Анна Савина – Ночь. Остров. Вурдалаки (страница 20)

– Мия, мы тут нашли того парня, что ты просила, как его там? Валу? Ну и имечко, – проговорил Михаил, с которым мы работали в одном отделе.

– Погоди, включу громкую связь, чтобы не пересказывать. – Я нажала на значок динамика. – Говори.

– Нашли мы вашего парня. Снял комнату в Ярославле, работает доставщиком.

– Бедолага.

– Не совсем. Он подал документы в политехнический университет и даже был зачислен на коммерческой основе. Я сделал запрос, так вот он оплатил два года обучения, а это, на минуточку, двести восемьдесят тысяч.

– Ого.

– Вот-вот, если у вас на острове все такие богатые, то я собираю манатки и переезжаю.

– Ты с ним говорил?

– Да, но неофициально и по телефону. Он говорит, что всё законно, ему бабка наследство оставила.

– И ты поверил?

– Нет, конечно, тем более его бабка ещё жива. В общем, я немного нажал, и парень признался, что один богатый мужик заплатил ему бабла, чтобы этот Валу отвязался от его единственной дочери. Так сказать отступные. Или подъемные на новую жизнь. Парень увидел в этом шанс взял триста тысяч и рванул южнее. Оплатил обучение, а пока снял комнату, видимо, чтобы перекантоваться до осени, а там попросит общежитие, как неместный. С бывшей девушкой больше не общался. Вроде не врёт. Но если хочешь, копну поглубже.

– Пока не стоит, спасибо, Михаил, – ответил я.

– Мия, ты когда вернёшься? Мы скучаем.

– Пока не знаю, – ответила я чистую правду. – Позвоню.

– Давай, красотка.

Я прервала вызов и посмотрела на Воронова.

– Он прав, – сказал вдруг Андрей. – Ты красотка.

– Это всё, что ты услышал? – улыбнулась я. – Теперь мы знаем, куда делись триста тысяч, которые снял Болотов.

– Не повезло Алине с ухажером.

Я кивнула, убрала смартфон, снова посмотрела на дерево16 и зачем-то решила его обойти. Не знаю, чего мне там понадобилось. Хотела найти вторую часть любовного послания? Но я успела сделать только шаг… Нога поехала на обросшем мхом камне. Я потеряла равновесие. Деревья качнулись, земля внизу вдруг показалось мне такой близкой и такой далёкой. Мелькнула мысль, что это будет быстро. И больно.

– Осторожно! – крикнул Андрей, а в следующий миг, я оказалась прижатой к мужской груди. – Тут высоко.

– Да уж, – пробормотала я. – Переломами не отделаешься. – Я ухватилась за руку мужчины и выдохнула. – Не самое безопасное место для влюблённых. Неужели никто ещё не свалился?

– Не припомню, да они редко сюда забираются, им не до этого, их ведёт любовь и нетерпение, и вполне хватает травы у подножия водопада.

– Как хорошо, что мы не такие, – произнесла я, глядя ему в лицо. А он смотрел в моё. Я даже подумала, что он меня поцелует. Наверное, он и собирался, но я снова поскользнулась, а он снова меня поддержал.

– Давай спускаемся, пока шеи себе не свернули, – предложил мужчина, – и Риве со Станиславом не пришлось расследовать и это.

– Кстати о Риве и Станиславе. Они ждут нас в отделении.

– Вечно нас кто-то ждёт, – проговорил Воронов, но все же стал спускаться вниз по тропе.

14

И они действительно ждали. Когда мы вошли, Рива воевала с кофеваркой. А Станислав разглядывал стену с фотографиями.

– Увидел что-то новое? – спросила я.

– Нет, но не теряю надежды, – с улыбкой ответил лейтенант. – А что у вас?

– Сейчас увидишь. – Я достала смартфон и включила принтер. Через несколько минут у меня в руках были три фотографии. Картина Болотовой, крупным планом буквы, вырезанные на коре дерева и молодой человек в профиль. – По рабочей версии у Софии Болотовой был роман до замужества. – Я прикрепила фотографии на стену. – Если СА – это София Агашина, в замужестве Болотова, то вот этот парень ЛВ, и возможно он убил Болотова и его пассию в большой обиде за бывшую любовь, которая предпочла ему другого, но как водится счастливее не стала. – Молодые люди посмотрели на стену. И я нехотя добавила: – Знаю, версия хлипкая, но другой пока нет. Нашли телефон Таши?

– Нет, – ответил Станислав. – По данным сотового оператора он выключен с момента ее смерти. Получили распечатку звонков и ничего криминального в них не нашли, чаще всех ей звонил Болотов, когда был жив. Последний звонок за три часа до смерти от одного из ее постояльцев Павла. На этом все.

– Рива, что у тебя?

– У меня? – удивилась девушка, а потом, смутившись, бросилась к компьютеру. – Прислали отчёты из лаборатории и от патологоанатома. Первая, Наталью Семёнову отравили тем же ядом, что и Болотова. Так что два дела официально объединили в одно. Но её в отличие от первой жертвы яд заставили выпить силой, тогда как Болотов пил сам с кофе. Вообще, яд имеет зернистую текстуру и его ещё нужно подумать, как замаскировать, например, натуральный кофе, сок с мякотью, молочный коктейль…

– Боже, молочный коктейль, – вставил Станислав. – Только отравления детей нам тут и не хватает.

