Анна Савина – Ночь. Остров. Вурдалаки (страница 30)

А я продолжала разглядывать фотографию парня, да именно его рисовала София Болотова, именно его звала в беспамятстве.

Что же произошло? Почему ты бросил её? Или не бросал? Что за формулу ты написал? И почему ей должен был заинтересоваться Болотов? Да, София преподавала химию и без сомнения тебя поняла, что ты имел в виду. Но это она, а не я.

Андрей вернулся минут через пять, видимо разговор химиком оказался коротким. Тут одно из двух, либо тот не опознал формулу, и ему нужно время, чтобы разобраться. Либо слишком быстро опознал, и нас ждёт неприятный сюрприз.

– Антон знает, что это, – сразу сказал Андрей, с волос которого капала вода. – Он пять лет работал на острове, и не просто на острове, а на производстве у Болотова, технологом. И именно тогда-то мы и познакомились, и даже стали приятелями. – Мужчина опустил телефон и продолжил: – Эта формула запатентована, а здесь приведена первая её часть, есть и вторая, за разглашение которой ему грозит немаленький тюремный срок, ибо эти сведения относятся коммерческой тайне, а он подписал соответствующие бумаги…

– Не тяни, – попросила я.

– Эта формула, которую Болотов запатентовал в девяносто девятом. Формула вещества для смягчения волокон. Именно благодаря этому составу его ткани такие гладкие. После налаживания нового производства, его дела пошли в гору.

– Но похоже, это не его формула, а некоего талантливого в химии мальчишки, который именно так собирался обеспечить будущее себе, своей любимой и ребёнку.

– Похоже.

– То есть Болотов украл у него женщину, сына, а ещё и изобретение? Да это не мотив – это уже мотививище.

– А Таша? – спросил Андрей, но я посмотрела в его глаза, и поняла, что он уже догадался, только не может заставить себя произнести это вслух.

– Ты сам сказал, в то время она была помощником нотариуса, она помогла готовить бумаги для патентного бюро. Они зарегистрировали чужое изобретение. Не знаю, каким боком в этом всём мой отец или мэр, но возможно, они что-то знали. Помню, отец хватался в то время за любую работу. Он красил заборы в школе и даже работал водителем на почте… Но, чтобы запатентовать чужое изобретение, они должны были быть уверенными в том, что этот Лэйте Виши не объявится в самый неподходящий момент и не испортит им всю малину.

– Да, – согласился Воронов. – И это вторая плохая новость. Я вспомнил, где видел это имя. Мы видели. В участке, когда Рива распечатала список пропавших без вести во время большого наводнения.

– Чёрт! Точно.

– Но это значит, он мёртв и не может быть нашим убийцей.

– Тело так и не было найдено, а пропал без вести – это не то же самое, что мёртв. Сколько ему сейчас? Сорок шесть? Сорок семь? Твой ровесник.

Нашу беседу прервал звонок смартфона. Я посмотрела на экран. Не из больницы. Не знаю, радоваться или огорчаться. Звонил Станислав.

– Капи… ан, – сказал он словно откуда-то издалека.

– Слушаю.

– Пришли свед…ния о владельце почтового ящ…ка. Я проверил и оказа…сь…

– Что?

Над головой в очередной раз громыхнуло, и несколько секунд в телефоне воцарилось тишина.

– Станислав?

– Я сейчас доеду и пос…трю.

– Куда доедешь? – Меня кольнуло неприятное предчувствие.

– Лазурный ручей, – неожиданно чётко ответил Станислав. – Надо проверить как… и он… Нашел…

– Да что ж это такое? – воскликнула я и, также как и несколько как недавно Андрей, вышла из студии. На несколько секунд связь стала чуть лучше, потому что лейтенант вдруг абсолютно чётко произнёс:

– Я её вижу, капитан! Вижу птицу-мстительницу! Я её возь…

И на этом месте связь прервалась.

– Что? Станислав! Нет!

Я торопливо набирала номер лейтенанта, но слышала лишь длинные гудки.

– Нет-нет-нет!

