Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 255)

Я и не заметила, как оказалась лежащей на спине, а Лоер накрыл меня сверху, да так, что я едва могла пошевелиться под его натренированным, сильным телом. Я понимала, к чему все идет. В голове сами собой вспыхнули строчки из маминого письма: «Всегда помни о том, что ты леди, веди себя достойно…»

— Не надо, Лоер, — прошептала я и отвернула голову от очередного поцелуя. — Пожалуйста…

Он нахмурился.

— Разве ты не любишь меня, Рози? Разве ты не хочешь, чтобы мы были вместе?

— Хочу! Но это обязательно?.. То, что мы сейчас…

— Эй, а ну не хныкать! Конечно, обязательно, а ты как думала? Когда парень и девушка любят друг друга, это всегда случается. Я и так уже долго жду. Или ты не хочешь порадовать меня?

Его взгляд сделался холоден. Лоер отстранился и сел, всем видом выражая разочарование.

— Все понятно, ты меня просто не любишь.

— Люблю! — крикнула я.

Встала рядом на колени, обняла, искала губами губы, но он какое-то время отворачивался, прежде чем позволил себя поцеловать. Снисходительно заулыбался, опрокинул меня на маты, делая вид, что в шутку борется со мной.

— Нечего тут бояться, Зи! — бодро сказал он, когда победил мое слабое сопротивление. — И опомниться не успеешь, как все будет позади. Так надо. Все по-взрослому. Ты только не трепыхайся, я все сделаю сам.

Он начал расстегивать пуговицы на платье, а я лежала как безвольная кукла и следила за его руками. Одна пуговица под самым горлом никак не поддавалась, и тогда Лоер, выругавшись, выдрал ее с мясом.

— Как ты носишь это тряпье, — процедил он сквозь зубы.

Я хотела напомнить, что это мое единственное теплое платье, но побоялась еще больше его рассердить. Он расстегнул платье до пояса, стянул рукава. На мне оставалась лишь сорочка, и я невольно прикрылась руками: тонкая ткань почти ничего не скрывала.

— Снова боишься? — усмехнулся Лоер.

— Холодно…

Он спустил с плеча одну бретельку. Другую.

— Опусти руки. Ну же!

И вот тогда дверь в павильон слетела с петель, а в помещение ворвался сноп яркого света.

Отлично, я снова довела себя до слез, а друзей до паники. Норри бегала за водой со льдом, пока Рон ходил со мной по комнате, схватив в охапку.

— Ш-ш-ш, — бормотал он, будто я малышка Фруфи.

Принеслась Норри с ведерком.

— Платок в кармане, — бросил Рон.

Чистейший, только слегка помятый. Ох уж эти аристократы. Теперь платок пригодился для компресса: Нор намочила его от всей души и льда не пожалела. Пришлепала это сооружение мне на лоб, по щекам потекла вода, заливая и ночную сорочку, и рубашку Рона, и пол.

Мы оба оказались мокрыми, как лягушки. Я принялась хохотать, шмыгая носом. Друзей, правда, и мой смех не слишком-то обрадовал. Норри взяла со столика чашку с водой.

— Пей, пей, Зи!

— Выпей, Розали.

Рон опустился со мной на кровать, придержал чашку. Давясь, я сделала несколько глотков.

— Все, я успокоилась. Честно.

— Я сожгу твой дневник, — мрачно пообещал Рон.

— Только попробуй! — огрызнулась я, помолчала и добавила примирительно: — Мне надо это пережить, как бы ни было тяжело и трудно. Самое страшное уже позади. Только не уходите, останьтесь со мной.

— Куда же мы уйдем, — пробурчала Нор, — от тебя, дурочки такой!

Дверь слетела с петель, а в помещение ворвался сноп яркого света. Я узнала это сияние: так сверкала чешуя Рона, когда он менял ипостась. Я уже видела его неполное обращение — в подвале, когда на меня напал орк-потеряшка.

Рон перешагнул порог, для этого ему пришлось нагнуться: он стал в два раза выше, чем обычно. Тело, закованное в золотую броню, горело жаром.

Он не стал тратить время на объяснения, в два прыжка оказался рядом с Лоером, схватил его за шею и поволок за собой, наружу.

