Анна Щучкина – Павший (страница 11)

Я медленно подняла арбалет, прицелилась и выстрелила. Болт вонзился точно в голову ближайшего каркелята; существо дернулось и замерло. Два других, почуяв опасность, метнулись в разные стороны, но Буба оказался быстрее – одним молниеносным движением он придавил лапой второго каркелята, пока я перезаряжала арбалет для выстрела по третьему.

Старый дуб словно с благодарностью пошевелил ветвями, и я вздохнула: в лесу обитали тысячи каркелятов. Мы с Бубой могли спасти лишь малую часть деревьев.

– Хорошая работа, – сказала я, осторожно собирая тушки каркелятов в специальный мешок. Их нельзя было бросать в лесу – даже мертвые, они оставались источниками яда, который мог попасть в почву.

Мы продолжили двигаться от дерева к дереву, уничтожая существ везде, где находили их. Мы не просто охотились – мы выполняли миссию по спасению леса, который я любила всем сердцем.

Солнце поднималось выше, и я знала, что скоро придется возвращаться во дворец. Время свободы истекало. Еще немного – и меня хватятся, начнут искать, и тогда тайные вылазки могут закончиться навсегда.

– Последний бой, красавец, – сказала я Бубе, указывая на молодое дерево, вокруг которого кружили не меньше пяти каркелятов. – А потом домой.

Мы подкрались ближе, и я уже подняла арбалет, когда вдруг услышала хруст веток – чьи-то шаги. Не легкие, как у лесного зверя, а тяжелые, существа больше моих размеров.

Дыхание перехватило. Кто мог забраться так далеко в столь ранний час? Лесничие? Охотники? Или, что хуже всего, императорская стража, посланная на мои поиски?

Я молча дала Бубе знак спрятаться за огромным стволом упавшего дерева, а сама приникла к земле, вглядываясь в направлении звука. Шаги приближались, и вместе с ними я различила тихое дыхание и шелест дорогой ткани о ветви кустарника.

Не лесничий. Не обыкновенный охотник. Это был кто-то из дворца.

Страх сковал мое сердце. Если меня обнаружат здесь, с оружием, в простой одежде, вдали от дома и без сопровождения, – последствия будут ужасными. Император может запретить мне видеться с Бубой, запереть меня в покоях до самой свадьбы или, что хуже всего, отправить на земли, принадлежащие дому Корс.

Но убежать я уже не успевала. Каркеляты, подтачивающие дерево, бросились врассыпную, когда одного из них пронзила длинная стрела. Фигура показалась среди стволов – рослый молодой лучник в багровом камзоле с золотой вышивкой, штанах для верховой езды и высоких сапогах. Темные волосы были коротко острижены, а на поясе мужчины висел изящно тисненый колчан.

Принц Рейн, младший сын императора. Тот, кто почти никогда не разговаривал со мной, но чей взгляд я часто ловила на себе во время дворцовых церемоний.

Принц остановился, осматриваясь вокруг, и я поняла, что он ищет кого-то. Ищет меня.

Как он узнал? Кто рассказал ему о моих утренних полетах? И главное – что ему нужно?

Буба зарычал тихо, но угрожающе, готовый защищать меня любой ценой. Я положила руку на его морду, успокаивая.

– Тише, красавец, – прошептала я. – Дай мне подумать.

Но времени на размышления не осталось. Принц Рейн повернулся в нашу сторону; его глаза цвета темного янтаря, казалось, видели сквозь листву и тени.

– Я знаю, что ты здесь, принцесса Аниса, – сказал он спокойным бархатным голосом. – И знаю о твоем драконе. Выходи, я не причиню вам вреда.

Что теперь делать? Бежать? Или выйти с гордо поднятой головой? Я замерла в нерешительности. Что-то в его тоне казалось не угрожающим, а… понимающим? Буба тихо фыркнул, словно говоря: «Решайся». И я решилась.

– Как вы нашли меня, ваше высочество? – спросила я, медленно выходя из укрытия, но держа арбалет наготове.

Рейн улыбнулся, и эта улыбка… дракон меня раздери, заставляла дышать быстрее. В уголках глаз принца появились морщинки, а во взгляде заплясали золотистые искорки.

– Как опытный охотник выслеживает редкую птицу – по следам и привычкам, – ответил он, делая шаг навстречу. – Хотя, признаюсь, мне потребовалось три недели, чтобы понять, куда именно ты летаешь каждое утро.

Буба вышел из-за дерева, величественный в своей белизне, и встал рядом со мной, защищая. Его синие глаза внимательно изучали принца, словно оценивая, достоин ли тот доверия.

– И зачем вам было меня выслеживать? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал холодно и отстраненно, хотя сердце предательски колотилось в груди. – Доложить императору о непослушной невесте сына?

Рейн снова рассмеялся – искренне, без тени ехидства.

– Если бы я хотел доложить отцу, разве пришел бы один? Нет, принцесса Аниса. Я искал тебя, потому что… – Он на мгновение замялся. – Потому что хотел понять, кто ты на самом деле. Не та кукла, которую я вижу на приемах, а девушка, которая тайком летает на драконе и охотится на каркелятов.

