Анна Романова – Алые небеса (страница 68)

– Слава богу, – шумно выдыхаю, но успокоиться не могу: ещё ничего не кончено.

Оборачиваюсь в сторону Со Джина. Парень сидит на коленях, держа на руках брата. От этого зрелища слезы на глаза наворачиваются. Не хочу, чтобы он проходил через это снова, только не очередная утрата.

– Скорая! Нам нужна скорая! – почти кричу, на что Джу Ён накрывает мои дрожащие пальцы ладонями.

– Мы уже вызвали, на всякий случай, хоть и надеялись, что она не пригодится, – с грустью произносит госпожа Чхве, глядя на раненого парня.

– Спасибо! – искренне благодарю, различая звуки сирены, доносящиеся снаружи.

Ещё мгновение, и комната заполняется лучом надежды в виде медицинских работников. Бригада подбегает к пострадавшему. Со Джин противится их вмешательству, пусть и понимает – оно необходимо. Хочу подойти к нему, успокоить, но знаю – Киму нужно побыть с братом, сделать всё, что в его силах.

– Эй, ты это слышишь? – обращает моё внимание на происходящее Джу Ён, вынуждая прислушаться к словам Со Хёна, которые тот отчего-то произносит на английском.

– Тебя там девушка вообще-то ждёт. Красивая… – говорит он. – Если снова облажаешься, а ты точно облажаешься, я непременно отобью у тебя нунуcontentnotes0.html#note_43.

Услышав это, расслабляюсь, не полностью, но хоть выдохнуть нормально получается. Ранение, видимо, не столь серьёзное, раз малой умудряется подтрунивать над старшим братом. Всё будет хорошо, должно быть!

В конечном итоге Ха Ну, переговорив с председателем, следует за врачами, а Джу Ён вызывается отвезти Пака-старшего до больницы, успевая шепнуть мне напоследок:

– Ой, не могу… Только посмотри на секретаря Чон! Разве он не мужественный? Такой надежный, сильный… Может, позвать его на свидание? – Правда, я её больше не слушаю, растворяясь во взгляде любимых глаз, что сейчас так пристально смотрят на меня.

Дальше не могу следить за событиями, потому что все мои мысли концентрируются на Со Джине, приближающемся ко мне. Пальцы тут же находят место на родной груди. Ким начинает говорить… на корейском, блин. Всё! Решено, с завтрашнего дня активно начинаю учить язык!

– Прости, забылся. Как ты? Всё в порядке? – Его голос пропитан тревогой и заботой, от чего мои губы трогает улыбка, усталая, но самая что ни на есть настоящая.

– Да, всё хорошо, – отвечаю я, и в ту же секунду оказываюсь в таких нужных объятиях.

Утыкаюсь носом в мужскую грудь. Его тепло и запах обволакивают, успокаивают, приносят желанный покой. Руки крепко сцепляются за надежной спиной, и, будь моя воля, я бы стояла так вечно, растворяясь в дыхании друг друга. Хочу провалиться в момент окончательно, бесповоротно, но ноющее под ложечкой чувство тревоги не позволяет. И в один момент понимаю причину – не вижу генерального.

– А где Мин Хо?

Со Джин вздрагивает, но меня из рук не выпускает, наоборот, прижимает сильнее, пытаясь огородить от всего мира. Неосознанно улыбаюсь, чувствуя себя в безопасности.

К нам подходит председатель, сообщая, что его люди забрали генерального. Мужчина просит дозволения разобраться с сыном самостоятельно, на что Ким взрывается очередной волной протеста и возмущения. Смотрю на любимую мордашку, нежно касаясь его щеки пальцами, намекая, что сейчас лучше просто выдохнуть. Со Джин тяжело вздыхает и, кажется, успокаивается. Затем решительно берёт меня за руку, командуя «идём» – так по-свойски, привычно и мило. Жар тут же приливает к лицу и сердцу. Не спорю, не сопротивляюсь, послушно иду следом. Ведь я готова пойти за этим человеком хоть на край света. В горе и радости, в болезни и здравии… плевать, главное вместе.

Глава 39: Ким Со Джин

Оглушающий пульс в висках отбивает ровно три удара. Три жалких секунды, за которые я успеваю умереть и воскреснуть, чтобы не позволить Со Хёну рухнуть наземь.

Неведомой силой меня отбрасывает от Соколовой в сторону брата. Подхватываю его опадающее тело, коленями врезаясь в грязный бетонный пол. Держу голову ладонью, как новорождённому, заглядывая в тяжело моргающие глаза, смотрящие на меня с любовью.

Помню, как омма после возвращения из роддома впервые позволила подержать малыша – я испытывал трепет и такую всепоглощающую любовь, что впору было от неё задохнуться. Маленькое существо, с крошечными ручками, опухшими глазами, круглыми розовыми щеками, только и делающее, что открывающее свой ротик в поисках молока. Ничего не знающее о жизни, не понимающее слов, не умеющее отличать зло от добра и пока ещё не имеющее планов на будущее, но уже человек! Родная плоть, младший брат. И сейчас он вновь в моих руках… истекает кровью…

– Со Хён… Что же ты наделал? Зачем?.. – натужно срывается с пересохших губ.

Слёзы застилают глаза, но периферическим зрением улавливаю, что кто-то бросился на Мин Хо, повалил его на пол, скрутил. Мимо проносится женская фигурка. Джу Ён, или я брежу? Её звонкий голос доносится до сознания, словно через толщу воды. Маша! Она зовёт Соколову и убеждает её, что всё будет хорошо. А будет ли?..

