Анна Росси – Четыре тихих женщины (страница 1)

Анна Росси

Четыре тихих женщины

Пролог

На асфальте перед палисадником лежит женщина. Она мертва. Рядом валяется расколотая пластиковая кадка с геранью. Земля рассыпалась, белесые корни беспомощно торчат из трещины, а алые соцветия выделяются ярким пятном на фоне темно-бордовой крови. Тело женщины распласталось словно во сне, а ее лицо скрывают растрепанные волосы. Никто не видел, как она упала с балкона, но собравшиеся зеваки предполагают, что это одна из квартиранток Елены с шестого этажа. Они поднимают головы и замечают вторую кадку с геранью, одиноко нависающую на кронштейнах с парапета под самой крышей.

Здесь, в тихом зеленом сквере, окруженном старомодными «сталинками», никогда ничего не происходит.

Май. За три месяца до события.

Глава 1

Воздух бодрящий, солнце светит низко, идешь и ежишься, но уже понимаешь, что еще немного – и весна окончательно победит, и можно будет носить открытые платья и яркие туфли. Елена любила май не только за то, что в этом месяце был ее день рождения, но и за обещание лучшего впереди.

Утром она выпила чашку черного кофе с домашними круассанами, которые испекла соседка Юля, и вышла на работу в прекрасном настроении. Пять минут пешком через дворы до метро «Сокол» погрузили в воспоминания детства.

Мама в мае всегда мыла окна. Сдирала пожелтевшие от засохшего за зиму клея полоски бумаги, отворяла двойные деревянные рамы в сталинке-шестиэтажке и, напевая себе под нос бодрые песни про мир-труд-май, натирала пенящейся от мыла губкой стекла. Маленькая Елена смотрела на хрупкую фигурку мамы в синих тренировочных штанах, отцовской футболке-олимпийке и красной косынке на голове, и никогда не боялась, что мама упадет или случится что-то страшное. Наоборот, мама в этот момент представлялась ей астронавтом в открытом космосе или капитаном корабля, бороздящем неизведанные дали.

Сейчас в окнах маминой квартиры, в которой теперь жила Елена со своим любимым мужчиной Михаилом, стоят стеклопакеты. Сквозь них не слышно звонких голосов с детской площадки или утренних разговоров соседей, разъезжающихся на своих автомобилях по рабочим местам. Ни заклеивать, ни мыть их тоже не нужно. Во всяком случае, не Елене. Раз в две недели в просторной трешке наводит чистоту профессиональная уборщица. Двор теперь перекрывает шлагбаум, а кованые ворота со стороны Новопесчаной улицы всегда заперты. Только калитка для пешеходов по-прежнему открывается со скрипом.

До Москва-Сити Елена добралась за полчаса. Машина у нее была, но ездить на ней на работу она не любила. Зачем стоять в пробках и платить за парковку, когда быстрее добраться на общественном транспорте?

На проходной привычным жестом приложила пропуск к валидатору, дежурно улыбнулась охраннику и вызвала лифт на десятый этаж, где находился офис престижного центра психологической помощи «Провидец». Елена работала там ведущим психотерапевтом, а в следующем месяце должна была получить должность супервизора, наблюдающего за работой коллег, которую ждала и на которую пахала последние три года. Это был бы лучший подарок ко дню рождения!

Поднимаясь в лифте, Елена чувствовала удовлетворение от жизни, которую построила. Счастье? С этим было сложнее, но удовлетворение – точно да.

Снисходительно приняв восхищенные взгляды и приветствия секретарши, пары коллег и директора центра Валериана Викторовича, Елена прошла в свой кабинет. Из окна открывался вид на мегаполис с высотками, словно где-нибудь в Нью-Йорке. Елена ощутила свою успешность, и от этого приятно побежали мурашки по рукам.

Минималистичный письменный стол и сейф с файлами стояли у окна, а глубокое кресло с высокими ручками – у канареечного цвета дивана для клиентов. У его спинки сгрудились пестрые подушки и лежит плед крупной вязки – все для комфорта клиента и психолога. Елена была убеждена, что ей тоже должно быть удобно. Только тогда ее ничто не будет отвлекать от проблем сидящего перед ней человека. Стойка с суккулентами, серый ковер и абстрактная картина на стене дополняли впечатление «процветающего спокойствия».

Кофейный столик из дымчатого стекла с коробкой бумажных салфеток для особо чувствительных субъектов, в углу кулер с водой, а рядом в вазе – пакетики с авторским чаем. Клиенты у них непростые, привередливые, и все для них должно быть на уровне. Впрочем, и самой Елене нравилось, когда все по высшему классу. Она в этом находила особую гармонию.

В качестве заключительного штриха Елена включила генератор белого шума со звуками природы и открыла еженедельник.

«Та-ак, первая клиентка та еще штучка», – Елена слегка наморщила лоб. Достала роллер с эфирным маслом лаванды и натерла им виски. Налила стакан с водой, и не отпив из него, поставила рядом, наконец взяла блокнот для записей и опустилась в свое кресло.