Я опустила арбалет, но настороженность не покинула меня.

– Откуда вы знаете про каркелятов?

Вместо ответа он поднял руку и свистнул. Через мгновение лесная тишина взорвалась хлопаньем огромных крыльев, и между деревьями появился величественный силуэт черного дракона.

Он оказался крупнее Бубы – не боевой гигант, но явно выведенный для скорости и маневренности. Его чешуя была черной, но не мертвенно-матовой, а сверкающей, словно полированный обсидиан, с фиолетовым отливом там, где на нее падали солнечные лучи. Но больше всего поражали его глаза – не красные, как у многих боевых драконов, не синие, как у Бубы, а темные, как черный янтарь, точь-в-точь как у хозяина.

– Позволь представить – Ноксир, – сказал Рейн с нескрываемой гордостью. – Мой верный друг и партнер по охоте на каркелятов последние пять лет.

Я смотрела на черного дракона, не скрывая изумления. Никогда прежде я не видела его в императорских вольерах.

– Он не живет во дворце, – пояснил Рейн, словно читая мои мысли. – У меня есть небольшое убежище в двух часах полета отсюда. Там Ноксир может быть свободным, а не украшать императорский зверинец. Там мое гнездо.

Буба и Ноксир смотрели друг на друга с настороженным интересом. Оба были нетипичными представителями своей расы – один отказался от огня, другой жил вдали от показной роскоши дворца.

– Значит, вы тоже… – начала я.

– Предпочитаю свободу золотой клетке? – Рейн усмехнулся. – Да, принцесса. В этом мы с тобой похожи. Только я получил свободу как младший сын, которому не светит трон. А ты… ты берешь ее сама.

Что-то в его голосе, в том, как он смотрел на меня – не как на будущую невестку, не как на политический актив династии, а как на равную, – заставило меня опустить последние барьеры.

– Это не ради бунта, – сказала я, убирая арбалет в чехол. – Просто… это единственное, что делает меня живой. Чувствовать ветер в волосах, видеть рассвет с высоты птичьего полета, знать, что я спасла хотя бы несколько деревьев от гибели…

– Понимаю. – Рейн кивнул. – И поддерживаю. Мой отец считает, что каркеляты – часть природы и не стоит вмешиваться в их жизненный цикл. Но он не видел целые рощи погибших вековых деревьев, не понимает, как нарушается баланс, когда эти твари размножаются бесконтрольно.

– Именно! – Я не могла скрыть воодушевления. – Я пыталась объяснить это Джеймсу, но он считает мои заботы о лесе недостойными внимания.

Буба тем временем осторожно приблизился к Ноксиру, и тот, после минутного изучения, наклонил голову в приветственном жесте. Буба ответил тем же, и между ними, кажется, установилось молчаливое взаимопонимание.

– Твой дракон удивительный, – сказал Рейн, наблюдая за их взаимодействием. – Такой белоснежный окрас. И эти синие глаза… Он особенный, да?

– Он не выпускает огонь, – сказала я прямо, готовая защищать своего друга от возможных насмешек. – Никогда. Хотя физически может.

К моему удивлению, Рейн не выказал ни тени презрения.

– Мудрое решение, – ответил он, глядя на Бубу с уважением. – Огонь – великая сила, но и великая ответственность. Ноксир тоже редко использует свое пламя. Только если мы сталкиваемся с реальной опасностью. – Он сделал паузу и вдруг улыбнулся с мальчишеским озорством. – Ты ведь собиралась охотиться на каркелятов? Что скажешь, если мы объединим усилия? Вдвоем мы сможем спасти вдвое больше деревьев.

Я колебалась лишь мгновение. Здравый смысл подсказывал, что нужно вернуться во дворец, пока меня не хватились. Но какая-то часть моей души – та самая, что жаждала свободы и приключений, – уже все решила.

– Почему бы и нет, – ответила я как можно более небрежно. – Только не вздумайте замедлять нас, ваше высочество. У меня свой метод охоты.

Принц засмеялся, и в его смехе не было ни капли придворной фальши.

– О, я не сомневаюсь. И пожалуйста, давай без титулов. Здесь, в лесу, я просто Рейн.

– А я просто Аниса, – ответила я, чувствуя, как в груди разливается тепло.

Мы двинулись вглубь леса, выслеживая каркелятов. Драконы следовали за нами, иногда уходя вперед, чтобы разведать территорию. Рейн и впрямь оказался опытным охотником – он двигался бесшумно, замечал малейшие признаки присутствия вредителей и стрелял из своего лука с удивительной точностью.

– Пять лет ежедневной практики, – напомнил он, когда я выразила восхищение его меткостью. – Как и ты, я начинаю каждое утро с полета и охоты.

– И никто во дворце не знает? – спросила я, перезаряжая свой арбалет.

– Только мой камердинер. – Он подмигнул. – Преимущество статуса младшего принца – никому нет дела, где я пропадаю по утрам, если появляюсь на семейном обеде умытый и причесанный.