Анна Сергеева – Вся эта правда (страница 3)

Несмотря на постоянную борьбу человечества с тяжелыми климатическими условиями – люди уже давно приспособились к постоянно меняющимся погодным условиям и научились выстраивать свою жизнь так, чтобы радоваться таким редким и приятным дням как этот.

Хлоя подставляла лицо ласковым солнечным лучам и улыбалась. Хороший день. Продуктивный, приятный, весёлый. Сейчас она вернется домой и увидит своего любимого сына, обнимет его, поцелует в макушку. Он будет смеяться и рассказывать, как прошёл день. Скажет, что любит её. Будет требовать макароны с сыром на ужин. Хлоя ощутила мягкое тёплое чувство. На мгновение настроение омрачили мысли о беспорядке, который также ждёт её дома. Возникло раздражение. Как здорово было бы вернуться домой, где все вещи лежат на своих местах, все шкафы и ящики закрыты, посуда чистая и разобранная, вся техника работает исправно, а ребёнок занят полезными вещами вместе со своим отцом. Хлоя понимала источник своего раздражения. Безусловно, семья здесь только благодаря её работе. И для её мужа Валерьяна чего-то настолько же полезного и важного не нашлось, поэтому на него легли заботы о быте и физические дела, связанные с Луи – отвести к специалистам, забрать, покормить, уложить спать. Хлоя понимала, что это много забот, но ей отчаянно хотелось, чтобы Валерьян проявлял больше вовлеченности и старания. А в реальности фактически она возвращалась с работы в захламленную плохо прибранную квартиру, где ребёнок занимался чем попало. Она купалась, ела и начинала тянуть дома вторую смену – приводить квартиру в порядок, раскладывать вещи по местам, купать ребёнка, заниматься с ним, читать перед сном. При этом муж постоянно был раздраженным и вечно чем-то недовольным. Находиться дома с каждым днём становилось всё невыносимее.

И только Луи, её цветы и хобби помогали Хлое находить маленькие уголки радости, уютное убежище в этом недружелюбном доме.

Но это ничего. Вот маленькие тёплые руки сына обнимают её, он целует её в щеку и говорит, как сильно любит. Сейчас они сядут в обнимку в любимом кресле и будут читать интересные книжки. А завтра будет новый день. Ничего. Худшее уже позади.

Глава 2. Три года назад.

Дети не просто наполняют нас любовью, они дарят очень много веселья и радости. И полностью стирают ощущение одиночества.

Фактически каждый из нас одинок от начала до конца своей жизни, и никакой человек со стороны не может заполнить эту пустоту. Её можно приглушить, но она всегда останется внутри. Невидимая, неосознаваемая, но вполне ощутимая.

И лишь в тот короткий миг, когда дети приходят в нашу жизнь и пока они не ушли жить свою отдельную самостоятельную - в это время ощущение внутреннего одиночества и пустоты отступает насовсем. Как будто растворяется без остатка.

Сложно удержаться от тотального слияния и разделять себя и своего ребенка. Свою жизнь и его. Свою боль и его страдания. Помнить, что твой ребенок - это отдельный человек со своими отдельными эмоциями, переживаниями, своим опытом и своей судьбой.

Я обнимаю сына, слышу стук его сердца и задорный весёлый смех, вижу искреннюю детскую радость в глазах, и все самые тяжелые и страшные переживания рассеиваются. Словно солнце, разгоняющее свинцовые грозовые тучи.

Радость и счастье, которые дарит любимый ребёнок, способны уничтожить любое отчаяние в душе. Сгладить любую боль.

Но как быть с болью, которая возникает, когда любимый ребенок плачет и страдает. Как быть с тревогой и страхом за него? Где найти солнце, которое разгонит эти тучи?

Как научиться самой генерировать этот свет внутри своей души, чтобы освещать не только свои будни, но и служить маяком для своего ребенка? Как создать опору внутри, которой никогда не было? Пока сын ещё мал, мы подпитываем друг друга. Я дарю любовь и заботу, и получаю целебный свет миллиона звёзд в ответ.

Мой психолог говорит, что нужно также сильно полюбить своего внутреннего ребенка. Ту напуганную девочку, которая никогда не чувствует себя в безопасности. Маленького брошенного и никому не нужного ребенка, который знает только страх, боль, тревогу.

Ребенка, который десятилетиями прячется в вымышленных мирах, разрешая внутренней защитнице давать отпор внешнему миру. А внутренняя защитница не способна создавать свет. Она создана лишь с одной целю - вести войну со всем окружающим миром. Особенно с мужчинами.

Они так и живут эту жизнь вдвоем - напуганная девочка и яростная защитница. Где-то в подвалах сидит и ждёт освобождения романтичная и нежная девушка, мечтающая о любви и надёжном партнере. Она совсем не боец, она слабая и доверчивая, и ей нет места в этом опасном мире. И вот она сидит там много лет в полном одиночестве. И любовь для неё приобретает всё более сакральный и пугающий смысл. И этот страх заражает и искажает все стороны личности.

