Анна Преображенская – Пустая (страница 6)

Перина была мягкой, как облако. Подушки пахли сушёными травами. Ива смотрела на серебряные прожилки, бегущие по потолку, и чувствовала, как веки тяжелеют.

«Завтра», — подумала она.

И уснула.

---

Утро в Глубине ничем не отличалось от ночи — то же серое свечение за окном, та же тишина, нарушаемая только гулом далёкого фонтана. Но Ива проснулась отдохнувшей, впервые за много дней.

Тень проводила её в трапезную — длинный зал с чёрным столом и такими же чёрными стульями. Страж уже сидел там. Перед ним стояла чаша с тёмным отваром, от которого поднимался пар.

— Садись, — сказал он. — Ешь. Занятия начнутся, когда будешь готова.

Ива села. Другая тень принесла ей завтрак. Она ела и разглядывала зал. Стены здесь были покрыты резьбой — не узорами, а письменами на незнакомом языке. Буквы были угловатыми, острыми, похожими на трещины.

— Что здесь написано? — спросила она.

— История Хаоса, — ответил Страж. — Первые слова, которыми мир описал сам себя. Ты пока не сможешь их прочесть. Но однажды сможешь.

---

Зал для занятий находился в самом сердце замка.

Это было огромное круглое помещение, перекрытое куполом. Купол был прозрачным — или казался прозрачным — и сквозь него виднелась та самая Печать, огромный чёрный шар, парящий где-то над замком. Пол был гладким, как зеркало. На стенах висели странные предметы: диаграммы, карты незнакомых миров, инструменты из кости и камня, пучки сушёных трав, светящиеся кристаллы.

— Это место, — сказал Страж, входя, — древнее, чем сам Эфемерис. Когда-то здесь собирались первые маги. Они изучали стихии и учились управлять ими. А потом — заперли Хаос и ушли, бросив этот зал.

Он развёл руками.

— Теперь он твой. Здесь ты будешь учиться.

Ива прошлась по залу, касаясь предметов. От каждого исходило слабое, едва уловимое тепло — следы давно ушедшей магии.

— А библиотека? — спросила она. — Вы говорили о библиотеке.

— Идём.

Он провёл её через боковую дверь в длинный коридор, а затем — в другой зал, поменьше, но не менее величественный. Стены здесь были уставлены стеллажами от пола до потолка. Книги, свитки, глиняные таблички, медные пластины с выгравированными знаками. Тысячи и тысячи.

— Библиотека тайных знаний, — сказал Страж. — Здесь собрано то, что маги не хотели оставлять в мире. То, что было признано слишком опасным, слишком тёмным или просто слишком непонятным. Ты можешь читать здесь всё, что захочешь. Но будь осторожна: некоторые книги сами читают читателя.

Ива провела пальцами по корешкам. Они были холодными. Некоторые — обжигающе холодными.

— Я буду осторожна, — пообещала она.

---

В полдень — или в то, что в Глубине считалось полуднем, — Страж собрал её в главном зале.

— Ты освоилась, — сказал он. — Пора познакомить тебя с теми, кто будет помогать в обучении.

Он поднял руку. Тьма в углах зала сгустилась. Ива услышала шаги — не шорох, а настоящие, тяжёлые шаги, от которых дрожал пол.

Из четырёх дверей, которых Ива раньше не замечала, вышли четверо.

Они были огромны. Вдвое выше обычного человека. Их фигуры напоминали человеческие, но были словно сотканы из самих стихий.

Первым шёл тот, кто состоял из воздуха и звука. Его тело было полупрозрачным, мерцающим, как марево над горячей дорогой. Вокруг него кружились невидимые вихри, и каждый шаг отдавался шёпотом — множеством голосов, нашёптывающих обрывки слов на разных языках.

Второй был из света. Его кожа сияла, переливаясь золотым, белым, серебряным. Глаза были как два маленьких солнца. За его спиной дрожали и множились тени — он сам отбрасывал их десятками.

Третий — из камня. Его тело было массивным, тёмно-серым, покрытым прожилками, как горная порода. Каждое движение отдавалось низким гулом, словно где-то глубоко под землёй ворочались тектонические плиты.

