Анна Рад – Эпидемия Z: Книга 1 (страница 8)

– Это конец света, Якоб. И он только начался.

– Нет! – кричит Якоб и —

Глава 8

…дёргается так резко, что чуть не падает с кровати.

– Воу, воу, – говорит знакомый голос. Руки хватают его за плечи, и Якоб отстраняется.

Затем он видит лицо Акселя, и остальной мир обретает привычные черты. Он не на улице. Он в почти белой комнате, а за окном – позднее утро, судя по бледному солнечному свету.

– Всё в порядке, парень, – говорит ему Аксель. – Ты в безопасности.

Его брат улыбается ему, что бывает редко. Улыбка должна ободрять, но в ней также читается беспокойство.

– Где я…? Где…? Я не… – Якоб сглатывает, слова застревают в горле. Во рту ужасно сухо.

– Ты в больнице, – говорит Аксель, доставая стакан воды с трубочкой и поднося его ко рту Якоба.

Якоб делает глоток, наслаждаясь прохладной жидкостью, стекающей по горлу. Он пытается взять стакан у Акселя, но видит толстую белую повязку на мизинце.

– Если хочешь держать сам, используй другую руку, – инструктирует его Аксель.

– Блядь, – бормочет Якоб, разглядывая руку. – Я и правда это сделал…

– Да, сделал, – подтверждает Аксель, ставя стакан на тумбочку. – Ты съехал с дороги и каким-то чудом отделался потерей полпальца. Ты чертовски везучий ублюдок, знаешь?

Он вспоминает, как лезвие прошло сквозь палец. Боль была невероятной, сильнейшей за всю его жизнь. Наверное, именно от неё он и отключился. Эту часть он не помнит. Сейчас палец не болит. Вообще, он его почти не чувствует. Наверное, его хорошо обезболили перед тем, как зашивать.

– Тебе ещё повезло, что на улице был лютый мороз, иначе бы ты истёк кровью, – продолжает Аксель. – Ты был как ледышка, когда тебя нашли.

– Кто нашёл? Кто-то проезжал?

– Я вызвал скорую. Я слышал аварию. Помнишь, мы разговаривали по телефону?

– А, точно.

– Так что слушай, может, в следующий раз, когда найдёшь мужика, умершего от какой-то заразы, не трогай его, окей?

Якоб хмурится.

– Я и не трогал. Я был в перчатках.

– Да, и это, возможно, спасло тебе жизнь. Тебя пришлось изолировать, пока не пришли результаты анализов. Ты чист как стёклышко.

Якоба накрывает волна облегчения. Затем он вспоминает.

– А как там… Вигго?

Он боится ответа. И сразу видит его на лице Акселя.

– Может, не стоит сейчас об этом думать, – тихо говорит тот.

Якоб сжимает губы. Он не хочет плакать, особенно перед Акселем. Брат понимает ситуацию и встаёт со стула. Небрежной походкой он подходит к окну и смотрит наружу, делая вид, что любуется видом.

Якоб тихо всхлипывает, вытирая слёзы, катящиеся по щекам.

– Так-с, – говорит Аксель через пару минут, откашливаясь. – Полагаю, какое-то время тебе придётся дрочить левой рукой.

Якоб не может сдержать фыркающий смех.

– О, и я позвонил отцу.

Якоб мгновенно напрягается.

– Он… сильно злился?

– Насчёт машины? – Аксель поворачивается и приподнимает брови. – Ещё как. Но смягчился, когда я сказал, что тебя здорово помяли. Думаю, мне удалось отговорить его от порки.

– Спасибо. Когда он вернётся?

– Он сказал, через неделю. Там какие-то задержки с разрешениями, так что они даже не начали ещё.

Работая подрядчиком, их отец разъезжает по всей Скандинавии и часто оставляет парней одних на недели, даже с самого детства. Якоб никогда не видел мать. Аксель смутно её помнит, но никогда о ней не говорит. Она умерла, когда Якобу было два года.

– А… родители Вигго? – спрашивает Якоб. – Им уже сказали?

– Конечно, – отвечает Аксель. – Но я же сказал, не думай об этом, ладно? У тебя свои проблемы.

– Да, знаю, – кивает Якоб, глядя на руку.

– Нет, не думаю, что понимаешь. – Аксель смотрит на него серьёзно. – Заходил Том. Он хочет с тобой поговорить. Сказал, вернётся в три, проверить, не очнулся ли ты. Хочет знать, что, чёрт возьми, там произошло.

Якоб пожимает плечами.

– Как ты и сказал – мы съехали с дороги.

– Да, сразу после того, как подобрали какого-то старика, выглядевшего так, будто он умер десять лет назад.

Якоб ёрзает.

– Ты… ты его видел?

– Да, его привезли сразу после тебя. Ты был без сознания, так что я улизнул, чтобы взглянуть. – Аксель выдыхает. – Я видел много покойников, но этот, мужик, берёт приз. Они до сих пор не знают, что с ним. Похоже, он разлагался ещё при жизни.

– Он мёртв? – спрашивает Якоб.

– Да, – хрипит Аксель. – И даже больше того.

– Нет, я имею в виду… он не… не двигался или что-то такое?

Аксель хмурится.

– Мёртвые обычно так не делают.

– Зомби делают, – шепчет Якоб, чувствуя укол в сердце, повторяя слова Вигго.

– Зомби? – Аксель пристально смотрит на него. – Ты головой ударился?

– Да, кажется, да, – говорит Якоб, касаясь затылка. Там довольно чувствительное место, куда ударил чехол от ружья. – И сильно. Но не поэтому… Я думаю… Аксель, мне кажется, с этим мужиком что-то серьёзно не так.

– Не говори. Я слышал, как вы оба орали перед аварией. Что случилось?

Якоб открывает рот, чтобы рассказать, но понимает, что его память – как пустой дом. Он может туда войти, но там нечего найти.

– Я… мне трудно, типа, вспомнить детали.

На лице Акселя появляется беспокойство.

– Это нормально. Говорили, временная спутанность и потеря памяти – обычное дело. Что-то связано с шоком. – Он идёт к двери. – Сейчас позову медсестру. Доктор захочет тебя осмотреть.

– Ладно, – бормочет Якоб, всё ещё пытаясь вспомнить.

Внутри него бушует поток разных эмоций. Горечь, страх, неверие. И странная паника чуть ниже поверхности. Как будто его организм отчаянно пытается передать сообщение. Что-то, что ему нужно увидеть. Это связано со сном, который он только что видел, он почти уверен, потому что чувство усиливается, когда он думает о странной кошмарной сцене – он стоит посреди дороги в окружении мёртвых животных.

И Вигго. Мёртвый Вигго тоже был там. Он сказал что-то зловещее. Что-то вроде…

«Никто от этого не сбежит…»