Анна Рудианова – Фанатею по злодею (страница 37)

— Что? Не расслышала, — уточнила, не скрывая радости.

Тай Янхэй прикрыл глаза ладонью, явно не собираясь повторять. Но великодушно разрешил:

— В порядке исключения дарую тебе право обращаться ко мне неформально.

— Правда?! — я улыбнулась. — Насколько неформально? Ян-ян?

Злодея перекосило, он подавился воздухом и отпихнул меня потоком ци:

— Янхэй! И только попробуй назвать меня так, как назвала! — пригрозил мне.

Я весь его огонь моментально схлопнула в вакуум, заставив моего злодея нахмуриться:

— Как ты потушила огонь без воды? — спросил Янхэй.

Я, довольная аки слон, нашедший тонну бананов, подняла палец вверх, разогнала дымок и тоном учителя младших классов разъяснила:

— Огонь горит только при наличии кислорода. Я разделила воздух на составляющие молекулы и по кромке пламени убрала весь кислород.

— Молекулы?

— Да, воздух состоит из молекул азота и кислорода. Это мини частицы, которыми можно управлять с помощью ци.

— Но ты не владеешь ци воздуха…

— Там не в воздухе дело. Вода же состоит из кислорода и водорода. Вот я и воспользовалась. Элементарно.

Ох, и как я раньше химию не вспомнила. Элементарщина же. Ци представляли собой сгустки энергии, которыми при желании можно было пользоваться как манипуляторами. Большая сила — можно поднять коня. Маленькая — пульнуть камнем. При этом никто не мешал спихивать атомы с их орбит. Их было не видно, но, представив себе строение воды, я легко передвигала даже электроны.

А с такой силой я могу и горы сдвигать, и Пики рушить…

— Нет, это странно. И не так пользуются потоками ци. Иди сюда. — Янхэй посадил меня между своих ног и приказал: — Разделяй.

Я вздохнула. Спина упёрлась в пояс от ханьфу моего злодея, и стало не до потоков.

Мысли мои улетели далеко от ци.

— Сначала поешь, — я потянулась, не забыв прижаться к злодейскому телу вплотную, подняла тарелку с пола и сунула в руки Янхэю.

Тот покачал головой. Но я быстро набрала ложку, изогнулась и поднесла к его рту.

Глаза Янхэя прищурились. Недобро и недовольно.

— Даже самые сильные умирают от голода и одиночества, — проникновенно сказала я, касаясь плечом его груди.

По коже тут же пробежало приятное тепло. Мой злодей, как обычно, пребывал в подогретом состоянии.

Рот Янхэя приоткрылся, позволяя мне накормить злодея. Он съел ложку каши и сглотнул.

— Мне смерть от голода не грозит, — сказал с усмешкой.

Его уже ждала вторая ложка каши. Овсяная, моя любимая. Каждое утро на завтрак в больнице давали.

— И от одиночества тоже, — я улыбнулась и продолжила пытку овсянкой.

Мне очень нравилось кормить недовольного и сердитого Янхэя. И очень нравилось, что он не отталкивал меня, а покорно открывал рот.

И через несколько минут, когда тарелка была пустой, послышался уставший вдох.

— Ты знала, что Ли — дитя небесного владыки?

— Знала.

Но Нефритовый император в дораме за сыночком не спускался. Об этом говорилось после вознесения. Мол, сынишка сам дотопал до вершины и вообще молодец, без нянек обошёлся. Не обошёлся…

— И не рассказала.

— Ты не спрашивал.

— И сколько ещё ты знаешь?

— Не уверена, все видения размыты. Я могу перепутать что-то. Вот и о жемчужинах я не знала. Твоя сила теперь безгранична. Это единственное, что сейчас важно, — я покачала головой.

— Ты со мной, потому что я захвачу мир?

— Я просто с тобой. Потому что хочу быть рядом. — И чмокнула злодея в щёку.

Попыталась встать, но меня дёрнули обратно.

Янхэй сдавил моё лицо шершавыми ладонями и сверлил взглядом.

В чёрных зрачках опять заискрились алые искры.

Он злился.

— Надеюсь, ты злишься не на меня, — пробормотала я, насколько позволяло сжатое лицо.

Янхэй оттянул мою губу большим пальцем и признался:

— Это не злость. Ты отвлекаешь меня. Мне не нравится.

Он сжал меня в объятиях с такой силой, будто собирался выдавить из меня кости, но в следующий момент поцеловал.

Жадно и искушающе жёстко. Словно наказывая. Жар проник в меня, плавя внутренности и превращая моё тело в безвольную массу радости. Тай Янхэй действовал грубо и резко, заставил раскрыть губы, опалил горячим языком, нетерпеливо попробовал меня на вкус.

И тут же отстранился, с ожиданием глядя на меня.

— Ты поцеловал меня? Сам? — пробормотала я, пытаясь сохранить равновесие и не завалиться на моего злодея.

Янхэй смерил меня взглядом, полным сочувствия к моему мыслительному процессу. Прямо читалось в глазах: я связался с идиоткой.

А я готова была исполнить победный танец на вершине Пика Величия и даже зафиксировать этот день в календаре значимых дат.

— Можно ещё разок? — спохватилась я, облизывая губы. — Я не распробовала. Коротенько слишком вышло.

— Не отвлекай меня. — Выражение лица Яна мигом стало недовольным и даже замученным. Он попытался встать, но я повисла у него на шее.

— Ну Янхэй! Это был самый короткий поцелуй в моей жизни.

Злодей прищурился, мигом став похожим на злобного гепарда, и спросил:

— И много у тебя было поцелуев? — И у меня запылали руки! И ни фига не жаром страсти, а живым огнём! Тай Янхэй поджёг меня! — Фэй тебя разорви! — выругался он и оттолкнул меня.

Я приземлилась на пятую точку, больно стукнулась копчиком и гордостью. И крутанулась по полу, гася огонь. Вода тут же пропитала всё вокруг, от одежды Янхэя до моих нижних штанов.

Не, ну настоящий демон антипохоти! Почему во всех историях злодеи похотливые до женских тел? А мой сдержанный и помешанный исключительно на убийствах и мести? И на поджигании юных невинных дев!

А Янхэй склонился надо мной и задрал рукав моего мокрого ханьфу.

— Ожогов нет, — задумчиво пробормотал он. Его пальцы сжимали мою руку и тянули её вверх. Было больно и непонятно.

Янхэй словил мой взгляд, тут же отпустил мою руку и ушёл. Даже показательно отряхнулся.

Позёр, покачала я головой.

Но сложила ноги лотосом и улыбнулась, прикоснувшись к губам. Надо же, кажется, кто-то тает снеговиком под майским солнцем.

И довольно рассмеялась.