– Хён, – обращается ко мне брат, кладя свою ладонь поверх руки, зажимающей кровоточащую рану в левом боку, – холодная, как лёд. – Хён, послушай, абоджи… то есть, господин Пак, он тебе не враг. Он хороший человек, он вырастил меня…

Со Хён начинает кашлять. Из его рта вылетает сгусток крови. Моя жизнь вновь обрывается на мгновенье.

– Молчи, брат, не трать силы, – звучно всхлипываю я, более не в силах сдерживать катящиеся по щекам слёзы, и вскидываю голову, начиная истошно кричать. – Вызовите скорую! Пожалуйста! Кто-нибудь! Вызовите чёртову скорую! Со Хён, только не отключайся!

Брат тяжело прикрывает веки, сдавливая мою руку сильнее.

– Скорая уже едет, Со Джин, – слышу голос Чон Ха Ну, но не вижу его, ничего не вижу, кроме искажённого болью лица младшего братишки.

– Хён… – криво усмехается он, – а ведь я круче тебя.

– Что? – не до конца расслышав, склоняюсь ниже.

– У меня восемь юниорских кубков, а у тебя всего три… – глухо хихикает брат, чем, пусть на секунду, но разжимает стальные тиски горя, сдавившие мою грудь.

– Я бросил хоккей в тринадцать, придурок, – улыбаюсь и вдруг вижу, как к нам на коленях ползёт председатель.

Что? Нет! Не смейте к нему прикасаться! – хочется завопить во всю глотку, однако внезапно понимаю, что Со Хён тянет к нему руку, ещё мгновенье назад покоящуюся поверх моей.

– Мальчик мой… Мой драгоценный мальчик, – причитает Пак, ловя окровавленные пальцы своего приёмного сына. – Прости меня… Прости глупого старика.

– Абоджи… ты никогда меня не слушаешь, – сквозь сиплый кашель шепчет Со Хён. – Я ведь говорил, что однажды Мин Хо…

– Брат, тебе нельзя говорить! Молчи!

– Да, адыльcontentnotes0.html#note_44, послушай своего хёна, береги силы.

Помещение начинают заполнять люди. Только теперь замечаю за окнами мелькание красного и синего света. Видимо приехала скорая, а может и полиция, что для меня, как и для Мин Хо, не очень-то хорошо. Впрочем, плевать! Главное, чтобы спасли брата!

К нам подходят несколько санитаров. Один из бригады реанимации оттесняет меня в сторону. Бесит! Хочу его отпихнуть и взять Со Хёна за руку. Не позволю снова нас разлучить! Враждебный блеск в глазах замечает Пак Бён Хо и решительно кладёт ладонь на моё плечо.

– Они пытаются помочь…

Я дёргаюсь, отшатываюсь от него, но жест старика оказывается действенным – работе медиков не мешаю. Поднимаюсь с пола синхронно с ними. Со Хёна перекладывают на носилки, несут к выходу. Иду следом. Однако брат протестующе качает головой, пытаясь сбросить с лица кислородную маску. Сотрудники скорой замедляются. Тот, что держит баллон с газом, машет мне рукой. Подхожу ближе. Со Хён пытается привстать. Стонет. Я наклоняюсь, чтобы он не напрягался и, к своему изумлению, слышу в слабом и одновременно насмешливом голосе иронию:

– Слышь, а ты куда собрался?

– То есть? Я поеду с тобой!

– Придурок… – Брат закатывает глаза, ухмыляясь, почему-то переходя на английский. – Тебя там девушка вообще-то ждёт. Красивая. Если снова облажаешься, а ты точно облажаешься, я непременно отобью у тебя нуну.

– Чего? – потрясённо захлёбываюсь я.

Так вот почему он заговорил на иностранном языке, хотел, чтобы Маша поняла! Вот же мелкий!

Со Хён смеётся, но тут же корчится от боли.

– Всё со мной будет хорошо, хён. Увидимся позже. – И, кивая медикам, брат позволяет снова приложить маску к своему самоуверенному и дерзкому носу.

Я же потерянно оглядываюсь. Нахожу взглядом Соколову. Рядом с ней Джу Ён, придерживает под руку, попутно объясняя происходящее.

– Ха Ну, – раздаётся голос председателя совсем рядом, но пока не могу отнять глаз от Марии.

Она в порядке? С ней ничего не стряслось?..

– Да, председатель.

– Поезжайте с Со Хёном и проследите, чтобы в больнице всё прошло гладко, а после позаботьтесь о… – но договорить Пак не успевает.

– Всё сделаю, председатель, – твёрдо отрезает Чон, как выясняется верный пёс председателя, представленный к Мин Хо в качестве няньки. – Ну а вы? Как вы доберётесь до больницы?

– Я отвезу! Положитесь на меня… – включается в беседу Джу Ён, как-то слишком зачарованно глядя на секретаря, а несколько секунд спустя по помещению прокатывается протяжное: «оппаcontentnotes0.html#note_45».

Госпожа Чхве что заигрывает с Чон Ха Ну? Вот это поворот! Я, конечно, знал, что Джу Ён не от мира сего, но в данной ситуации… Мне определённо нравится мой личный секретарь, пусть поработать вместе удалось не долго.