Анна Щучкина – Сожженные земли. Право на дом (страница 13)
А может, уже и не смутные.
– Так ты боялся… этого?
– Не только. Воля твоя сильна, но все возрождения и вхождения в цикл не могли не истощить твой разум.
– Ты не знаешь, что я пережил.
– Как и ты. Я видел… много твоих смертей.
Он так и не произнес то, что мелькнуло в его взгляде:
На моих губах растянулась улыбка, и я чуть не расхохотался. Потом провел рукой по лицу и хрипло произнес:
– Дэниел, мы обсуждали мою смерть задолго до ее наступления. Все условия были соблюдены: милосердие мерзавца, предательство близкого, месть жертвы. – Я сделал два шага к нему и медленно произнес: – Иначе судьба никогда бы не изменилась.
Глаза Костераля почернели, затлели, и на краю радужек показался серый сухой пепел. Горе сковало его лицо.
– Не плачь, – прошептал я. – Не плачь, мой верный друг.
«Я не мог ослушаться твоего приказа», – раздалось в голове тревожно и надрывно. Так, как я никогда не слышал от него.
«Я понимаю».
«Я не хотел причинять тебе боль».
«Я знаю».
«Ты – самое ценное, что есть в Таррвании, сокровище, которого мы не заслужили. И своими… руками… я отправил тебя в цикл».
«Ты ни в чем не виноват, так было нужно».
Пепел продолжал струиться из его тлеющих глаз, оседать на щеках и руках, разлетаться хлопьями по комнате, пока мы молча обменивались мыслями. Дэниел всегда прятал свои эмоции: сдержанный и суровый правитель Сожженных земель, опытный воин и справедливый брат. Никогда не давал слабины и требовал того же от других, трудясь с отдачей даже большей, чем позволяли его силы.
И только передо мной он снимал маску, зная: я пойму и не стану осуждать.
Ведь я такой же.
– А теперь, мой верный друг и вассал, перенеси меня в Бастарию. Они, должно быть, заждались своего стража, – тихо произнес я.
Дэниел коротко кивнул, и огненным столбом протянулся портал.
Я провернул ключ в замке двери, запирая ее, и мы шагнули на территорию крепости.
Вернулись мы к ужину. Я успел сменить запачкавшуюся одежду и вышел в зал в наряде Дэниела. Красноречивые взгляды, преследовавшие нас, вполне удовлетворили меня – обман еще долго не раскроют. А когда раскроют – уже будет поздно.
Так исторически сложилось, что Последний предел оказался намного дальше остальных крепостей стражей. Тихое, спокойное место вблизи Забытых островов, где находилось фамильное гнездо дома Огненных драконов. И одна из причин существования этой крепости – приглядывать за драконами и семьей, которая по праву считалась второй по силе в империи. Огненные драконы не уживаются с зелеными, а зеленые не терпят огненных. Их силы по своей природе конфликтуют и взаимно уничтожают друг друга.
Однако эта необходимость – «приглядывать» – отпала несколько сотен лет назад, когда умер последний член дома Галз, из которого и происходила мать Дэниела. Мой друг остался один. Последний дитто огненного дракона, давший клятву: служить верно, не как вассал, а как брат. А во время конфликта, спровоцировавшего Кровавое утро, он удалился на Сожженные земли.
Некогда благодатные земли, позже укрытые пеленой смога.
Я знал все – воспоминания продолжали, как мозаика, кусочек за кусочком вставать на свое законное место. Однако при каждом «озарении» я выпадал из реальности.
Вот и сейчас Аниса бросила на меня быстрый взгляд, перед этим резким хлопком выдернув из задумчивости – моя голова почти соприкоснулась с углом. Я пожал плечами и невинно улыбнулся. Аниса тяжко вздохнула, вынужденная всякий раз приводить меня в чувство.
По витиеватым коридорам мы пришли к залу собраний. Высокие своды, знак дракона на закрытых дверях. Охрана из четырех человек. Те стражи, что на почтительном расстоянии следовали позади, прошагали вперед и встали возле входа. Двое стражей с поклоном открыли створки.
И мы вошли в этот зал, полный людей. Два трона стояли на возвышении, в самом конце: для императора и императрицы. Некогда облаченные в изумрудно-зеленый бархат, сейчас троны были отделаны в цвета дома Корс – белый с золотом, а штандарты с белыми драконами стояли позади них. Красной дорогой расстелилась ковровая лента, а острые, внимательные взгляды устремились на скрип дверей. По обе стороны от ковра стояли отпрыски разных домов: как знатных, так и младших, не обладающих особой властью. Здесь же присутствовали представители забытых домов, приверженцы Рейна и Анисы в этой войне.
Шорох одежды, вздохи восхищения и одобрительные возгласы следовали за нами по пути к тронам.
Подданные ждали нас.
Он стоял у конца дорожки, как всегда уверенный и властный. Его глаза сверкнули, а затем владыка Сожженных земель торжественно произнес:
– Дамы и господа, Александр Корс и Аниса Корс, истинная императрица Таррвании и жена Рейна Фуркаго. Та, кто должна по праву сесть на трон.
