Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 236)

Вчера мы явились на дежурство во всеоружии — я с книгой сказок под мышкой, Рон с набором игрушечных солдатиков: орков в боевых латах, гномов с топорами в руках.

— Ей не нравятся куклы, — пояснил он. — Будем устраивать сражение!

Фруфи снова подросла, на вид ей было лет пять. Вчера я заранее сходила в библиотеку, взяла книгу для спецкурса «Народы и расы», чтобы прочитать про грифонов. Грифоны были малочисленным народом, всегда боролись за выживание, и природа пришла им на выручку: дити, вылупившись из яйца, растут невероятно быстро. Однако каждый день этот рост замедляется, и на третий день, когда малыши уже уверенно держатся на крыльях и могут за себя постоять, почти совсем прекращается. Теперь Фруфи долго будет выглядеть и вести себя как пятилетний ребенок. И славно! Иначе мама, вернувшись, застала бы взрослую девушку, а так еще успеет понянчиться.

Кстати, о маме. Мы только-только сыграли одну партию в «Мосты и башни»: я и Фруфи против Рона. Технически — проиграли. Но фактически… Разгневанная Фруфи откусила голову неприятельскому генералу и этим решила исход битвы.

— Сдаюсь, сдаюсь! — улыбнулся драконище, подняв руки.

Улыбнулся. М-да… Кажется, я впервые увидела его улыбку с тех пор, как запустила в него огневиком. Но и теперь улыбался он не мне, а малышке.

И тут распахнулась балконная дверь и в квартиру ворвался огромный грифон. Не мистер Фрра, он обычно предпочитает пользоваться лестницей. Да и оперение на голове у него черное, а не бронзовое. Незнакомец грозно клекотал и топотал. Честно, я подумала, что у мистера Фрра нашелся кровный враг, который пришел мстить, а заодно избавиться от наследницы. У меня, знаете, пунктик на злобных родственников! Но и Рон представил себе худший вариант развития событий, потому как схватил Фруфи в охапку, сунул ее мне в руки и загородил нас, встав на дороге разгневанного незнакомца.

Незнакомки. Через мгновение перед нами явилась взволнованная молодая женщина-грифон, очень симпатичная, если не считать, что все перышки в прическе растрепались и стояли дыбом.

— Я убью этого мерзавца! — выпалила она, протягивая руки к малышке.

— Не позволю! — загрохотал голос Рона, запустив мне под кожу тысячи щекочущих муравьев и мурашек. — Прочь!

Я и сама едва не послушалась приказа, хоть обращен он был не ко мне. Незнакомка опустила руки, подчинилась, будто во сне. Но тут же встрепенулась, на ее лице отразилась растерянность.

— Вы кто, няни? — неожиданно смирно спросила она. — А я мама Фруфи. Этот балбес, ее папаша, решил не портить мне отдых и даже не сообщил, что она вылупилась! Если бы утром до меня не донеслись слухи о том, что вчера вечером дракон охотился за маленьким грифоном, я бы вернулась спустя несколько дней и пропустила бы самое интересное. И как же я перепугалась, услышав такие разговоры! Но теперь-то вижу, кто этот дракон.

И она благосклонно кивнула Рону.

— Настоящий защитник!

Тут Фруфи заверещала: «Мамочка, мамулечка!» и прыгнула ей на шею. На этом наша работа закончилась.

Плюсы: больше никто не будет меня кусать и когтить, появилось свободное время на подготовку к практикуму, нам заплатили все обещанные деньги.

Минусы: но как же я буду скучать без нашей царапучей красотули!

Листвень. 24 день

Листвень. 24 день

Как быстро пробегают дни! Учебой загрузили по самые уши, ничего не успеваю. И это я еще не нашла новую подработку: малодушничаю, оттягиваю время и попросту ленюсь. Да, в мешочке теперь позвякивают монетки, но это медь, а не серебро, а новые, увы, не вырастут сами собой.

Завтра же отправлюсь в «Трудолюбивую пчелку». Посудомойки всегда нужны!

Почему не сегодня? У меня веская причина (и это вовсе не сделка с совестью!): сегодня для всех первокурсников устраивают танцы в амфитеатре под открытым небом. Называется это «Вечер знакомства». Приглашены, конечно, все студенты академии. Думаю, это не будет похоже на привычный бал в великосветском обществе. Никаких пышных платьев и церемоний, да и танцевать вальс умеет едва ли каждый третий: большая часть будущих магов происходит из простых семей.

Я вспоминаю народные гуляния в парке. Мороженое, карусели, музыку. Вечером зажигались фонари, светлячки прятались в траве, они были похожи рассыпавшиеся искры. Я иду, взяв за руки маму и папу, вдыхая пряные весенние ароматы. Уже прохладно, но меня согревают ладони родителей, а папа незаметно накидывает на плечи невидимый плащ из теплого воздуха. На площадке танцуют пары. Если играет медленная музыка, они просто держатся за руки и кружатся на месте, если веселая — смешно переступают ногами, а то и становятся в круг и лихо отплясывают, обняв друг друга за плечи.

— Что наденешь? — спросила Норри.

