое кольцо-печать. И Хэфер тихо подтвердил:
– Верховная Жрица общины.
Обмен приветствиями был церемонным, но коротким. Жрица нетерпеливо отослала воинов и, не таясь, разглядывала представших перед ней царевича и бальзамировщицу. «Она знает, – испуганно подумала Тэра, не в силах оторвать взгляд от лица с острыми, но приятными чертами, от завораживающих изумрудных глаз, пытливо изучавших её и видевших намного больше, чем хрупкая телесная оболочка. – Знает, кто я… кто мы… Осуждает ли?.. Неважно… Я здесь по воле Стража Порога».
Эта мысль придала ей уверенности, как и присутствие рядом Хэфера. Она расправила плечи – скрывать и стыдиться ей было нечего. И в тот момент женщина одобрительно кивнула.
– Кто воспитал тебя, дитя? В каких землях ты была рождена? – голос жрицы оказался мягким, а речь степенной, как течение вод Великой Реки. – Подойди.
Сопротивляться этому не то повелению, не то просьбе, не хотелось. Тэра коротко взглянула на Хэфера, и тот кивнул. Девушка чувствовала его напряжение, ожидание. Нерешительно она приблизилась к женщине. Высокая, статная, излучавшая то же удивительное ощущение здоровья и физической силы, жрица отчего-то не пугала её, а вызывала странное ощущение родства, как и милая старая Лират, бывшая Верховная Жрица их общины. Ноздри женщины затрепетали, и она чуть склонила голову набок, тоже по-собачьи, хоть получилось у неё это куда более величественно, чем у встретивших их в пустыне воинов. Жрица протянула к Тэре руки и зажала её лицо между ладонями. Девушка не успела даже удивиться, так крепко приковал её к себе взгляд невероятных глаз.