Анна Сафина – Наследница для Дракона, или Как обрести Крылья (страница 24)

— Рад бы, но после потеря дракона некоторые вещи я все же не способен осилить, — он стоит ко мне спиной, вот только вижу, как он сгорблен, а плечи опущены, словно прижимаются к земле печальной тягой.

— Что ж, — вздыхаю, почесывая подбородок, — хотя бы приюти на сутки, а утром мы выдвинемся домой.

— Я всегда тебе рад, Рагнар, — оборачивается и смотрит на меня серьезным взором, — так что даже не обсуждается.

Сглатываю, наблюдая за тем, с каким безразличием смотрит на огонь в печи Рания, а затем выхожу один на улицу, ощущая тягу полететь в чащу. Вот только хочется вдвоем, со своей женщиной крылом к крылу. Стискиваю кулаки, давая себе клятву все исправить.

Глава 43

— Идите вдоль берега, — инструктирует друг, когда утром мы отправляемся в путь, — неспокойно нынче в наших лесах, можно наткнуться на мародеров.

Вижу, как он напрягается, смотрит на что-то за нашими спинами. Оборачиваюсь, но ничего, кроме крон деревьев не вижу. Вот только легкая тревога не отпускает.

— Ты все же подумай над моим предложением, Дарион, — заглядываю ему в лицо, надеясь, что он примет верное решение.

— Знаешь же, не для меня это, — смотрит в глаза, — да и кто будет рад полукровке, не имеющей второй ипостаси?

Горечь в словах остужает мой пыл в желании помочь ему, но глас внутри упрямо требует каких-то действий.

— Мое предложение всегда в силе, так что ты знаешь, где меня найти, — киваю ему, а затем беру пару за руку.

Мы идем домой…

Повсюду только лес, свежесть и запахи свободы. Вот, чего не хватало моему дракону на материке. Все время одним глазом кошу в сторону Рани, но она, казалось, лишь бездумно шагает рядом, не пытаясь вырваться из моих объятий.

— Что с ним? — через какое-то время подает она голос.

— С Дарионом? — уточняю, а она лишь кивает, так и глядя только перед собой безразличным взглядом.

Вздыхаю, вспоминая наши веселые студенческие времена. Когда-то мы были лучшими друзьями…И это погубило его…Чувство вины сейчас так сильно разъедает мое нутро, что даже дышать становится тяжело, но позволить раскисать себе не могу. Ответственность за безопасность пары на первом месте.

— Его отец — человек, а мать — дракон, — от моих слов она резко вскидывает голову, — да, такое тоже бывает, хоть и редко.

— Истинные? — хмурится, видимо, вспомнив, о чем мы раньше говорили.

— Нет, — качаю головой, — его отец был шаманом…он держал одну из девушек из клана драконов в плену много лет…

Замолкаю, вспоминая, как издевались над ним сверстники. Впрочем, вряд ли этому можно было удивляться, учитывая, что и собственный клан недолюбливал его за происхождение.

— Дракона можно пленить? — удивление в женском голосе разливается патокой по моим венам.

— Он из рода карликовых драконов, как мать. Они самые маленькие в размерах, так что наиболее уязвимы среди кланов. Впрочем, среди них рождаются лучшие лекари, тем и ценны.

В свое время Дар подавал надежды, ему прочили место ученика королевского целителя. Если бы я предупредил его, что в первые сутки оборота нельзя использовать магию…

— У него нет дракона, — задумчиво говорит Рани, отчего я встаю, как вкопанный.

— Как ты это поняла? — наклоняю голову набок, дракон мой пытается найти отголоски мыслей или энергии драконицы, но к нашему обоюдному разочарованию, ничего не находит.

— Не знаю, — пожимает она плечами, как ни в чем не бывало, — видно.

Она продолжает идти неспешно вперед, на звук воды. Я же, преисполненный надежды, иду след в след, ловя попутным ветром ее пряный и безумно притягательный аромат.

— Когда ты обратишься впервые, нельзя применять магические силы, — говорю сейчас, в надежде, что когда-нибудь и она пройдет свой первый оборот, — в ином случае можно лишиться зверя…как Дарион.

Последнее добавляю с легкой печалью. Такие истины должны говорить с детства в родном клане. Это те нюансы, который должен знать каждый дракон, вот только другу не повезло с семьей, а я…был слишком озабочен личной жизнью, чтобы обратить внимание на его незнание…

Через минут десять мы выходим к полноводной реке. Вдыхаем запах воды и идем дальше вдоль берега. На душе впервые спокойно. Рука истинной в моей руке придает мне сил и надежды. Она — моя слабость и сила, одновременно, я — ее защита и опора. Как в древних преданиях про истинные узы первых драконов. Вот только если бы тревога и страх не сжимали в тисках мое сердце…Предчувствие чего-то неизбежного не отступает с тех пор, как мы впервые ступили вдвоем на исконные земли Небесного Лога. В воздухе витает напряжение, шелест листьев под шум ветра будят первобытный страх, словно буря надвигается на нас.