Четвёртый — из живой плоти. Высокий, смуглый, с венком из плюща на голове и глазами цвета молодой листвы. Его кожа дышала, пульсировала, цвела — на ней распускались и увядали крошечные цветы, тянулись и сворачивались побеги.

Четверо встали полукругом перед Ивой. Она смотрела на них, задрав голову, и не могла вымолвить ни слова.

— Это Хранители, — сказал Страж. — Вернее, то, что от них осталось. Когда-то они были первыми магами, открывшими стихии. Теперь они — воплощения этих стихий. Сама суть Шёпота, Мерцания, Тяжести и Крови.

— Зачем они здесь? — прошептала Ива.

— Чтобы учить тебя, — ответил тот, что из воздуха. Его голос звучал как сотня голосов, сплетённых в один. — Ты должна понять природу каждой стихии, чтобы управлять той силой, что их породила.

— Хаос — отец всего, — проговорил тот, что из света. Его голос был как звон хрусталя. — Мы — его дети. А ты станешь той, кто вернёт его в мир.

— Если справишься, — гулко добавил каменный. — Твой путь только начат.

Тот, что из плоти, ничего не сказал. Он просто улыбнулся — и на его ладони распустился алый цветок. Он протянул его Иве. Она взяла. Цветок был тёплым и пах розами.

— С завтрашнего дня, — сказал Страж, — каждый из них будет давать тебе уроки. Ты узнаешь, как тьма связана с воздухом, светом, камнем и жизнью. А я буду учить тебя главному: как соединять их воедино.

Ива прижала цветок к груди и посмотрела на Хранителей.

Ещё несколько недель назад она была изгнанницей. Пустой. Никчёмной.

А теперь четверо божеств стояли перед ней и готовились учить её тайнам мироздания.

— Я готова, — сказала она.

И Хранители кивнули.

Глава 6. Голос воздуха

Утром — или тем, что в замке называли утром, — Ива проснулась от прикосновения тени.

Белая треугольная маска склонилась над ней. Дымное тело слуги колыхалось, как занавеска на сквозняке. На столике уже стоял завтрак: свежий хлеб, масло, ягоды, травяной отвар.

— Спасибо, — сказала она тени.

Маска качнулась — Ива уже знала, что это означает поклон, — и бесшумно вытекла за дверь.

Ива ела, глядя на серебряные прожилки, бегущие по потолку. Второй день в замке. Второй день её новой жизни. Камень в сумочке, которую она теперь почти не снимала, пульсировал ровно и спокойно. Как сердце. Как напоминание.

В коридоре её уже ждала другая тень — или та же самая, Ива пока не умела их различать. Безмолвно развернувшись, она повела Иву мимо фонтана с серебряным светом, мимо дверей библиотеки, к высокой арке с винтовой лестницей.

Башня Шёпота ждала.

---

Зал наверху был открыт серому небу Глубины.

Воздух здесь не стоял на месте — он струился кругами, свивался в спирали, пробегал по полу невидимой рябью. Ива чувствовала его кожей, волосами, кончиками пальцев. Каждое движение воздуха было словно прикосновение.

Посередине зала стоял Хранитель Шёпот. Его полупрозрачное тело переливалось, как марево над горячей дорогой, а вокруг кружились пылинки, травинки, лёгкие перья — и каждое двигалось по собственной орбите.

— Входи, пустая девочка, — сказал он своим многоголосым голосом, в котором смешивались шорох листвы, далёкий гром и чей-то забытый смех. — Сегодня я научу тебя слышать.

Ива сделала шаг вперёд.

— Я умею слышать.

— Ты умеешь слушать звуки, — поправил Шёпот. — А слышать — это другое. Звук — только верхний слой. Под ним — тишина. Под тишиной — мысль. Под мыслью — намерение. А под намерением — истина. Мы пойдём на самое дно.

Он поднял руку, и воздух вокруг Ивы сгустился, стал плотнее, словно обнял её невидимым покрывалом.

— Сядь.

Ива опустилась на гладкий пол.