Анна Рэй – Принц темных улиц (страница 34)

– А еще посмеяться над шуткой и самостоятельно принять решение, пусть и самое простое, – размечтался Фрайберг. – Не понимаю, как можно было запретить столь удивительные механизмы?

– Грубер был невероятно зол на нашу семью! – с раздражением процедил Питер. – Особенно его злило то, что я сумел выжить! Боялся, что я придумаю новые механизмы и со временем верну и фабрику, и состояние. Поэтому он попросил своего дядю вице-канцлера подписать всеобщий запрет на создание механических людей. Представил все так, будто наши рабочие вышли из-под контроля и организовали восстание. А именно этого больше всего опасается правящая верхушка Айзенмитта. Ведь если жители Города темных улиц, хоть живые, хоть механические, сметут стену, то они разгромят роскошные дома аристократов. Да что там дома – они попросту уничтожат их всех!

– Тогда странно, что мэр допустил стычку двух сильнейших городских банд, коли он так боится восстаний, – удивился Эрик и коротко рассказал Питеру о битве железноруких с «Земляными червями», произошедшей этой ночью. – Если бы Вызов привел к настоящей уличной войне, Грубера первого бы обвинили в том, что он не контролирует город.

– Может, Грубер ни о чем не знал и это было единоличное решение главаря железноруких? – предположил Питер Ленц. – Однорукий Джо всегда был наглым типом. Считает себя теневым хозяином города.

– Конечно же Грубер не знал! – подключилась к беседе Магда. – Он сейчас не в том состоянии, чтобы что-то планировать и контролировать.

– А в каком он состоянии? – Питер с напряжением воззрился на сестру. – Ты мне о чем-то не рассказала?

Магда переглянулась с Эриком и нехотя поведала брату о своем последнем визите к мэру и о его падении.

– Возможно, Грубер прекрасный актер, – помолчав, переваривая услышанное, сделал заключение Питер. – Он мог стравить банды, а сам прикинуться больным. Заодно подставить Кроули, которого многие желают видеть в кресле мэра. Хотя, если честно, я сильно сомневаюсь, чтобы тугодум Грубер был в состоянии изобрести столь сложную комбинацию.

– А может, не он хочет подставить, а его? – задумался Эрик.

– Не знаю, кто отважится связываться с племянником вице-канцлера, – усомнилась Магда. – Это же безумие!

Чайник подал свистящий тревожный сигнал, и фрау Ленц вынужденно отвлеклась от беседы, подбежав к плите.

– В этом городе есть только один безумец, способный проработать столь хитроумный план. Это я, – неожиданно признался Питер. Но тут же поспешил успокоить сестру: – Увы, я не покидаю дом, и денег, чтобы нанять людей, у меня тоже нет. А жаль. Месть получилась бы отменной.

Идея явно пришлась Ленцу по душе, ибо в голосе послышались мечтательные нотки.

– Ну хорошо, подставишь ты Грубера, а кто придет вместо него? – возразила Питеру сестра, расставляя на столе чашки и подкладывая в вазу печенье. – Ведь все решает вице-канцлер, а он скорее поддержит сумасшедшего племянника с подпорченной репутацией, приставив к нему толкового помощника.

Питер Ленц недовольно поджал губы и нехотя согласился с ее доводами.

Эрик тоже потерял интерес к разговору, переключившись на печенье с чаем. Да и что обсуждать? Убийство Фионы Ле’Ройс волновало его гораздо больше, чем политика. Дело выглядело запутанным, а вдовец буквально помешался от горя. Пожалуй, надо снова переговорить с Кроули и выяснить, как продвигается следствие.

После чаепития Эрик попрощался с хозяевами дома и пообещал в ближайшие дни организовать Питеру поездку в Дарданию. От Ленцев мастер механики направился в полицейский участок. Но перед этим заехал на почтамт и отправил срочную телефонограмму в Эльхас.

Еще в коридоре Фрайберг услышал ругань. А в кабинете шефа Кроули и вовсе творился сущий ад. Немудрено, ведь в небольшом помещении столпились представители железноруких и мертвяков. Адвокаты обеих сторон требовали немедленно отпустить подозреваемых.

– На каком основании вы задержали Удо Брагге?! – кричала короткостриженая фрау в мужском костюме, знакомая Фрайбергу по кладбищу.

– На основании некропсии^[6], – ответил Кроули. – И это не задержание, а беседа. Как только Удо Мертвяк ответит на наши вопросы, он может идти домой… или где там вы обитаете? В склепах?

– У вас уже есть преступник! Фроль! – не сдавалась женщина, наступая на главу полиции и не оценив его мрачную шутку.

– Эй, мертвячка, что ты против нас имеешь? – взревел Клешня, массивная фигура которого закрывала дверной проем. – Фроля взяли по наводке «Червей». Это поклеп, его немедленно должны отпустить!

– Отпустить гера Фроля мы не можем, так как он подписал чистосердечное признание, – осипшим от крика голосом сообщил шеф полиции. – Сейчас детектив Фриз проводит очередной допрос…

– Проводить допрос без адвоката не имеете права! – возмутился тощий мужчина в дорогом костюме, из-под которого выглядывал шелковый щегольской жилет. Не иначе защитник, нанятый железнорукими за баснословную цену.

