Анна Рудианова – Блюз поребриков по венам (страница 11)

Перемахнул через препятствие в виде колонок и каких-то проводов, поймал Василису за руку и притянул к себе. Диджей, освобожденный от тесных девичьих объятий, облегчённо вздохнул и кивнул мне приветственно.

– Эй, бро! Ты пойми, – наклоняясь прямо к уху, заорал парнишка. – Ну не формат это! Совсем!

– О чём речь?

Что именно хотела заказать Василиса, я не знал, но прикинул, что вкусы так быстро не меняются. Так что, скорее всего, «КиШ» или «Ленинград».

– «О боже, какой мужчина», – завопил диджей.

– Я хочу от тебя сына, – на второе ухо отчаянно и фальшиво запела Васька. – И дочку. И точка!

Если бы руки были свободны, я бы сделал жест «рука-лицо». Но я крепко прижимал пьяненькое тельце, опасаясь её побега, поэтому фейспалм за меня изобразил парниша.

Поняв друг друга без слов, мы кивнули на прощание друг другу, и я потащил Василису к столику. За мной, понурившись, побрёл Санек с недопитым коктейлем в руке.

– Я те ещё припомню, как спаивать чужих дам, – отвесил ему втихаря подзатыльник.

– Так ради тебя старался! – рассмеялся тот, дивясь необычным поведением девушки.

На полпути к выходу впихнутая в плащ Василиса вспомнила, что не отдала Роме зонт, вернулась к столику и, перекрикивая музыку, принялась убеждать, что вернёт, звала пройтись за зонтом прямо сейчас к ней и всячески тормозила наше продвижение на улицу.

Пришлось напарнику провожать нас на выход и по пути убеждать Василису, что зонт прямо сейчас ему не нужен, а вполне можно передать его через меня, ибо мне Роман всецело доверяет.

На пороге блондинка чуть не скатилась по ступенькам до самой Рубинштейна на своих каблучищах. Поймал её почти в полёте, прижал к себе.

– Клим! Ты просто Клим Иствуд! – прозвучало громко и восторженно.

Я аж скривился от такого обращения и недовольно спросил:

– Почему это?

– Потому что ковбой!

Василиса оттолкнула мои руки и, чуть покачиваясь, прошла вперёд по Рубинштейна, а я краем глаза уловил, как заржал Саня и сложился на крыльце от смеха Роман.

Мне конец: новое погонялово прилипнет, не отмоешься!

А к Василисе тем временем уже пристал какой-то парень с мерзкой кучерявой причёской и с недвусмысленными предложениями, судя по тому, что она ему между ног заехала.

Я мигом очутился возле моей блондинки и дал незнакомцу понять, что эта девушка не для него.

– Я и сама могу за себя постоять! – заявила Василиса, схватила меня под локоть и потащила за собой: – Вперёд! За зонтом!

То есть я тоже, получается, «за зонтом».

Так и не разобравшись, это секретный пароль какой-то или изощрённый флирт, предложил:

– Может, такси вызвать?

– Да я тут живу через квартал! Вон мой дом. – Она махнула куда-то вправо.

Первая мысль: хорошо, далеко ходить не надо!

Вторая: и часто она к себе мужиков из клубов водит?

Какой-то несчастный квартал мы шли очень долго, но ооочень весело. Встретили дождевого червя и уступили ему дорогу, ступали по плиткам так, чтобы не коснуться трещин. Это особенно было трудно для Василисы с её алкогольной координацией и высоченными шпильками. При этом болтала девушка без умолку. Про ветер, про дома, про ангела на шпиле. История и байки сплетались в её рассказах так, что я уже не понимал, где пьяный угар, а где реальные события.

Возле парадной, когда мы дошли до дома, Василиса долго искала ключи в сумочке. Чертыхалась, перекладывала в карман то пудреницу, то кошелёк. Не вытерпел и отобрал сумочку, что по размеру была чуть больше моего портмоне, но по вместимости равна туристическому рюкзаку литров этак на сорок пять. Еле вырыл из бездны разнообразной дряни связку ключей и помог открыть дверь. Василиса, до этого опиравшаяся на стену и молчавшая, качнулась на каблуках. Еле поймать успел. И то благодаря тому, что амбидекстр и отлично владею левой рукой.

«До чего же я хорош! Девушки так и норовят упасть к моим ногам!»

Хмыкнул от этой мыслишки и потащил Василису на четвёртый этаж. Жила девушка в доме за чугунной оградой с фонариками. И, судя по трём воротам, которые нам пришлось вскрыть, место это очень престижное. Машины припаркованы все сплошь «мерседесы» да «лексусы». Даже один «порш» затесался.

До двери добрались успешно, всего три раза заваливались в спираль лестничной клетки. У меня самого голова закружилась идти по пролёту с огромной дырой посередине. Рай для самоубийц, честное слово.

В квартире посадил уставшую даму на банкетку, помог снять плащ и обувь и благородно собрался свинтить. Ибо не настолько я оголодал, чтобы с пьянью зажигать. Да и законы чту, а секс с лицом, находящимся в алкогольном опьянении, всегда судом рассматривается как изнасилование.

Но я не учёл женского коварства.