Лоер хрипел и сучил ногами по полу, вздымая облачка песка.

Я быстрее натянула рукава платья — застегиваться времени не было, — выбежала следом и стала свидетельницей битвы в небе.

Гигантская огненная птица, с чьих крыльев срывались капли чистого пламени, и золотой дракон сходились грудью на грудь. Они со всей силы били друг друга крыльями и поднимали такой горячий ветер, что я едва дышала от жара. Рвали когтями. Дракон вонзал клыки в горящую протуберанцами шею феникса, а тот в ответ долбил его мощным клювом.

Они кружились в смертельно опасном танце, который, если бы не хрипы, клекот, рык и скрежет когтей, показался бы даже красивым.

Оба были сильны, и невозможно было предугадать, кто одержит победу.

Конечно, схватка в небе не могла остаться незамеченной. Со всех сторон к павильону уже бежали студенты и преподаватели. Я слышала гул недоуменных, встревоженных голосов.

— Что происходит? Это что, Эльм и Ви’Тан? Они с ума сошли? Где ректор? Зовите его немедленно!

Очень скоро я оказалась в кольце знакомых и незнакомых людей. Откуда ни возьмись вынырнула Норри, накинула мне на плечи теплый плед, закутала и обняла.

— Останови его, останови, — шептала я. — Останови Рона. Он убьет Лоера.

Норри только головой покачала. Понимала, что сейчас со мной бесполезно спорить.

— Остановитесь!

Ректор не использовал магию, но и без нее его голос звучал властно и повелительно. Мэтр Ви’Мири стоял прямо под дерущимися в небе драконом и фениксом и без страха смотрел вверх. Сейчас он не казался юным, как обычно: лицо, на которое ложились всполохи и алые тени, выглядело жестким.

Феникс перестал сопротивляться, и Рон нанес сокрушительный удар такой силы, что сбил огненную птицу с неба. Лоер рухнул на сухую траву, отчего та вспыхнула и обуглилась, прочертил в земле глубокую борозду. Сменил ипостась на человеческую и затих, раскинув руки.

Однако Рон не успокоился. Он камнем упал вниз, приземлился уже на ноги, схватил Лоера за грудки, приподнял и ударом обрушил навзничь. Еще раз. И еще. Из разбитого носа феникса текла кровь, но он не защищался, только хохотал как ненормальный.

Этот дикий смех, наверное, до самой смерти будет звучать у меня в ушах.

Почему-то не к месту вспомнился вечер знакомств, оплеуха, которую Рон отвесил Лоеру, и слова феникса, которые тот бросил в спину Рона: «Ты мне должен!»

Наверное, Рон забил бы Лоера до бесчувствия, если бы с двух сторон его не схватили за руки ректор и мэтр Орто.

Кольцо на моем пальце пульсировало и жгло.

— Лоер! — кричала я и рвалась из рук Норри.

А потом сознание скользнуло в спасительную темноту, которая приняла меня в свои мягкие объятия. Очнулась я уже в лечебном корпусе.

Рон снял кольцо, пока я была в отключке. Ему пришлось расплавить его прямо на моем пальце. Он сто раз извинился за ожог, но я не злюсь — наоборот! Нет слов, которые описали бы, как сильно я ему благодарна.

Ему и Норри. Мои друзья не отступились от безмозглой дурочки, пусть даже мозгов я лишилась не по своей вине…

— Что теперь будет, Рон? — спросила я его утром. — Ректор тебя накажет? Выгонит за драку?

Он тряхнул головой.

— Я не знаю. Меня пока не вызывали.

Я не сомневалась, что и меня, и Норри тоже пригласят к ректору. Мэтр Ви’Мири ждет, пока я поправлюсь, чтобы огласить вердикт. Только бы не выгнал! Только бы не сообщил родителям!

Норри протянула мне несколько исписанных листов и угрюмо сказала:

— На, держи.

Я заглянула в начало:

«Если бы ты была моей младшей сестрой или братом, я покусала бы тебя за ухо, Зи! Тебе же на пользу! Жаль, что обычай гоблинов люди обзывают варварским. Зато он работает!»