Я повернулась и увидела стоящего рядом Воронова и сказала:

– Нам нужно к водопаду немедленно. Там Станислав и это чертова птица. – Вышло бестолково, но Андрей понял.

– Мы можем быть там через десять минут, если подъедем со стороны моря, дорога плохая, но мы пройдём.

Он ещё говорил, а я уже выскочила под дождь, нисколько не заботясь о том, чтобы закрыть двери мастерской.

– Начинаю ненавидеть эти слова, – произнесла я, забираясь в машину, – и эту птицу-мстительницу.

– Держись, – сказал Воронов.

Автомобиль сорвался с места, едва дверь с моей стороны закрылась.

21

На этот раз мы бросили машину в другом месте. Дождь усилился, и я почти ничего не видела на расстоянии вытянутой руки. Здесь тропа была более крутой и уводила вверх, над головой громыхало так, что один раз я едва не упала. С волос стекла вода, рубашка казалась тяжелой, брюки прилипли к телу, а в кроссовках хлюпало. Но я едва замечала всё это, следуя за Вороновым.

Быстрее! В этот раз я не имела права опоздать.

«Я вижу птицу-мстительницу! Я её вижу!»

Чёрт! Как Станислав, хоть что-то тут разглядел?

Снова громыхнуло, на этот раз дальше и у меня заложило уши. Андрей подал руку, помогая разобраться на камень, и я наконец увидела тонкую нить водопада. Как и сказал Андрей, в этот раз мы подошли к месту, что облюбовали влюблённые подростки с другой стороны. Мы стояли на плоском каменном плато, что нависало над водопадом и лесом, эдакий каменный язык длиной в две сотни метров. Кусты, камни, песчаные наносы, несколько чахлых деревьев. И льющаяся с неба вода.

– Видишь их? – громко спросила я.

– Нет, – почти прокричал мужчина.

– Стой тут, я смотрюсь, – сказала я, доставая пистолет.

– Я посмотрю там…

– Нет. Стой на месте, ты без оружия, а я не хочу… – Не договорив, я двинулась к чахлым кустам.

«Я не хочу стоять над твоим телом и собирать улики», – хотела сказать я, но, конечно, не сказала.

Черт, я смахнула влагу с глаз. Самая хреновая погода. И чего Станислава сюда понесло? Найду, уши оборву. Или наложу взыскание. По выбору, так как он уже большой мальчик.

Я подошла к краю и осторожно выглянула, опасаясь увидеть лейтенанта внизу. Но нет, там тоже никого не было. Из-под ног посыпались камни. Я обернулась, Воронов обходил каменное плато с другой стороны. Стоило бы предположить, что он не послушается.

Я приблизилась к первому валуну, почти с меня ростом, когда зазвонил телефон. Я ещё раз оглядела камни. Никого. Переложила оружие из правой руки в левую и поднесла аппарат к уху.

– Слушаю тебя, Михаил.

– С тебя причитается, Мия, – весело сказал коллега.

– Что узнал? – Я обошла камень.

– Это по поводу твоего подкидыша. Я, конечно, отправил официальный запрос, чтобы нам потом по шапке не надавали. Но… – Михаил выдержал эффектную паузу. – Я вышел на соцработника, который занимался этим парнем. В общем, не буду рассказывать, как мне удалось её убедить, но она назвала мне фамилию семьи, что усыновила ребёнка. Ему повезло, его забрали почти сразу.

– И? – Как мне надоели его паузы.

– Семья Троицких из Озерков. Парня теперь зовут Станислав Троицкий…

Я уловила движение за спиной, но не успела даже повернуться, как в голову упёрлось что-то твёрдое, думаю, дуло служебного пистолета.

– Не двигайся, – проговорил на ухо лейтенант. – Бросай, ну!

Я разжала пальцы и смартфон полетел куда-то под ноги. Кажется, Михаил продолжал что-то рассказывать.

– Хорошо, а теперь пистолет.

И все же я помедлила, прежде чем бросить оружие, дождалась очередного тычка в голову и бросила. Хотела куда-нибудь поближе, но не прокатило. Станислав поддел пистолет ногой, и оружие полетело вниз к водопаду.

– Что ты творишь, Станислав?