В дверь постучали.

– Проходите, – с улыбкой произнесла Елена.

– Здрасьте, – спортивного телосложения маленькая женщина с резкими птичьими движениями плюхнулась на диван.

Она отложила дорогую сумочку, схватила одну из декоративных подушек и прижала ее к груди.

– Ты не представляешь…

– Вы, – Елена заставила себя улыбнуться шире. – Мы договорились, что правильнее называть друг друга на Вы. Это будет более результативно.

– …что со мной произошло за эту неделю. Я еле дождалась нашей сессии!

Елена прикрыла веки. Она вспомнила, что секретарша звонила ей насчет Карины несколько раз, но Елена категорически отказалась найти для нее дополнительные часы.

– К сожалению, мое расписание не позволяет…

– Знаю-знаю, – перебила Карина. В больших карих глазах плескалась тревога, моложавое лицо напряглось. – Он мне изменяет!

– Кто? – удивилась Елена и сверилась со своими записями. Карина была разведена и одинока.

– Муж.

– Карина, мы с вами уже работали над этим. Вы разошлись с Андреем два года назад.

– Пфф! – клиентка покрутила массивный бриллиант в платиновой оправе на безымянном пальце. Поправила короткую стильную стрижку. Для пятидесяти с хвостиком она выглядела шикарно. И могла быть вполне счастлива, если бы бросила затею вернуть сбежавшего мужа. – Вы же понимаете. Милые бранятся, только тешатся.

– Боюсь, что в вашем случае это не совсем так, – спокойно повторила Елена и ощутила неприятный звон в ушах. Она потерла виски.

– Он мне позвонил на прошлой неделе. Сам. А это знак! Ведь это знак? – тараторила Карина, не обращая ни малейшего внимания на слова Елены. – И я сразу поняла, что…

Шум в ушах нарастал, и монолог клиентки превратился в жужжание пчелиного улья. Перед глазами Елены поплыли радужные круги. Она прикрыла глаза, помассировала их подушечками указательного и большого пальцев. Снова открыла и посмотрела в окно. Круги, словно пятна бензина в луже, продолжали расплываться перед глазами. Ей стало жарко.

Елена отпила прохладной воды из стакана.

– Вы меня слушаете? – раздался приглушенный голос Карины.

Елена изо всех сил попыталась сосредоточиться на клиентке. Ей удалось сфокусировать взгляд на диване и сидящей на нем женщине. Та по-прежнему сжимала в руках подушку. Усилием воли Елена заставила себя кивнуть, сняла пиджак и откинула его на подлокотник.

– Елена, с вами все в порядке? – лицо Карины внезапно приблизилось, и Елена с удивлением поняла, что та поднимает ее пиджак с пола и вешает на спинку кресла. – Вы промахнулись.

– С-пасибо, продолжайте, – Елена уставилась на клиентку с железобетонным намерением не отводить взгляд.

– Он проговорился про какую-то Марину. Они встречаются в яхт-клубе. Он пригласил ее на мою яхту, представляете?

– Насколько я помню, яхта досталась вашему мужу. Значит, она уже не ваша. – ответила Елена чуть громче, чем позволял такт.

Карина часто заморгала, выхватила бумажный платок из коробки.

– Он ведь не сменил название, она носит мое имя, – тихо пробормотала она, разрывая платочек на мелкие части. Они разлетелись, словно мотыльки, а затем плавно приземлились на ковер.

Елена почувствовала нарастающее раздражение.

– Ваш бывший муж может встречаться с кем угодно и где угодно. Поймите, он вас больше не любит.

Карина аж приподнялась с дивана.

– Елена, вы… – ее голос перехватило от избытка чувств.

Елена понимала, что намеренно и без необходимости причинила боль клиентке своим резким высказыванием, но внутри нее разлилось ликование. Будто нечто, что она давно и надежно заперла внутри, наконец вырвалось наружу, и оттого она ощутила легкость. И невероятную свободу.

Елена улыбнулась и повторила:

– Он просто вас больше не любит.

– Да как ты смеешь! – взвизгнула Карина и запульнула в Елену коробкой с салфетками.

Елена схватила стакан с водой и выплеснула содержимое в лицо Карины. Губы расползлись в предательской улыбке.

– Сука, да ты знаешь, кто я? – Карина перешла на ошалелый рык и швырнула в Елену подушкой.

Елена ловко ее перехватила, вернула в сторону нападавшей с еще большей силой и попала в цель – лицо Карины. Женщина залезла на диван с ногами и стала метать одну декоративную подушку за другой в Елену. Но это вызвало у психолога лишь дикий хохот.

– Дура, ты просто конченая дура! – орала она между приступами смеха и хлестала Карину бирюзовой подушечкой по щекам, не замечая, как блестки царапают лицо клиентки до крови.

– Помогите! Аааа! – завопила та.

Дверь в кабинет распахнулась, в проеме показались испуганная секретарша и Валериан Викторович. С побагровевшим лицом он подошел к Елене и крепко обхватил ее, тем самым нейтрализовав.