Анна Семироль – Азиль (страница 39)
Приоткрывается дверь, заглядывает молоденький парнишка в кое-как подогнанной униформе:
– Месье Каро, начальник прислал узнать, не нужно ли чего.
– Нужно. Что у вас на обед было сегодня? У вас, не у заключённых.
Паренёк задумчиво смотрит в потолок, припоминая.
– Картофель, месье. С курицей. И компот.
– Принеси порцию. И в приличной посуде. Для меня.
С готовностью кивнув, парень удаляется исполнять.
Бастиан снимает сюртук, вешает на спинку стула, расстёгивает воротничок белоснежной рубахи. Слишком жарко для официоза. Надо бы приоткрыть окно, впустить хоть немного воздуха. Бастиан сдвигает вверх оконную раму, смотрит на тюремный двор сквозь прутья решётки. Площадка перед окном вытоптана, ни единой травинки. Двор обнесён высокой бетонной стеной, по верху – витки колючей проволоки.
– Отличный пейзаж. Надеюсь, из окна начальства тот же вид, – произносит Бастиан.
Он присаживается на диван и ждёт. Рассматривает переплетение полос на ковре под ногами и старательно гонит от себя мысль, что никакого диалога с Кейко у него не получится.
«Я должен найти слова. В конце концов, это всего лишь девчонка из Третьего круга», – думает он, крутя на безымянном пальце массивное кольцо с крупным чёрным камнем.
Бесшумно открывается дверь, и Кейко появляется в комнате так тихо, что он скорее угадывает её присутствие, нежели слышит осторожные шаги. Поднимает голову – и видит перед собой худенькую японку в чистой прямой рубахе-безрукавке до колен. Лицо девушки настолько безмятежно, что кажется, будто Бастиана эта встреча волнует куда больше, нежели её.
– Здравствуй, Кейко.
– Здравствуйте, месье Каро, – спокойно отвечает она.
Бастиан делает глубокий вдох. «Доброжелательный, спокойный тон, – напоминает он себе. – Выключай Советника. Выключай, или ничего не получится».
– Присаживайся, где хочешь. Я пришёл просто поговорить.
Она коротко кланяется, усаживается на стул напротив дивана. Спина прямая, руки сложены на коленях. Взгляд Бастиана непроизвольно задерживается на её пальцах: распухшие костяшки с содранной кожей, левую ладонь девушка старательно прикрывает правой.
– Я могу тебя попросить? Только честно.
– Да, месье Каро.
Он пытается улыбнуться, но выходит искусственно.
– Пожалуйста, не надо меня бояться.
Её улыбка куда более искренняя и смелая.
– Я вас не боюсь. И никого не боюсь. Вы мне больше ничего не сможете сделать.
– Я и не собираюсь, поверь.
– Тогда почему вы здесь? Я всё рассказала дознавателям, мне нечего добавить.
Бастиан задумчиво оглаживает подстриженную бородку. Так, надо выводить разговор в иное русло. Для начала – быть с ней честным.
– Я хочу, чтобы нашли и наказали того, кто убил моего брата, – начинает он, тщательно проговаривая каждое слово. – Чтобы кара коснулась только тех, кто виновен. Понимаешь?
– Да. Я виновна?
Её прямой вопрос ставит Бастиана в тупик. Будь Советник на эмоциях – не задумываясь, ответил бы «да». Но сейчас, когда работает лишь рассудок, правильного ответа не приходит.
«Отвечай честно, Бастиан, давай. Время теряешь».
– У меня нет точного ответа, Кейко. Сейчас, в данный момент, ты для меня – жертва обстоятельств. Ты – его прихоть, игрушка, которой не место в нашем доме. Если бы он привёл тебя в семью законной женой, я бы мог… нет, я бы тебя ненавидел. Но всё получилось иначе. Неразумно испытывать негатив к тебе теперь. И во мне его нет. Я тут потому, что… – Он сбивается, умолкает, потом продолжает: – Ты знаешь, в чём тебя обвиняют?
– Нет. Мне не сказали.
– Ты знаешь слово «терроризм»?
