Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 71)
– Ничего, я потом от него выволочку получила по полной, – делано проворчала я и передразнила Тайлера, подделываясь под его ледяной тон: – «Дейрон, вы чуть не угробили свое звено! Дейрон, от вас одни проблемы!» Тьфу.
Одногруппники рассмеялись: видно, получилось похоже.
– Дейрон, что за собрание?! – рявкнул настоящий эфор Эйсхард, незаметно подобравшись со спины, – я чуть со стула не упала. – Всем разойтись по своим местам! Кто не успеет позавтракать, пойдет на экзамен голодным!
Кадетов как ветром сдуло. Тайлер, проходя мимо, кинул на меня мимолетный хитрый взгляд, и я с трудом подавила смешок.
Ронан вдохнул с облегчением, избавившись от неожиданной толпы поклонников. Он снова покосился на стул Веелы, взял бумажную салфетку и свернул из нее голубка, как делал это каждое утро, поднимая Вель настроение.
– Она не увидит, Рон. Скорее всего, Вель придет сразу на экзамен.
«Или вовсе не явится…» – мысленно добавила я. Если Веела не придет, чем это нам грозит? Будет ли это означать, что отец отвез ее домой и оставил нас в покое? Или – вероятнее всего – что приговор нам подписан и обжалованию не подлежит?
– Скуч… – выдохнул Ронан вместе с клубами дыма и поспешил сцепить зубы.
– Скучаешь? – прошептала я. – Я знаю, Рон, знаю. Она нас не подведет.
Ронан пришел в ужас, узнав, что Веела не та, за кого себя выдает. Она пыталась убить меня, она пыталась убить его, и Лесли по ее милости едва не отправился к праотцам. Но прошла всего только одна ночь, и вероломство Веелы забылось: что бы Веела ни сделала, Ронан не перестанет ее любить.
– Строиться! – раздались команды эфоров.
Мы заняли место в группе, поредевшей и какой-то осиротевшей из-за того, что нас стало на двух человек меньше.
Начнутся бои с тварями, и в других группах постепенно станут появляться бреши. Увы, не обходилось ни одного учебного года без жертв – кто-то обязательно погибнет. Но кто? Улыбчивая Мейви? Листори? Меррит, считающий себя всезнайкой? Хорошо бы – Колояр, да только он из породы живучих: если надо, зубами перегрызет твари хребет.
– Елки зеленые, – бормотал за моей спиной Барри, пока мы по коридорам и лестницам тащились в верхние аудитории. – Я так полосы препятствий не боялся, как экзамена у мейстери Луэ. А она ведь даже не вудс, и не даггер.
– Она хуже, – хохотнула Медь. – Страшилище.
Я развернулась, сжав руки в кулаки.
– Медея, ты!..
– Кадет Дейрон, вернуться в строй! Кадет Винс, пять штрафных баллов за неуважительное высказывание о преподавателе! – Окрик Эйсхарда не дал разгореться сваре.
Вот все-то он видит, все замечает!
Эфоры привели нас к знакомой аудитории, где чаще всего проходили лекции первого курса. Велели ожидать комиссию и сами отправились на занятия: их у третьекурсников, выполняющих обязанности эфоров, никто не отменял.
Каких усилий мне стоило не повернуть головы, чтобы проводить Тайлера взглядом! По крайней мере сегодня он может не опасаться за мою жизнь: я оставалась в надежных руках мейстери Луэ.
– Группа, удачной сдачи экзамена! – раздался голос Тая.
Он задержался, чтобы подбодрить нас. Взгляд синих глаз остановился на мгновение на моем лице, и стало понятно, что по большей части слова адресованы мне.
– Здесь вам ничего не грозит. – Он будто бы говорил это Барри. – Вряд ли из-под парт вылезут твари, чтобы сожрать вас.
Первогодки рассмеялись, и не только одногруппники – все, кто услышал.
– Так что выдыхайте, соберитесь с мыслями и сдайте на высший балл! – Тайлер усмехнулся. – Или хотя бы просто сдайте.
– Так точно, командир, – вразнобой ответили кадеты.
Глава 28
Первогодки привычно кучковались у дверей, подпирали стены, некоторые перебирали листы с конспектами, будто надеялись в последние минуты отыскать именно те сведения, которые спасут их на экзамене. Мой учебник и мои записи остались в спальне, куда я так и не успела заглянуть, но я больше не волновалась из-за возможного провала. Погибнуть на полосе препятствий – вот это провал, а экзамен я пересдам.
– Дейрон, смотрю, ты на ногах? – раздался над головой самоуверенный голос с вальяжными нотками. – Когда ты вывалилась на полигон, не поверишь, я за тебя испугался. Но, очевидно, животворящие руки командира Эйсхарда творят чудеса?
– Пошел в бездну, Вернон! – выплюнула я.
Я смело встретила взгляд жучино-черных глаз, которые смотрели с насмешкой и намеком на секрет, доступный немногим: Эйсхард заявил на меня права в споре с Колояром и выиграл. Теперь Вернон подмечал то, чего не видели другие, а самое ужасное – за заботой эфора о своей подопечной он видел правду, которую мы с Тайлером старательно скрывали. Гадство! Но Колояр ничего не докажет!