– А я не знаю, чего вы здесь толчетесь, – огрызнулся Кроули. – Шли бы вы на… допрос!

После этих слов франт выбежал из кабинета, пригрозив шефу, что это дело так не оставит и будет жаловаться в профсоюз и лично мэру Груберу. Клешня не отставал и, не стесняясь в выражениях, выдал персональное мнение о работе полиции. Продолжая извергать проклятия, он похромал за адвокатом, задев в коридоре плечом Эрика.

– Жаловаться они будут! Самому мэру! – возмутился шеф Кроули. – Да пожалуйста! Только Гайди Грубер вряд ли вспомнит, кто они такие.

– Так когда вы отпустите Удо Брагге? – вновь поинтересовалась женщина из банды «Поцелуй смерти».

– Послушай, Нада, вечером мы ждем палача из Айзенмитта. По результатам допроса Мертвяка… в смысле гера Брагге и будем решать, отпустить его или предъявить обвинение, – ответил Кроули. Судя по обращению к даме, знакомы они были не первый день.

– Гер Кроули, – не сдавалась «мертвячка», – признайтесь честно, почему вы прицепились к Удо, когда у вас уже есть убийца?

– В деле появились новые обстоятельства.

– Какие? – не отступала упрямица.

– Смерть Фионы Ле’Ройс могла наступить в результате так называемого поцелуя смерти, – помедлив, ответил шеф полиции. – Мы не знаем точно, кто именно мог сотворить подобное, поэтому и допрашиваем Удо как главаря банды. К тому же водился за ним подобный грешок в былые дни.

– Да мало ли какой залетный мерзавец заехал в Дункельмитт? А мы отвечай?! – крикнула Нада, выходя из себя и со всей силы ударяя кулаком по столешнице.

– Ты мне не порть казенное имущество, а лучше скажи – для чего я в свое время договорился с Удо?! – Шеф Кроули не выдержал и привстал с места, оказавшись лицом к лицу с собеседницей. – Именно для того, чтобы он контролировал магов смерти в Дункельмитте! Мне залетные мертвяки ни к чему! А может, это ваши люди бесконтрольно выпивают жизнь из горожан?!

– Шеф Кроули, – помощница Удо сменила тон на примирительный, почуяв, что дело запахло жареным. – Вы же прекрасно знаете, что не все маги смерти забирают жизнь. Кто-то, между прочим, забирает и темную порчу. Получше некоторых целителей работаем!

– О твоих способностях я наслышан и лично к тебе претензий не имею. Но тот же Удо Мертвяк раньше этим увлекался, лишая магов силы.

– «Раньше» – это тридцать с лишним лет назад! Оставьте вы уже гера Брагге в покое! – вновь вспыхнула Нада. – И почему вы вообще решили, что виноват маг смерти?! Насколько я поняла из разговора с детективом Фризом, на шее жертвы есть следы от удушья…

– Следы – не только от удушья… – Шеф полиции осекся, заметив показавшегося в дверях старшего детектива Фриза, и обратился к нему: – Закончил уже допрос? Тогда проводи Наду в мортуарий^[7], пусть сама посмотрит на труп. Объяснять дольше придется! И гера Клауса с собой прихватите!

Фриз закатил глаза и вышел из кабинета. Помощница Удо Брагге поторопилась за ним, а Эрик задержался в дверях:

– Мне-то зачем смотреть на труп?

– Иди-иди! Узнаешь от Кремиха подробности, а то долго пересказывать! – Шеф Кроули отмахнулся то ли от вопроса, то ли от мастера магической механики. – К тому же с минуты на минуту в участок подъедет гер Ле’Ройс, сам ему все и объяснишь – как-никак твой приятель.

Вздохнув, Фрайберг направился в местный мортуарий, или скудельный дом, как подобное заведение называли в Белавии.

Круглое одноэтажное строение находилось неподалеку от полицейского участка. Сюда привозили убиенных, здесь патологоанатом Кремих проводил аутопсию, и после всех процедур трупы забирали в местный крематорий или на кладбище. Эрик застал старшего детектива и Наду возле крыльца. Вскоре железная дверь открылась, и перед визитерами предстал ассистент Кремиха – серьезного вида юноша в модном костюме, длинном фартуке, забрызганном кровью, и в длинных, по локоть, перчатках. Тканевая маска была сдвинута на подбородок, на лбу красовались очки. При виде детектива Фриза молодой человек вмиг растерял всю важность и посторонился, пропуская ворчливого и острого на язык старика в здание. Нада и Эрик последовали за полицейским и, миновав узкий коридор, оказались в просторном полукруглом помещении, походившем на амфитеатр, с деревянными скамьями, поднимающимися под потолок. В этом зале находилась и смотровая, и лаборатория, судя по микроскопам на столах и склянкам на полках. Шланги с душевыми лейками располагались над прозекторскими столами, а на выложенном светлой плиткой полу темнели сливные отверстия.