Анна Савина – Ночь. Остров. Вурдалаки (страница 16)

– Интересная справедливость, – заметил Андрей. – Куча трупов и ни одного племени.

– Думаю, кто-то из Иль все же уцелел в резне, и, как водится, отомстил, – сказала я. – А нет ли сведений относящихся хотя бы к нашему веку?

– Последний раз, не считая нашего, был после Великой Отечественной войны. Тогда на фабрику пригнали пленных немцев. Но не совсем на фабрику, они строили порт, а жили фабричных бараках. И в одну ночь эти бараки сгорели вместе с пленными. Люди говорят, что той ночью видели там огненную птицу – мстительницу.

– А у скольких семей сыновья, мужья, отцы не вернулись с фронта? – спросила я.

– Почти у каждой, – грустно ответила Рива, но все же упрямо продолжила: – Ещё птица-мстительница появлялась во время революции. Я нашла рисунок одного местного художника тех времён. – Девушка протянула мне листок, на котором кто-то несколькими скупыми чёрными масками изобразил нечто напоминающее человека и птицу одновременно.

– Ну, это определённо человек, – сказал Воронов, подходя ближе. – Человек в маске из перьев и с клювом.

– А на руках у него? – Я провела пальцами вдоль нарисованных, словно обросших перьями, предплечий.

– Накидка? – предположил Станислав.

– Возможно, – согласилась я. – Интересно, где шьют подобные карнавальные костюмы? – поинтересовалась я, но мне никто мне не ответил. – Значит, мы ищем кого-то, кто считает, что имеет право на месть, кого-то, кто поверил островной легенде, – резюмировала я, воспользовавшись с паузой в рассказе стажера.

– Значит, он или она местный? – уточнил Станислав.

– Скорее всего, но не обязательно, – ответила я. – Больше меня интересует, за что он может мстить. Что общего было у Болотова и Таши?

– Ну, одну точку соприкосновения мы уже нашли, – напомнил Андрей: – Алина.

– Алина, – согласилась я и пояснила для остальных: – Она ходила к Оле Гише и просила ту навести на Наталью Семенову порчу. И надо думать, этому должна быть причина, которую я предлагаю выяснить прямо сейчас. – Я посмотрела на своего водителя, и тот согласно кивнул, выражая желание ехать.

– Станислав, продолжай копаться в финансах Болотова, а заодно попробуй знать, где можно добыть костюм птицы, если наш убийца, конечно, его использовал. Рива, когда придут результаты по перьям, попробуйте сопоставить сведения. Может из этого что-нибудь и выйдет. – Девушка кивнула, и я тут же добавила: – А ещё на тебе Ола Гише.

– Тёмная колдунья? – спросила девушка и с опаской посмотрела на фотографию моей одноклассницы на стене.

– Да, – ответила я, прикрепляя рисунок птицы-мстительницы рядом с фотографией старой подруги. – Просмотри её соцсети, собери сплетни, узнай, что могло связывать её с Ташей и Болотовым кроме наведения порчи. – Девушка немного неуверенно кивнула. – Встречаемся здесь же завтра. Если и какой форс-мажор, то я на связи.

Я не стала уточнять, какой именно форс-мажор жду. Но видимо, все поняли меня правильно, потому как, когда я села в машину, Воронов произнёс:

– Мы не знаем, по какому принципу убийца выбирает себе жертвы, и не можем их защитить.

– Да, – согласилась я. – Это одно из самых хреновых ощущений в моей работе. Чувство беспомощности. Ты предполагаешь, что будет следующая жертва, но не знаешь кто, где и когда. И всё, что тебе остается – это ждать. И молиться, чтобы преступник ошибся.

– Хреновая у тебя работа, – констатировал Андрей, заводя двигатель, и добавил: – Ты могла бы поручить Олу Станиславу, а не Риве, ведь она…

– Верит во всякую чушь? – перебила я. – И чем раньше перестанет, тем лучше. Для неё лучше. Она станет отличным полицейским, если не спасует сейчас, а этому острову очень нужен хороший полицейский.

– По-моему, он у него есть, – сказал Воронов и посмотрел на меня. Я предпочла не отвечать, но поняла, что вопреки всякой логике улыбаюсь. Когда это мне стало небезразлично, что думает обо мне этот мужчина?

11

Алина встретила нас немного враждебно и растерянно.

– Я… Я все уже рассказала, – произнесла девушка, она стояла прямо напротив окна, обхватив себя руками, словно замёрзла.

– Вы забыли сказать, что сразу после смерти отца побежали к местной ведьме с заказом на проклятие некой Натальи Семёновой, здесь её знали под именем Таша. И через несколько часов её нашли мёртвой, – сказала я, оглядывая гостиную. На мой взгляд, ничего не изменилось. Диваны, вазы, цветы в которых уже успели завянуть, светлые обои, картины на стенах. Хм, если это рисовала София Болотова, то преподавая в школе, она явно занималась не своим ремеслом. Один островной пейзаж, сменял другой. Деревья, листья на которых казались живыми, яркое солнце, искрящийся водопад, неповоротливые суда в порту. Целый срез жизни на Кихеу.