Гневно вскричал один из аристократов:
– Император лгал!
И голоса зашумели, закачались в людском море. Дэниел подал руку сестре, и Аниса с достоинством села на трон, оправив складки белоснежного платья с тонким золотым шитьем. Я поднял ладонь, призывая к тишине, и произнес:
– Приветствую собравшихся на дружеской встрече. Я Александр Корс, и… император не смог убить меня. Но за обман он поплатится смертью. – Я обвел взглядом выжидающую толпу. Несколько десятков пар глаз уставились на меня. В них горел огонь решимости. Слуги принесли кувшины с вином и неспешно разлили его по бокалам. Кроваво-красный напиток оглушительно громко полился в хрусталь в наступившей тишине. И я вскричал, поднимая тост: – Смерть императору!
– Смерть! Смерть! Смерть! – вторили наши союзники.
Я улыбнулся.
– Да начнется Совет. И пусть богодраконы благословят наш путь.
В центре длинного темного стола мерцали слабые языки пламени – зерцало света в чаше, под которой плясал магический огонь, отбрасывающий на лица собравшихся резкие, острые тени. Тяжелый гул голосов перекатывался по залу, как прибрежный штормовой ветер. Мы были не просто военачальниками или советниками – каждый из нас играл важную роль в этой войне, где любая ошибка могла стоить королевства.
Я откинулся на жестком стуле, созданном для того, чтобы напоминать: здесь мы не ради удобства. Каждый взгляд и жест имел значение. Все присутствующие находились на грани между союзниками и противниками.
Рядом со мной расположился Дэниел. Он сидел неподвижно, с непроницаемым лицом.
– Итак, мы потеряли два дома, – начал Аллистир спокойным голосом, но с явным намеком на упрек.
«Потеряли» в нашей ситуации означало предательство и смерть.
Я раздраженно посмотрел на него. Аллистир использовал любую возможность уколоть побольнее.
– Мы знали, что это случится, – сказал я, сжимая кулак на столе так, что дерево скрипнуло. – Если вы хотите воевать с императором, будьте готовы ко всему.
Некромант хмыкнул, но промолчал, глядя на пламя.
– Мы говорим о потерях. Но кого мы приобрели? – спросила Эйри. – Стражи обещают восемь тысяч бойцов. Мастин приведет еще три тысячи с Сожженных земель и несколько десятков из отряда сопротивления. Успеют ли они добраться до Аргтауна?
– Мои драконы готовы, – сообщил Дэниел. – У меня их более двухсот… пока. – Он посмотрел на Аллистира. – Скоро присоединится еще…
– И чем мы будем их кормить?
– Это не проблема, – сказал из тени граф Алитов, представитель забытого дома. – Мы обеспечим снабжение.
Я кивнул, не спуская глаз с этого внезапно заговорившего молчуна. Слишком скрытные союзники часто оказываются самыми опасными.
– Численность не главное, – произнес Мастин, человек, привыкший отдавать приказы. – Ее всегда можно восполнить. Но оружие… Нам нужны склады, полные оружия и брони.
Представитель гильдии кузнецов шагнул вперед и положил перед нами клинок, сверкающий, словно луна в ночи. Его поверхность была идеально гладкой, но по лезвию тянулись загадочные руны, а внутри металла угадывалась сложная внутренняя структура.
– Эти клинки усиливают вашу магию. С ними даже упир окажется беспомощен. Пока это единственное оружие, способное противостоять им. Нам нужно произвести их как можно больше, а также создать броню, которую можно использовать для защиты наших стражей, – продолжил Мастин.
Его слова казались мне слишком поверхностными. Либо он недооценивал масштаб проблемы, либо намеренно скрывал свои сомнения за напускной уверенностью.
– Нам нужны технологии и оборудование, – добавил он, наклоняясь вперед, чтобы подчеркнуть важность сказанного. – Если не справимся с упирами, которые император использует против нас, то наши силы иссякнут еще до того, как мы доберемся до берегов. А технологии… Вряд ли они достанутся нам легко.
Я выслушал его затянутую тираду и, не дожидаясь очередного пустого повторения, перебил:
– Мы возьмем их. – Мой голос прозвучал как удар молнии, разрубивший тишину. Все замерли, словно кто-то взбаламутил спокойное озеро яростными волнами. – Один из укрепленных городов стражей. Там есть все необходимое: кузнецы, оборудование, технологии, оружие… И главное – свобода действий, чтобы использовать это для наших целей, – продолжил я, обводя взглядом собравшихся.
Мастин нахмурился, выпрямился.
– Ты действительно думаешь, что Бастария встанет на нашу сторону? Их старшина, Отто, предан императору до мозга костей. Дай ему шанс, и он лично сдерет с тебя кожу ради одобрения своего правителя. Я служил с ним много лет, Александр, – щеки Мастина напряглись, словно он готовился к удару, – пока мы спасали твою задницу.