– Без фантазий, пожалуйста, – попросила я. – Дальше.

– Пришёл отчёт по перьям. Это совиные перья.

– О, как? – удивилась я.

– Да, – кивнул Рива. – Я поговорила с бабушкой, раньше совиными перьями украшали ритуальные костюмы шаманов. И даже нашла фотографию в семейном архиве. Что? – Спросила она, глядя, как я улыбаюсь. – В моем роду были шаманы, но давно. По мужской линии род прервался. Бабушка хранила ритуальный костюм своего прадеда в комнате памяти мёртвых. Но потом… Он сгнил, – с кривой улыбкой сказала Рива, – в нём были настоящие перья. И мама выкинула эту «пакость». Но не в этом дело. Посмотрите на старое фото. А теперь на рисунок птицы-мстительницы.

И мы посмотрели.

– Определенное сходство просматривается, – заметил Станислав.

– Не определённое, а совершенно очевидное, – возразила я. – Где сейчас можно достать такой костюм?

– Вот и я задалась подобным вопросам, – кивнула стажер. – И узнала, что традиционные костюмы на острове шьет только одна семья. Сейчас в основном театральные и маскарадные, и чаще для детей, чем для взрослых. Связалась с фирмой. И знаете что? Костюм шамана не пользуется популярностью и за последние пять лет и его заказывали всего лишь дважды. В первый раз три года назад, для школьного спектакля на десятилетнего мальчика. Этот костюм до сих пор в школьной костюмерной и для него использовали куриные перья, так как они дешевле. А вот второй был заказан полгода назад и с обязательным условием использования аутентичных совиных перьев. Вышло дорого, но заказчика это не смутило.

– Кто заказчик? – спросила я.

– Они не знают. Оплата прошла с анонимного интернет-кошелька, а сам костюм они отправили службой доставки на абонентский ящик в одно из отделении почты на большой земле. Все переговоры вели через соцсети с вымышленного аккаунта. Сейчас. Вот некий Лэйте, на аватарке у него голливудский актёр и никаких личных данных.

– Лэйте…. Лэйте… где-то я уже слышала это имя, – пробормотала я.

– Блин, эту пошивочную семью ничего не смутило в заказе? – с иронией спросил Воронов.

– Заказ был предоплаченный, а то, что заказчик хотел остаться инкогнито, так это обычное дело, не все готовы предавать гласности ролевые игры, в которые играют. Но, – девушка улыбнулась. – Во-первых, у них остались перья, и я уже съездила и взяла образцы для лаборатории, чтобы нам сказали те же они или другие?

– То есть той же совы? – не менее иронично поинтересовался Станислав, но Рива только дернула плечом и продолжила:

– Во-вторых у нас есть мерки, по которым шили костюм. Заказчик или заказчица среднего роста и спортивного телосложения. А в-третьих: поскольку у нас двойное убийство, то я подала официальный запрос, чтобы узнать, кому принадлежит абонентский ящик. Жду визу следователя и…

– Ты молодец, – честно сказала я, и девушка даже покраснела, хотя и выглядела довольной.

– А насчёт романа Болотовой, – сказала девушка, глядя на фотографии на стене. – То верится с трудом. Нет, я не училась у неё, но… Это же остров, тут все про всех все знают. Или догадываются. Или фантазируют. Если бы у Софии был роман с кем-то из местных, Болотову бы не дали об этом забыть. Никогда. Только не ему. Но ничего такого, не ходило даже слухов.

– Если только… – Проговорила я, потому что идея, внезапно пришедшая в голову, была столь проста, сколь и фантастична. – Если только они не скрывали свой роман с особой тщательностью.

– Но зачем? – удивился Воронов. – Они оба были молоды и свободны.

– Затем, – ответила я и повернулась к Станиславу, – перешли мне всё, что накопал на Софию Болотову.

– Хорошо…

– Прямо сейчас, – поторопила я, и через несколько секунд телефон издал сигнал принятого сообщения. Я попыталась открыть файл, но смартфон начал выдавать что-то про недопустимый формат и наотрез отказался открывать документ. – Ладно посмотрю дома на ноуте, а пока скажи в каком году София Агашина приехала на остров?

– В одна тысяча девятьсот девяносто седьмом, – тут же ответил Станислав.

– Сколько ей было?

– Двадцать один год, – ответил Воронов. – Молоденькая учительница сразу после университета.

– Вот именно. Молоденькая учительница. А что, если они тщательно скрывали свой роман только потому, что парень был её учеником?

– Веская причина, – вставила Рива.

– Вот именно, – я посмотрела на Андрея, – и не говори, что никто из ваших великовозрастных оболтусов из выпускного класса никогда к ней не подкатывал.

– Не скажу, ибо именно это они и делали, заставляя её краснеть на каждом уроке.