Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 69)

– Это должно успокаивать?

Тайлер улыбнулся и согнул мой мизинец:

– В-четвертых, я буду рядом.

Он поцеловал меня в лоб, и, когда я вскинула взгляд и наши глаза встретились, Тай переплел наши пальцы и негромко сказал:

– В-пятых, я точно буду рядом.

Следующим невесомым поцелуем Тай тронул висок, мочку уха, спустился цепочкой легких касаний к подбородку.

Я давно сидела на самом краю подоконника, а Тайлер устроился между моих бедер, прижав, впечатав в себя, но до сих пор я не ощущала ни капли неловкости: не до того было. Наши объятия до последней секунды были лишь попыткой успокоить – проявлением обычных человеческих чувств, вот только поцелуи явно выходили за грань дружеских.

Я запрокинула голову, позволяя Таю ласкать шею и спуститься ниже, расстегнуть плотный воротник куртки, обнажая ямочку между ключиц. Он выдохнул, припав к ней так жадно, как путник, вышедший из пустыни, припадает к чаше с чистой водой. А когда провел языком по коже, где, я знала, собрались капельки пота, я застонала от смущения и острого, бесстыдного удовольствия и вместо того, чтобы отодвинуться, позволила Тайлеру ласкать себя.

– Ярс… снимет с нас… голову… – прерывисто прошептала я, глядя в потолок.

Тай прервался, запустил обе руки в мои запутанные волосы, зарылся в пряди, еще больше путая их, и прорычал:

– Ярс? Снова Ярс? Слишком часто я сегодня слышу это имя!

Я тихонько рассмеялась, хотя ситуация к веселью не располагала, однако Тайлер так забавно терял голову от ревности.

– Ты не можешь меня ревновать, – улыбнулась я и потерлась кончиком носа о его колючий подбородок.

Кадеты всегда должны быть чисто выбриты – в этом отношении Тайлер оставался безупречен, – но прошло полдня, и подбородок Тая сделался шершавым и очень мужественным.

– Не могу? – Голос кольнул льдинками. – Вот как? Я чего-то не знаю?

Он отстранился, от застывшего лица повеяло холодом мраморной статуи. «Морозиться» – словечко, которое я подслушала у рекрутов в гарнизоне, идеально описывало способность Тайлера мгновенно превращаться в кусок льда.

– Значит… Ярс?

Я не позволила ему отодвинуться, обхватила ногами, не пуская от себя.

– Тайлер, ты не можешь меня ревновать. И я не имею права ревновать тебя. Ты помнишь, кто мы? Ты мой командир…

Судя по ошарашенному виду Тайлера, этот немаловажный факт начисто стерся из его памяти.

– Я – подчиненная.

Лицо Тайлера исказилось судорогой боли. Он с силой провел по волосам, ероша их и возвращая себе способность трезво мыслить.

– Но, знаешь… – прошептала я, подаваясь вперед, запрокидывая горящее лицо. – Плевать! Поцелуй меня!

Тайлер застыл. Он взял меня за плечи и держал на вытянутых руках, и так смотрел на мои губы, словно в мыслях жарко целовал меня прямо сейчас. Долг командира, эфора, соблюдающего устав, боролся в нем сейчас с жгучим желанием, и ни одно чувство не могло взять верх. И чем дольше продолжалась его внутренняя борьба, тем сильнее мне хотелось этого поцелуя.

– Мне уговаривать тебя? – с обидой спросила я.

«Нельзя. Нельзя, – металась в голове единственная здравая мысль, почти заглушенная зовом плоти. – Это запрещено… Это опасно для него… Но ведь никто не узнает!»

Тайлер скользнул пальцами по моей скуле, и я, будто кошечка, соскучившаяся по ласке, потерлась о его ладонь. Он рвано вздохнул, подался навстречу и накрыл губами мой рот, раскрывая, проникая горячим языком, и я застонала, оглушенная силой своего влечения.

Ладонь Тая придерживала меня за затылок, лаская, перебирая пряди. Вторая легла на колено, обтянутое брюками, и медленно сжала. Это невинное прикосновение выбило из моих легких весь воздух, и я вынуждена была оторваться от поцелуя, чтобы отдышаться.

– Я напугал тебя? – спросил Тай.

– Меня?

Удивительно, как натурально получилось изобразить беззаботность, пока сердце выбивало чечетку по ребрам.

– Меня не пугают поцелуи, Тай, – закончила я беспечно.

Он хмыкнул, прищурился, глядя на мое очевидно раскрасневшееся и дерзкое лицо. Неожиданно его брови устремились к переносице, обозначив хмурую морщинку. О чем он думает?

– Не хочу знать, с кем ты целовалась до меня! – прорычал он и вновь взял в плен мои губы: резко, торопливо, будто заявляя права на меня, обрывая мои прошлые связи с кем бы то ни было.

«Ни с кем, Тай, – мысленно ответила я на невысказанный вопрос. – Я ни с кем не целовалась до тебя. Ты первый…»

Да разве он поверит? Я и сама не верила, что во мне, девочке, выросшей под строгим присмотром отца в дикой глуши, где порой и словом перекинуться было не с кем, таится столько страсти и столько внутреннего огня.