Василиса, что без каблуков была почти одного со мной роста, резко подскочила, вцепилась руками в мою футболку и шепнула:

– Клим, ты не можешь уйти, я тебе ещё зонт не отдала.

Опять этот зонт, чтоб Ромашке провалиться на месте!

Взглянул в глаза, голубые-голубые и вроде даже трезвые, и пропал. В них плескалось так много обещаний, замешанных на решимости, и угроз, отдающих приказом. Убойный коктейль! Никто ещё не соблазнял меня зонтом настолько искусительно.

Поцелуй долгий, сладкий, томный, такой неторопливый (ибо куда теперь спешить?), распалял, разжигал, так и манил пройти в сторону спальни. Знать бы ещё, где она, эта спальня?! Васька помогать мне особо и не собиралась. Стянуть футболку – это пожалуйста, а сдвинуться с места – нет. Пришлось делать всё самому: подхватил блондинку под попу и усадил себе на пояс, за пару шагов пересёк коридор и попытался толкнуть дверь, но мне под ноги, истошно шипя, метнулся кот.

Василиса была вынуждена оторваться от моей шеи и зашипела не хуже кота:

– Феофан Валерианович, а ну брысь!

Имечко придурковатое, а выговорила без запинки. А вид у чудища ещё хуже: нечто растрёпанное, чёрное, непонятное.

Кот сверкнул злобно глазами, но с места не сдвинулся, преграждая мне путь. Видимо, он был назначен блюстителем хозяйской чести. А чего уж там блюсти, когда я на пороге спальни, а сама хозяйка очень даже не против честью поделиться.

Я, конечно, сделал последнюю попытку отстраниться, послушаться кота, но Василиса отрицательно покачала головой, чуть прогнулась, прижимаясь ко мне грудью, и последние приличные мысли вылетели из головы.

Отбросил ногой волосатое чудовище и хлопнул дверью прямо перед носом кошака.

Кажется, кот выругался.

***

Утро началось не с минета, хотя, будем честны, я рассчитывал. Василиса в постели оказалась зажигалкой, манящей, отзывчивой, податливой, как горячий воск! Страстная девушка – мечта прям! Подходила к делу с душой, выдумкой и огоньком. Откровенно восхищалась моим телом, не стеснялась своего, чуть краснела-млела, но наслаждалась по полной.

Проснулся я один и позволил себе поваляться пару минут. А вдруг моя девочка вернётся и мы с ней отлично проведём субботнее утро? Но в спальню стали просачиваться запах свежесваренного кофе и звуки голосов. Я напрягся. Убегать от разгневанных мужей мне ещё не доводилось, и получить свежий опыт я совсем не стремился. Споро влез в джинсы и футболку, которые оказались аккуратно сложенными на кресле вместе с разглаженными носками, и через пару минут был готов встретиться с соперником лицом к лицу. Хотя на всякий случай я посмотрел, что окна комнаты выходят во двор, рядом ни балкона к соседям, ни дерева – без вариантов сбежать, если что.

Подошёл к двери и прислушался. Мужской голос, скрипучий и ворчливый, отчитывал девушку:

– Я тебе сколько раз говорил?! Заведи ты себе нормального мужика. А ты хоть раньше собак да кошек таскала, а теперь кого в дом приволокла?! Он меня пнул! Он же меня вмиг раскусит!

– Феофан Валерианович, не переживайте вы так, – возражал женский голос, вроде Василисин. – Ничего он не поймёт. Он и русалок не рассмотрел.

– Так и хуже, что не поймёт. Ты где такого ущербного взяла?!

– Так в клубе! Вы же сами мне всё время твердите: мужа надо, деток надо…

– И твержу! И твердил! И буду твердить! Негоже девке в твоём возрасте хвостом по клубам мести. Пора уже и замуж сходить! Вот Базиль из третьей парадной второго кутёнка уже нянькает. А я чем хуже? – брюзжал старый дедовский голос.

– Вам, Феофан Валерианович, не угодишь, – взвилась Василиса. – То мужа надо, то пьянь приволокла!

– Да тише ты, дура-девка, чего разоралась?! А ну как этот прохиндей чегой услышит? Как пояснять будешь?

Дальше разговор продолжился на порядок тише, я ни слова не разобрал. Уже не таясь, вышел из спальни и заглянул в кухню в поисках склочного старика, но никого, кроме Василисы, не заметил. Девушка сидела за столом ко мне спиной, чуть согнувшись и подперев рукой голову.

Скромненькая такая у неё кухонька, деревянная, у моей тётки похожая. Только поновее чуток. Занавески с жуткими цветочками тоже какие-то бабушкинские. Кот, моющий посуду и недовольно машущий хвостом. Стоп, где этот склочный дед, требующий внуков?!

Стоп.

Кот? Моет посуду?!!!

Присмотрелся. Нет, кот просто вылизывает лапы.

Вернулся в комнату, прокатился с пятки на носок и нашёл вполне разумное объяснение подслушанному разговору и коту: вчера хлебнул палёнку! Вот с утра и накрыло глюками. Надо умыться, выпить кофе и забыть всё как страшный сон. Ну… не всё! Василису забывать не стоит. Телефончик возьму, буду позванивать иногда: и мне хорошо, и ей приятно.