Глава 44

Прихожу в себя тяжело. Руки и ноги скованы кандалами. В глаза светит солнце, ослепляя почти до потери зрения. Приподнимаюсь и вижу перед собой озабоченное лицо Рани, которое сияет, когда она видит мое пробуждение.

— Все в порядке? — тут же кидаюсь к ней, гремя цепями. — Тебя не тронули?

Но на плен мне плевать, я трогаю тело пары на предмет повреждений, принюхиваюсь, чтобы определить наличие ран, но ничего не нахожу.

— Нет, все хорошо, — говорит она, затравленно осматриваясь по сторонам.

Прослеживаю за ее взглядом и морщусь. Нас посадили в клетку и везут в обозе. Дергаю кандалы, но они не поддаются даже под силой дракона.

— Зачарованная сталь, — рычу, ощущая, как беснуется внутри мой зверь.

Затем глубоко дышу, чтобы не напугать девушку, которая итак выглядит испуганным зверьком. Насчитываю десять конвоиров, не считая кучера, что везет нас. Лица у пленителей прикрыты маской, запах замаскирован травой, так что, сколько бы я ни пытался определить, что за клан посмел покуситься на нас, каждый раз натыкаюсь на глухую стену.

— Пока я был в отключке, они что-нибудь говорили?

Рания отрицательно качает головой, только прижимается ко мне ближе и теснее. Может, это эгоистично и неправильно, но в этот момент даже благодарен, что так вышло. Все же близость истинной дурманит мой разум и услаждает нюх дракона.

— Ничего не говори, только молчи, поняла? — заглядываю ей в глаза.

После утвердительного, но слегка неуверенного кивка, я осматриваюсь снова. Никто здесь не должен был узнать, что Рания — дочь Тамилы, истинная наследница трона. Об этом знало всего несколько персон, и всем я бы доверил в бою свою спину. Учитывая, что она свободна в своих передвижениях относительно этой клетки, это значит, что они не считают ее опасной, опрометчиво приняв за человека. Получается, что целью похищения являюсь я, вот только зачем? Шантажировать отца? Наиболее вероятный вариант.

— Черт, — злюсь, что не могу определить, кто окружает нас, драконы или демоны.

Ощущаю себя, словно слепой котенок, который тыкается, но найти искомое не может. Напрягаю слух, но журчания воды не слышу. Значит, от нашего маршрута мы отклонились. Судя по чаще, вдоль которой мы движемся, направление мы держим на север. Как же бесит и злит, что я не в курсе последних событий, происходящих в стране. Взываю к своему дракону, но тот лишь скулит, не способный к обороту.

— Не пытайся, только силы потратишь, — раздается рядом голос одного из похитителей, — кого я вижу…

Смотрю на мужика в балахоне и не нахожу никаких отличительных черт, по которым смог бы определить детали. Только кольцо на пальце. Что-то знакомое, но не могу вспомнить, где его видел раньше.

— Кто ты? — рычу сквозь зубы, пытаюсь встать в полный рост, но кандалы прикованы к полю крепко, не вырваться.

— Разве имеет это значение? — усмехается мужчина, затем переводит взгляд на мою женщину. — Красивую игрушку привез себе с материка. Рагнар Великолепный в своём репертуаре.

Из горла вырывается яростный рев. Пусть только посмеет прикоснуться к моей истинной.

— Я вырву тебе глотку, урод! — не могу сдержать ярость, видя, каким маслянистым взором он окидывает ее тело.

Девушка теряется и обхватывает себя руками в защитном жесте, и это действует на меня хлеще, чем красная тряпка для быка. Гремлю цепями сильнее, яростнее, но они не поддаются. Мужик только хохочет сильнее.

— Побереги силы, Опал, — ещё смеет упоминать имя моего рода, — скоро ты встретишься с истинным хозяином наших земель.

Фыркаю, его слова вызывают только смех.

— Ты перегрелся на солнце, отступник? — иначе назвать тех, кто предал корону, не могу. — Истинная наследница еще явит себя миру, и вы умоетесь кровью.

Сплевываю сквозь прутья решетки, показывая все презрение к его словам. Но он лишь смеется, словно знает что-то, чего не ведаю я.

— Тешь себя иллюзиями, Рагнар, тешь, — хмыкает и удаляется на своем коне вперед, — давно пора понять, что времена другие, и ветвь Златокрылых уничтожена.

Его слова заставляют меня задуматься, уж больно уверенно звучат его слова. Не они ли приложили руку к убийству предыдущей правящей четы?

— Откуда они знали, где нас искать? — раздаётся голос девушки, отвлекая меня от подозрений.

— Что? — ее вопрос застаёт меня врасплох.

— Кто знал, что мы прибыли в Небесный Лог? — бьет прицельно в цель, озвучивая главный вопрос.

Прикрываю на секунду глаза, боясь произнести мысли вслух. Он ведь не мог предать… Не мог.

Глава 45

Мысли о возможном предательстве меркнут, когда я слышу чужие суматошные крики.

— Что там? — кричит тот, что подходил к нам.

По тому, как смотрят на него остальные и как он сам передвигается, кивая тому или иному участнику нашей процессии, делаю вывод, что он здесь главный.