Анна Савина – Бывший, собака и прочие ужасы нашего городка (страница 9)
— Как вообще кто-то может управлять собакой? — с возмущением спросила я. — Это же не машина, не компьютер, не пароварка. Это источник повышенной опасности, — сказала я, вспоминая инструкции страхового агента. — Ты говоришь одно, а зверь делает совсем другое или вообще в самый ответственный момент побежит пописать.
— Сразу видно, что у тебя никогда не было собаки, — едва не рассмеялся свёкр.
«И надеюсь, не будет», — подумала я и тут же устыдилась этой мысли. Я действительно не понимала, что мне делать. У Сашки была мечта, а мне эта мечта категорически не нравилась, особенно в свете последних событий.
— Я не скажу за всех собак, — пояснил свёкр, — но конкретно эту собаку, что нападает на людей в нашем городе, тренировали, натаскивали на определённый запах.
— На запах? На духи? — нахмурилась я.
— Да, судя по отчетам кинологов и экспертов, на запах, но вряд ли это духи, они для собак слишком резкие. Думаю, это какие-нибудь феромоны. Как только определят, что это вещество… — он вздохнул, — Инна сразу даст мне знать.
— А нам что делать? Ждать? — уныло спросила я.
— Да. Выходит, что ждать. И снова просматривать бумаги сына. Всё-таки есть у меня ощущение, что мы что-то упускаем, — он оглядел стол, и я следом за ним тоже пробежалась взглядом по знакомым газетным вырезкам. Я всё это уже читала, исторические опусы, легенды, статьи о благотворительности.
— Блин, судя по этим бумагам, Литовы едва ли не святые, столько труда на благо города, да они даже как-то сделали пожертвование городской больнице, когда одна из горничных заболела чем-то серьезным, чтобы ей все сделали по высшему классу. Хоть сейчас канонизируй, — с иронией резюмировала я.
— А вместо этого их убивают, — добавил Валентин Иванович, надел очки и снова стал просматривать бумаги. В который раз? В десятый?
— А вы не узнали, чей это e-mail? — Я указала на одну из бумажных заметок.
— Пока нет, — с сожалением ответил свёкр.
— А может, нам просто на него написать?
— И что именно мы напишем? — вопросом на вопрос ответил Валентин Иванович. — Что мы нашли в бумагах пропавшего сына непонятный адрес и решили узнать, кому он принадлежит? Уж не убийце ли?
— Ну, зачем так прямо. Мы можем написать что-то более нейтральное и посмотреть, что из этого выйдет.
— Что, например? — свёкр внимательно посмотрел на меня.
— Например: «Нам надо поговорить».
— Коротко и со смыслом, — констатировал мужчина, постучал пальцами по столу, а потом положил их на клавиатуру и начал набирать текст. — А почему бы и нет? По-моему, мы уже делали, результат, как ты сама знаешь, не впечатлил. Давай попробуем, по-твоему. — Он нажал на ввод и добавил: — Вот и всё, я отправил ему сообщение, теперь будем ждать ответа.
— А что с телефоном Романа?
— Полицейские пытались его отследить. Ну, он выключен со вчерашнего дня.
— Жаль, — сказала я, снова разглядывая бумаги. Какая-то мысль начала вертеться у меня в голове, стоило только взгляду упасть на все эти распечатки и газетные вырезки. Очень простая мысль. Но очень важная. Она мысль среди кучи разрозненных фактов, как яркая бумажка из блока заметок, среди записок, распечаток, вырезок, словно у Романа не было никакого плана, никакой статьи, сплошной хаос.
— Валентин Иванович, а почему Ромка отправил мне весь этот хлам? — Я подняла руку, останавливая готовящегося ответить свёкра. — Мы живём в двадцать первом веке. Он мог просто прислать мне флешку или еще проще электронное письмо не только с этим, — я указала пальцем на стол, — но и с наброском статьи. И тогда у нас было бы хоть что-то, хоть какой-то связный рассказ.
— Вот ведь, — покачал головой мужчина, — что значит, молодёжь. Я бы до такого даже не додумался, привык работать именно с бумагами. Ну, давай подумаем, почему Ромка, этого не сделал? Твои предположения?
— Потому что… может быть, потому что его компьютер к этому времени уже был разбит? — Я вспомнила тот разгром, что увидела в его доме. — Ну, тогда получается интересная вещь: кто-то вламывается к нему, разносит все, до чего дотягивается, разбивает компьютер и… уходит? А Роман вместо того, чтобы испугаться и побежать в полицию, звонит мне, потом собирает все материалы, над которыми работал, упаковывает в конверт и спокойно везёт в курьерскую службу. Снова звонит мне. А потом? Что произошло потом? Он вернулся домой? Или нет?
— Я бы и сам не отказался это узнать. Но тогда, судя по твоим рассуждениям, сын не боялся того, кто разгромил его дом.
— Выходит, что так, — согласилась я. — А что с его компьютером? Может, нам отдать его в ремонт? Не знаю, сколько времени это займёт, но, возможно, специалистам удастся восстановить на нём информацию.
— А если там пароль?