– Нет, месье.
«Осторожнее, Бастиан. Выбирай слова, тщательно формулируй вопросы. Да, это всего лишь версия, но если она вдруг верна – ты сам всё испортишь».
– У тебя много друзей?
Кейко моргает, пытаясь понять, зачем её об этом спрашивают. Улыбается.
– Нет, месье. Две японские семьи в нашем доме, и всё.
– А на работе? Кем ты работаешь?
– С шести утра до полудня я присматривала за малышами в группе от полугода до пяти. С часу дня до девяти вечера я сортировала мусор на городской свалке. По выходным помогала сестре в порту. Сматывала водорослевые ленты, складывала рыбу в контейнеры. Меня многие знают, но… но кому нужна дружба с косоглазой?
Логично. Даже в своей среде девчонка была на отшибе. Господи, Канселье, ты всё-таки идиот.
– Кейко, а сестра? У неё есть друзья?
– Те же, что и у меня. И мальчик с сейнера, на котором она ходила раньше.
Возвращается парнишка-посыльный с подносом. Ставит на стол тарелку картофельного пюре с аппетитно пахнущей половинкой жареной курицы и высокий тонкостенный стакан компота, кладёт рядом салфетку, нож и вилку.
– Нож забери, – распоряжается Бастиан.
Когда парень уходит, он кивает Кейко в сторону стола:
– Садись, поешь. Я не знаю, чем вас кормят, но не думаю, что досыта.
– Спасибо, месье Каро. Я не голодна, – торопливо отвечает девушка и опускает глаза.
– Давай, садись. Я же вижу, как ты слюной давишься.
Кейко послушно присаживается за стол, неуверенно берёт вилку и почти тут же откладывает её в сторону.
– Можно я просто попью?
– Конечно. Это всё тебе принесли.
Бастиан смотрит, как она пьёт, держа стакан обеими руками и торопливо глотая, и это зрелище успокаивает его. Да, девчонка не боится. И похоже, действительно честна. Похоже.
– Кейко, ты ешь, а я пока расскажу. Про слово, которое ты не знаешь. Терроризм – это когда группа людей старается причинить вред как можно большему числу окружающих. Специально. Наш мир, который существовал двести с лишним лет назад, погиб из-за таких людей. Вроде как они делили бога. Половина мира считала, что бога зовут Христос, половина с ними не соглашалась. И из-за этой ерунды террористы распылили в воздухе самовоспроизводящееся нечто, которое разрушало хлорофилл. Вижу, что тебе непонятно, поясню. Раньше в мире было много растений. В Третьем круге их почти нет, но ты же наверняка бывала на праздниках во Втором круге? Видела деревья, цветы, травы. Хлорофилл – это основа растений. Когда погибли растения, погибли и животные, которые ими питались, а вслед за ними – животные, питающиеся животными. Мы успели спрятаться под Куполом, который обезвреживает это вещество, и запасти семена растений и зародыши животных. И потому спаслись. А большой мир погиб.
Глаза Кейко расширяются настолько, что она перестаёт походить на японку. На лице – выражение ужаса.
– Зачем было это делать, месье Каро? Оно же убило… убило столько…
– Вот именно. Ради своей правды люди идут порой на немыслимые мерзости. Кейко, следствие обвиняет тебя в том, что ты помогала террористам. Людям, готовым уничтожить Азиль.
Стакан выскальзывает из пальцев и разлетается на полу вдребезги.
– Простите, – шепчет Кейко и принимается быстро собирать осколки.
– Оставь, пожалуйста. И послушай меня, – останавливает её Бастиан.
Он подходит к девушке, носком ботинка откидывает в сторону крупный кусок стекла.
– Кейко, кто и зачем перебил тебе Код доступа?
Девушка выпрямляется, отступает на шаг.
– Это был человек Сириля. Его попросил Ники… Доминик. Сказал, что без нового Кода мне даже с ним в Ядро не пройти. Это молодая девушка, она приходила ко мне домой и всё сделала там.
Бастиан удовлетворённо кивает. Всё просто. Какая тут теория заговора и мифические террористы?