Ронан вклинился между мной и Верноном и дохнул в его сторону дымом: пока легонько, предупреждая: не отойдешь – и следом за дымом появится огонь.
– А вот и наш огнедышащий дракон! – усмехнулся Колояр, маскирую язвительностью зависть. – А где девочка-цветочек? Боится, что ты опалишь ее лепестки?
Рон потемнел лицом: Вернон, сам того не зная, надавил на больную мозоль. Пропасть между Ронаном и Веелой с каждым днем будет становиться все глубже.
– Иди отсюда, извращенец! – прошипела я. – Или мне сказать Эйсхарду, что ты…
Я понизила голос:
– Нарываешься?
Колояр растянул губы в ухмылке, которая должна была изображать его презрение к угрозам.
– Может, Эйсхард не так и силен, каким хочет показаться? – хмыкнул он. – Если даже ты смогла победить его в поединке?
И, подмигнув напоследок, он отправился к наблюдающей за нами Медее. Не Медь ли и направила его ко мне на разведку? Как же эта парочка меня достала! Мало мне других проблем в жизни.
Ронан вздохнул и похлопал меня по плечу.
– Да все нормально, Рон, он просто придурок, – пробурчала я. – Несет бред…
Я осеклась, посмотрев на Ронана. Я кому угодно могла заливать, что между мной и Тайлером ничего нет, упираться и обзывать Вернона придурком, но только с Роном этот номер не прокатит. Едва ли он забыл о впечатляющем зрелище: командир и подчиненная слились в отчаянном поцелуе.
Ронан улыбнулся и изобразил, будто закрывает рот на пуговицу. Я шутливо подтолкнула его локтем.
– Да ты теперь и так слова сказать не сможешь!
Он хмыкнул и показал, будто пишет.
– Ага, точно. Наверное, экзамен придется сдавать письменно.
Толпившиеся у выхода кадеты подались в стороны, пропуская вперед мейстери Луэ и мейстера Грига, преподавателя тактики. Лекции по тактике должны начаться на втором курсе, а сегодня этот преподаватель помогал мейстери Луэ принимать экзамен у первогодков.
Мейстер Григ тащил свернутые в рулоны бумажные плакаты, изображающие различных бестий. По ним мы учились определять жвалы и хелицеры, когти и железы, вырабатывающие яд. Мейстери Луэ несла листы с ведомостями и пачку экзаменационных билетов.
Преподаватели были так увлечены разговором, что, казалось, не замечают ничего вокруг. Они продолжали обсуждать какую-то животрепещущую тему, остановившись у дверей аудитории.
– …нет, Свен, я не думаю, что они потребуют отправить на подмогу выпускников этого года, – гневно, хотя гнев был обращен не на коллегу, а на загадочных «них», утверждала мейстери Луэ. – От одаренных, не завершивших обучение, мало толку. Отправить их – чтобы что? Превратить в куски мяса?
– Эрна, не горячись. – Мейстер Григ попытался примирительно поднять ладони, но охапка плакатов не позволяла ему это сделать. – Если не смогут сдержать щиты на границе другими способами, отправят старшекурсников. Гарнизоны на юге почти полностью обескровлены, половину одаренных перебросили на север, надеясь сдержать Прорывы.
Север? Прорывы? Что происходит? О чем говорят преподаватели? И мейстер Григ, и мейстери Луэ выглядели озабоченными, и, похоже, дело серьезное, если для защиты севера оголяют гарнизоны юга.
Мы все притихли, прислушиваясь. Новости внешнего мира редко проникали сквозь неприступные стены Тирн-а-Тор. Мейстер Григ заметил наши любопытные взгляды и качнул головой, сигнализируя своей собеседнице, что они слишком увлеклись спором.
Мейстери Луэ выдавила улыбку и поприветствовала первогодков:
– Надеюсь, все готовы к сдаче первого теоретического экзамена? Спрашивать буду строго!
Взгляд серых глаз остановился на мне.
– Кадет Дейрон, помоги мне разложить билеты.
Не думаю, что ей на самом деле нужна была моя помощь в этом простом деле – мейстери Луэ использовала предлог, чтобы на некоторое время остаться со мной наедине. Заинтригованная, я поспешила следом за преподавателями. Тяжелая дверь, закрывшись, отрезала нас от гула голосов: однокурсники тут же кинулись обсуждать, что за заваруха творится на севере империи.
Мейстер Григ принялся развешивать плакаты на заранее подготовленных стойках, окруживших кафедру. Я взяла стопку билетов и стала аккуратно раскладывать их на столе, накрытом в честь экзамена зеленым сукном. Ряд за рядом, уголок к уголку. Я молчала и ни о чем не спрашивала, надеясь, что мейстери Луэ заговорит первой и расскажет все, что посчитает нужным.
Она хочет поговорить о Севере? Об отце?
– Как ты себя чувствуешь, Алейдис? – тихо спросила она, глядя с участием.
– Все хорошо, – ответила я. – Рана незначительная и почти зажила. Лесли поправится.
Я не знала, что можно говорить мейстери Луэ. Насколько она в курсе происходящего на полосе препятствий? Знает ли о даре князя Лэггера? Понимает, что твари настоящие? Не хотелось неосторожным словом втянуть в эту опасную, мутную историю преподавательницу бестиария, которая всегда была добра ко мне.