— У Ромки-то? — иронично спросила я. — Который не помнит даже дату нашей свадьбы? Да, даже если и так, это всего лишь значит, что пароль записан на какой-то бумажке с припиской «не забыть пароль» и висит на самом видном месте. Валентин Иванович, вы же знаете Ромку.
— Знаю, — согласился свёкр. — Слишком хорошо знаю. Тогда делаем так: я сегодня же схожу в дом сына, заберу и отвезу его ноутбук в сервисный центр. Ну и поищу бумажку с паролем.
— Почему вы? Давайте я отвезу, вы же не водите машину.
— Ты вчера уже наездилась. Нет уж, я всё сделаю сам. Роман меня точно не простит, если с тобой или с Санькой что-нибудь случится. Не дай бог, опять какая-нибудь собака на тебя нападёт.
— А если на вас? — спросила я, тоже поднимаясь. — Вы даже убежать от неё с вашим бедром не сможете.
— Что же, тогда пса ждёт сюрприз. Думаю, мой титан, — он похлопал себя по ноге, — не так вкусен, как мозговая косточка.
— Плохая шутка, — заметила я.
— Какие времена, такие и шутки, — он развел руками. — Кстати, считаю, что ты должна знать: я написал завещание. И не делай круглые глаза. Написал не сейчас, а еще два года назад, после смерти Светланы. Все что у меня есть, я оставил Роману и Саньке. А если один из них не сможет вступить в права наследства, не важно по какой причине, то все отойдет другому. Так что если с Романом что-то случилось…
— Прекратите, пожалуйста, — попросила я.
— Все унаследует Александр, — упрямо продолжил свёкр. — Да, я знаю, что они и так мои прямые наследники, но во избежание всяких инсинуаций я зафиксировал это у нотариуса.
— Каких инсинуаций?
— Без понятия. Считай, что я просто перестраховался.
— Вот теперь я точно не хочу никуда отпускать вас одного, — пробормотала я.
— Полно. Ничего со мной не случится. А ты, Лена, считай, что устроила себе небольшой отпуск. Поживите с Санькой у меня, отдохните. Воскресенье отпразднуем его день рождения, а там уж видно будет. Договорились?
Пока я раздумывала, что бы мне на это ответить, в кабинет заглянула Анна, и надо сказать, женщина была напугана почти так же, как я вчера.
— Там… Это… Там…
— Что случилось? — спросил Валентин Иванович, решительно выходя из-за стола.
— Там в новостях такое… — женщина прижала к груди полотенце.
Мы вышли в гостиную, где продолжал работать телевизор. По сложившейся традиции, а может, из-за предпочтений свёкра, он всё так же был настроен на местный канал.
— Менее часа назад в Морском переулке было найдено тело мэра Литова Сергея Алексеевича, — испуганно говорила журналистка. Картинка за её спиной то расплывалась, то вновь собиралась, сразу было видно, что оператор нервничает. В кадр попал переулок, полицейские машины с мигалками и что-то наполовину накрытое белой простынёй. Чьё-то тело.
— Жильёвский хаунд нанес новый удар. Новое нападение со смертельным исходом, — сказала она.
— Блин, кто-то Артура Конан Дойля перечитал, — заметил свёкр, но по лицу было видно, что ему тоже всё это не нравится. — Теперь эту чушь подхватят не только местные, но и федеральные каналы.
— По предварительным данным, мэр вчера возвращался с тренировки, свернул в переулок, где оставил машину, и именно здесь на него напала собака. Правоохранительные органы пока не дают никаких комментариев. А мы призываем всех быть осторожными и рекомендуем не выходить на улицы города после того, как стемнеет.
— Самое время вернуть комендантский час, — пробормотала я, вспоминая старую легенду.
— Тьфу-тьфу, — тут же поплевала через левое плечо Анна.
И в этот момент в дом вбежал мокрый Санька, за ним следом тот самый темноволосый мальчик, а ещё рыжеволосая девочка в сарафане.
— Пить! — закричал сын. — Мы хотим пить лимонад!
И Валентин Иванович торопливо выключил телевизор.
8
Странно, но против моего визита в супермаркет Валентин Иванович совершенно не возражал. Даже наоборот дополнил список Анны несколькими бутылками вина и какими-то мудрёными соусами. А я сделала себе мысленную пометку, не забыть купить шарики, флажки, большую надпись «С Днём Рождения», да ещё свечи... Не забыть бы свечи для торта.
Но все же перед поездкой в супермаркет я позволила себе небольшую поблажку, о которой не стала извещать свёкра. Я заехала домой, приняла, душ, надела свежее платье и даже кинула в сумку пару смен белья, если нам с Сашкой все же придется задержаться в доме Валентина Ивановича.
Оставив волосы сохнуть распущенными, я отправилась в супермаркет, где, сверяясь со списком, складывала продукты в тележку. Сливки, сгущенка, сок, ванилин, творожный крем, дрожжи, сироп для какой-то пропитки, понятия не имею, для какой. Складывала и старалась не думать о том, что произошло утром. Неведомый зверь снова напал. И не просто на кого-то, а на самого мэра.