– Вы же не думаете, что… Что я… Что мы…– торопливо заговорила Алина Болотова.

– Не думаем, – сказала я. – Но вам придётся объясниться.

Алина немного нервную натянула свитер на кисти.

Свитер? Летом? А ведь она действительно нервничает.

– Алина, расскажи, – попросил Воронов. – Так будет лучше.

Девушка шумно выдохнула, опустилась на диван, словно у неё резко закончились силы.

– Я… Вы… – Начала она, замолчала и продолжила уже более связано: – Когда вы были в прошлый раз, все правильно сказали. Мама давно живёт в своем каком-то выдуманном мире, там она до сих пор учительница, там её ждут ученики. Ей нет дела до нас с отцом. – Девушка на миг закрыла глаза. – Не знаю, в какой момент у него это началось. У отца, я имею в виду. Появилась женщина, одна, другая. Я тогда поступила в университет, я… У меня началась своя жизнь. И я подумала, ну и пусть, он всё равно никогда не бросит маму. Он каждое утро спрашивал, как она себя чувствует, и каждый вечер интересовался, что она нарисовала. И не просто так, он и в самом деле слушал её, даже если она заговаривалась. – Девушка грустно улыбнулась. – А потом появилась она. Это Таша. Хотя… – Алина поджала губы, – иногда я думаю она, что она была всегда, просто я не замечала, не думала, что… – Она замолчала.

– Почему ты хотела навести порчу? Ведь отец к этому моменту был уже мёртв, – спросил Воронов.

– Она могла прийти на похороны, такая выходка как раз в ее духе. Могла устроить скандал, мало ли чего отец ей наобещал, и все бы тогда узнали… Вы не подумайте, ничего такого, пусть бы она просто заболела, пусть бы её понос пробрал. И всё! Я больше ничего такого не хотела, поверьте.

– Идиотизм, – прокомментировала я.

– Вам хорошо говорить, ваш отец не спал с этой Ташей каждый четверг на яхте, которую назвал в честь вашей матери, – неожиданно зло выкрикнула девушка.

– Вот почему Таша не работала по четвергам. – Я посмотрела на Андрея. – У неё было занятие поинтересней.

– И знаете, что самое ужасное? – спросила девушка, вскакивая, – а то, что моему отцу можно, а мне нельзя!

– Поясните, – попросила я, а Алина вдруг сжалась, словно только что сообразила, что сболтнула лишнего. – Вы рассказали отцу, что в курсе его встреч по четвергам?

– Это само собой вырвалось, – призналась девушка. – Понимаете, у меня есть парень… То есть был. – На её глазах выступили слёзы. – Но когда отец узнал… Узнал, что он из местных, он пришёл в ярость, он кричал на меня, как никогда раньше. Кричал, что я вся в мать! Я и не выдержала, высказала ему всё про его встречи на яхте. – Слёзы снова потекли по лицу девушки.

– И что Сергей? – спросил Воронов.

– Он велел мне убираться с глаз долой. Сказал, что это меня не касается. Сказал, что сам всё решит, раз уж я не в состоянии.

– Решил? – спросила я.

– Не знаю. Но в Валу больше не берет трубку, его нет на острове, и я не знаю, что делать. – Алина вытерла лицо руками. – Я думаю, что отец ему угрожал. Например сказал, что его родне больше никогда не дадут работу, если Валу ещё хоть раз подойдёт ко мне. Такое отец вполне мог устроить. Валу исчез, а мне пришлось притворяться, что все нормально, что ничего не происходит. Ходить на пляж с друзьями, смеяться, лишь бы они не догадались…

– Контактные данные, полное имя и фамилия этого вашего Валу, – потребовала я. И девушка, всхлипывая, продиктовала. Я записала и тут же отправила коллегам на большую землю, если этот Валу там, они его найдут.

– У вашей матери есть мастерская? – спросила я, когда Алина успокоилась. Девушка немного растерялась, словно мы говорили о возвышенном, и вдруг я поинтересовалась, есть ли в доме туалет.

– Да, но…

– Мы можем туда заглянуть?

– Но зачем? – удивилась Алина. – Если вы думаете, что моя мать имеет отношение к смерти от отца, то сильно ошибаетесь, она до сих пор, кажется, не поняла, что его больше нет.

– Мы не думаем, – мягко сказал Андрей.

– Но вы сами сказали, что не несмотря ни на что, отец интересовался её живописью. Возможно, мы найдём в студии что-то, что позволит нам выйти на след убийцы. Что-то незначительное для остальных, но важное для них и для нас.

– Я не уверена…

– Пожалуйста, Алина, – попросил Андрей.

А я поймала себя на мысли, что если он будет так просить меня, вряд ли я смогу отказать.

К слову, Алина тоже не смогла. Она вздохнула и жестом пригласила нас следовать за собой. На улице уже начало темнеть. Хотя летом на острове никогда не темнело до конца, ночами на Кихеу опускались ровные серые сумерки. Вокруг дома Болотовых уже зажглись фонари, выглядело это красиво и немного аляповато.