Я стою в кабинете распределения и держу моего Луи за руку. Он жмётся ко мне, напуганный недружелюбной атмосферой больницы.

- Ваш ребёнок сильно отклонился от прогноза, и мы не можем рекомендовать зачисление в сад для будущих сотрудников Фатума, - отстраненно и холодно сообщает мне сотрудница распределения, даже не поднимая на меня глаза. Я для неё не более чем ещё одна рабочая задача. Обезличенная, неинтересная, не заслуживающая её внимания.

- Я знаю, что прогноз может меняться, и у меня как у действующей сотрудницы Фатума есть право отправить ребенка в этот сад. И даже в школу. Даже при абсолютном отклонении от прогноза.

Сотрудница нехотя поднимает на меня взгляд. Видимо, к отпору она не была готова.

- Женщина, - выплевывает она, - ваш ребёнок даже слово «мама» сказать не может, зачем вы собираетесь его мучать такими сложными решениями? Отдайте его в обычный сад, там он будет среди своих.

Я чувствую, как вспыхивают мои щёки, моя злость заполняет всю комнату.

- Спасибо за ваше безусловно компетентное мнение, однако у меня есть право водить ребёнка в сад Фатума, и я им воспользуюсь. Выпишите направление, и я уйду.

- Там дети, которые уже стихи учат, они будут смеяться над вашим ребёнком. Возьмите направление в…

- В жопу себе засуньте эту бумажку, - не выдерживаю я, - я не уйду отсюда, пока вы не выпишите мне направление в Фатум.

Сотрудница пробормотала что-то неразборчивое, но явно оскорбительное. После чего пренебрежительно бросила в мою сторону бумажку с направлением в садик от Фатума.

Мне всё равно на её псевдопрофессиональное мнение. Я вижу, что есть проблемы. Я понимаю, что мой ребёнок отличается. А ещё я вижу его силу воли. Как он старается. У него не получается, но он раз за разом пробует снова, и снова, и снова, и снова.

У него есть то – чего нет у большинства людей, которых я знаю – несгибаемый характер. Он ещё такой малыш, но я вижу это в нём. В его глазах, в его поступках. И я вижу, что он умный. В конце концов, мальчики получают интеллект от матери. Я не могу допустить, чтобы он оказался на обочине этой жизни. Я что-нибудь придумаю, время ещё есть. Если мы оба сильно постараемся, всё обязательно получится.

Я уже нашла для него специалистов, которые помогут запустить речь. Нашла хорошего тренера, чтобы сопровождать интеллектуальные нагрузки физическими. И я сама каждый день с утра до вечера занимаюсь с ним. Это очень тяжело, по ночам я плачу от бессилия. Но наступает новый день, и мы продолжаем нашу борьбу.

Скоро я вернусь к работе, и тогда у меня появится больше возможностей для помощи Луи.

Он такой хороший мальчик, и я ни за что не позволю разрушить его жизнь.

Глава 3. Рабочие будни.

Будильник прозвенел как обычно в 5:30. Скорее формальность и подстраховка – Хлоя всегда просыпалась с первыми лучами солнца. Сегодня подстраховка пригодилась. Циклон принёс неожиданную для этого времени года прохладу, свинцовые низкие тучи и целую ночь проливного дождя.

Хлоя поставила вариться кашу для Луи, заварила крепкий сладкий чай с лимоном и открыла на кухне окно. Этот запах – прохладное раннее утро после дождя – всегда вызывал у неё улыбку. Что-то тёплое и светлое поднималось из глубины души. Откуда-то из тех закоулков памяти, когда в детстве случались моменты чистой, настоящей, детской радости.

Она еще несколько раз глубоко вдохнула. Тишина, капли дождя и этот чудесный запах. В следующий раз такая благодать будет только осенью. Безусловно осенние ароматы совсем другие – ранней осенью пахнет уходящим летом и подступающей прохладой. В середине осени пахнет кострами, вянущей и потихоньку ферментирующейся листвой, более явным холодом, запахи очень густые, сочные, заполняющие собой всё. В конце осени всё становится более прозрачным и пустым, звенящим, словно предостерегающим о приближающихся зимних днях.

А затем наступает зима – ледяная, колючая, свежая, выжигающая лёгкие морозом. Хлоя ненавидела зиму даже больше, чем июльскую опасную жару. Конечно, живи она где-нибудь в лесу в старом утеплённом доме, где много места, тишины и покоя, откуда можно до самой весны никуда не выходить – зима бы ей нравилась. Иногда Хлоя мечтала о таком домике. Мечтала, как будет пить горячие травяные чаи с малиновым вареньем, сидеть в своём уютном кресле под большим вязаным пледом и читать все-все-все книги, до которых не доходит очередь в суете её будней. Как будут первобытно потрескивать поленья в камине, как по вечерам они будут вместе с Луи читать сказки и рассматривать ледяные узоры на окнах.