Она достала из шкафа блестящее темно-зеленое платье из тяжелой ткани, разложила на кровати и с любовью погладила по рукаву. Платье было новое и стоило, наверное, дорого по меркам гоблинки, которой приходилось на всем экономить. Представляю, как долго она на него копила! А теперь появился повод принарядиться, и Норри его не упустит.

Ради такого случая она выпросила у комендантши гладильный камень, чего раньше за ней не водилось. Теперь раскаленный камень шипел на железной подставке.

— Оглохла, Зи? — Норри сократила мое имя, так ей нравилось больше, моего мнения, конечно, не спросила. — Давай и тебе погладим!

Что ты мне погладишь? Эх, Норри. Погладь меня по головке и пожалей: у меня с собой два платья, которые я ношу по очереди. И скоро, боюсь, и на том, и на другом появятся дыры. На обновку денег нет. Да что там, я пока и о теплом плаще могу только мечтать.

— Пойду в том, что на мне, — сказала я безразличным тоном.

Норри промолчала, но сочувственно на меня поглядывала, пока возила по ткани тяжелым камнем.

— Мне абсолютно все равно! Я приехала в академию, чтобы учиться, а не для того, чтобы строить глазки! К тому же я и так неплохо выгляжу.

Я заглянула в небольшое зеркало, которое мы приклеили заклинанием на дверцу шкафа. С магией немного перестарались, поэтому время от времени зеркало начинало мерцать и зловеще шипеть, точно хотело что-то сообщить. В заклинании мы не были до конца уверены. В потрепанной библиотечной книге, где не хватало страниц, оно называлось «Свет мой зеркальце», и что-то мне подсказывает, что предназначалось оно вовсе не для замены клея.

Из зеркала на меня посмотрела бледная растрепанная девица с синяками под глазами. На воротничке платья отчетливо выделялось пятно от едкого раствора: вчера на практикуме готовили снадобье для очистки медицинских инструментов, на меня плеснуло. Да и ладно, немного маскирующей магии — и платье будет как новенькое. Можно еще мантией прикрыть!

Норри за моей спиной вздыхала и качала головой.

— Давай хоть бантик тебе завяжу? — предложила она.

Нет уж, спасибочки! Знаем мы эти бантики-вырви-глаз, ярко-желтые. Издалека кажется, будто у нее на голове сидит цыпленок.

Пока соседка собиралась, я наблюдала из окна, как постепенно заполняется амфитеатр. Студенческий оркестр устанавливал пюпитры. Дирижер, парнишка-эльф, нервно прохаживался между стульев. Прибывали студенты. Увы, глядя на них, я еще больше застыдилась своего потрепанного платья: к «Вечеру знакомств» каждый постарался приодеться. Девочки сделали красивые прически, мальчишки отгладили мантии и как-то даже приосанились и казались выше ростом.

Ну и ладно. Мне некогда было готовиться: я зубрила параграфы в надежде на будущую стипендию. Да и, честно говоря, никогда не относилась к тем девицам, что с утра до ночи красуются перед зеркалом. Все попытки мамы привить дочери вкус пошли прахом. Однажды я случайно услышала, как она жалуется папе: «Рози надо было родиться мальчиком. Порой мне кажется, что ей совершенно все равно, что на ней надето. Попадись ей два разных ботинка, она бы и не заметила! А ведь наша дочь такая хорошенькая!» Папа, судя по звуку, сначала чмокнул маму в нос, а потом сказал: «Да брось, она еще дорастет. А если нет — не беда. Она не ты, Вэл, разреши девочке быть собой».

Ну Норри и копуша! Я успела исписать два листа, а она все возится с платьем! Надеюсь, я вернусь не поздно и кратко расскажу о вечере. Конечно, кратко: там не будет ничего интересного.

Позже этой ночью

М-да. Совершенно ничего примечательного (это сарказм, если что!). Одна драка. Один поцелуй. Один симпатичный феникс. Студенческая жизнь — это нечто!

Листвень. 25 день. Утро

Листвень. 25 день. Утро

Надо записать все поскорее, пока подробности не выветрились из памяти.

Начался вечер, как я предполагала, скучно. Ненавязчиво играла музыка, создавая приятный фон. Стояли столы с лимонадом, морсом и крошечными кексиками. Первокурсников сразу можно было различить в толпе, даже не приглядываясь к нашивкам на рукаве. Они слишком прямо держали спину, громко смеялись и дерзко глядели на всех вокруг. Старались казаться бывалыми старожилами, а на самом деле выдавали себя с головой. Те, кто учился второй год и дольше, вели себя куда естественней: приветствовали знакомых, болтали, пили лимонад, кое-кто уже танцевал.

Мы с Норри поздоровались с Вики и Лизой и пошли прогуливаться дальше. Я ее представила ребятам с целительского факультета, она познакомила меня с артефакторами из своей группы. И обе мы, конечно, нет-нет да косились на студентов боевого факультета. Красавцы как на подбор, высокие, крепкие. Они и смотрели как-то по-особенному смело. На миг я пожалела, что меня не приняли к боевикам, пошла бы по папиной стезе. Но справедливости ради надо заметить, что красные мантии носили очень немногие девушки.