Ладонь Тайлера, застывшая на моем колене, начала осторожный и медленный путь вверх по бедру, обтянутому кожаной тканью. Я ощущала каждое прикосновение так, будто Тай вел рукой по моей обнаженной ноге. Внизу живота сладко заныло, неизведанные до того непривычные чувства метались в теле, искали выхода. Я приподняла куртку Тайлера, подцепила рубашку, вытянула ее и запустила кончики пальцев под пояс брюк, плотно сидевших на узких бедрах.

Тайлер хрипло застонал мне в губы, возбуждая еще сильнее.

Теперь оторвался он, мы жадно глотали воздух, глядя глаза в глаза.

– Только поцелуй, Алейдис, – сказал он.

– Ты кого уговариваешь? Меня или себя?

Он мучительно усмехнулся.

– Себя.

– Только поцелуй, – согласилась я.

Не знаю, готова ли я на большее? Смогла бы остановиться? К счастью, Тайлер решил за нас двоих.

Я притянула его за воротник, обвила ногами, подчиняясь какому-то неведомому, древнему как мир инстинкту. Я не хотела терять ни секунды, сгорая и плавясь от недостатка его ласк, ощущения его горячего языка, который гладит мой, его ладони на моем бедре.

Ладонь между тем забиралась все выше, и большой палец Тайлера лег в ложбинку между моих разведенных ног. Сквозь ткань брюк он дотронулся до сокровенного, погладил, вызвав острое чувство удовольствия.

Сначала, непроизвольно, я попыталась сжать колени, отпрянуть, но, когда он снова осторожно и бережно провел подушечкой пальца в стыдном, горящем огнем местечке, я, вдохнув, сдалась. Запрокинула голову, позволяя ему ласкать себя, как ему хочется, – гладить внизу и страстно проникать языком в мой рот, будто он брал меня им, как мужчина берет женщину.

И с каждым мгновением я, трепеща, все больше открывалась навстречу, прижимаясь к его бедрам, к его горячей руке. Удовольствие накатывало волнами. Неизведанное, острое, почти болезненное. Казалось, еще миг – и я умру от разрывающих меня чувств.

Тайлер надавил сильнее, накрыв мое лоно ладонью. С моих губ срывались короткие стоны-всхлипы. Раздвинутые колени трепетали, как крылья бабочки. В последнюю секунду Тай убрал руку и втиснул себя в меня. Хотя мы оставались полностью одетыми, брюки не оказались помехой для кульминации моей страсти.

Я откинулась на подоконнике, выгнувшись под Тайлером, вздрагивая всем телом, а он навис надо мной, поддерживая под талию, притягивая к себе. Уперся лбом, покрытым капельками пота, в расстегнутый воротник моей куртки, в ложбинку между ключиц. Мы тяжело дышали, приходя в себя.

Он помог мне сесть. Заботливо убрал закрывшие лицо пряди. Нежно коснулся поцелуем моих припухших, слегка саднящих губ. И тут же прикусил нижнюю, едва сдерживая эмоции. Я поняла, что он довел меня до пика, но сам не получил разрядки и все так же плавится от желания.

– Все хорошо? – Тай внимательно посмотрел мне в глаза.

– Прекрасно, – произнесла я осипшим голосом и улыбнулась так, будто случившееся было для меня привычным делом.

Следовало признаться, что это первый мой опыт близости. Сказать, что я в смятении, что с трудом справляюсь с бурей чувств, но я зачем-то продолжала строить из себя опытную девицу. Наверное, так проще побороть смущение.

– Отличная разрядка после трудного дня, – добавила я.

Тайлер поверил, понимающе хмыкнул.

– А ты? – спросила я.

На самом деле я не представляла, что делать с его нереализованным желанием. Как помочь? Да я сгорю от смущения.

– Справлюсь, Дейрон, – ответил он грубовато.

Он провел кончиком языка по моей нижней губе и с усилием оторвался. Отошел, отвернулся, чтобы не смотреть на меня. Неуклюжая походка выдавала, что если Тайлер и справится, то явно не в ближайшие несколько минут.

Глава 26

– Экзамен у мейстери Луэ перенесли на завтра, – сообщил Тайлер, все еще развернувшись в другую сторону.

Я вглядывалась в едва различимые фигуры Ярса и Хоффмана в пятне света, словно в конце туманного тоннеля, образованного пространственным карманом, и размышляла, могли ли они заметить наш… хм… поцелуй?

Новость о переносе экзамена застала меня врасплох: между зачетом на полосе препятствий и сдачей бестиария обычно проходило три дня. Я надеялась перечитать лекции и повторить особенно трудные места в учебнике: мне никак не давалась классификация тварей по типу магической уязвимости. Огнеустойчивые твари, такие как ифрит, уязвимы для холода и воды. Вот только это два разных дара, и одаренным приходится действовать в связке, чтобы одолеть бестию. Каменные твари разрушаются звуковыми колебаниями – очень сложный дар, который вредит не только флинту: он выбивает окна в домах и разрывает барабанные перепонки.