Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 238)
Листвень. День 27. Вечер
Тяжело признаваться в собственной наивности, и все-таки я запишу в дневник, как глупо я себя вела — себе же в назидание на будущее.
Итак, Рози, помни: парням доверять нельзя, лучше держись от них подальше! Приехала учиться — так учись, а не целуйся с кем ни попадя. Месяц заканчивается, а у тебя в заначке четыре серебрушки и горсть меди!
Ладно, теперь о главном: Лоер Эльм меня использовал! Сейчас я гораздо больше знаю о фениксах, спасибо учебнику спецкурса. Параграфы в нем короткие, но и этой информации хватило за глаза.
Фениксы — выходцы из страны, что лежит далеко на юге, за вечным морем. Вторая ипостась — огненная птица, но это не тайна. И всем известно, что смертельно раненный феникс сжигает сам себя магическим пламенем, чтобы потом возродиться из пепла. Но со стариками эта штука не работает: никто не омолодится, возродившись, не превратится в младенца. Да и смертельные раны можно залечить лишь трижды. Говорят, что у кошки девять жизней, а у фениксов их три. Все это я слышала и раньше.
Однако для меня стало новостью то, что все фениксы рождаются с мощным магическим потенциалом, они все маги от природы. А еще…
Заклинания забирают много сил, и когда резерв мага пустеет, нужно время на восстановление. Если маг потратит больше, чем необходимо, он сильно ослабеет, потеряет сознание, может умереть. Но что же я прочитала в учебнике? «Поцелуй невинной девы мгновенно восстанавливает магический резерв феникса и ненадолго увеличивает его». Здорово, да?
И это не все: на следующий день первокурсникам боевого факультета предстояли испытания — они сжигали соломенные чучела, рушили каменные стены и пробивали ходы в толще земли. В общем, проверка грубой силы, чистой магии, а Эльм не привык проигрывать.
Не очень-то приятно узнать, что против воли стала чем-то вроде запрещенного зелья! Он меня даже не спросил!
Почему все парни такие гады?
Риторический вопрос, конечно. Написала, и теперь мне легче. Можно заняться действительно полезным делом — подготовкой к практикуму. Вечером собираюсь пойти вместе с Норри в кофейню, где она моет посуду. Гоблинка обмолвилась, что им временно нужна подавальщица: постоянная свалилась с простудой. Студентам платят медяшку за час, но это лучше, чем ничего.
Листвень. День 29. Ночь
Листвень. День 29. Ночь
Подавальщицей работать несложно, только муторно и ноги гудят. За вечер я не присела ни разу, таскала тяжелые подносы, улыбалась, кивала, вытирала со стола.
Мне выдали темное платье с белым передником и коричневый чепец, полностью скрывающий волосы. Я превратилась в одну из незаметных работниц, и взгляды посетителей не останавливались на мне дольше, чем нужно, чтобы поднять палец подзывая.
Норри на кухне вся в пене и в мыле возилась с посудой, поток которой не кончался. Мы обе сбивались с ног, так что и поговорить было некогда. Изредка перекидывались парой слов, когда я приносила ей пустые тарелки и кружки.
— Плюс медяшка! — извещала я подругу, когда минутная стрелка делала полный оборот по циферблату.
Часы висели в общем зале, и гоблинка не могла их видеть.
— Итого три, — подсчитывала она, отирая вспотевший лоб рукавом. — Как долго тянется время!
С этим не поспоришь! Работа нудная, тяжелая, но простая и приносит деньги. Я уставала, но уговаривала себя потерпеть: осталось продержаться пару дней.
Все шло хорошо, спокойно, и нечего было записать в дневник. Утром занятия, потом я быстро готовилась к завтрашнему дню и бежала в «Тучки небесные» — так называется кофейня.
Недешевое местечко, кстати. Не для высшего света, но и не забегаловка для оборванцев. К нам приходили зажиточные горожане, семьи с детьми, иногда заглядывали студенты из тех, у кого водились денежки. Потому я особенно радовалась чепцу, спрятавшему длинные светлые волосы: меня в нем никто не узнавал.
Никто — до сегодняшнего дня.
— Зи, столик у выхода! — крикнула старшая подавальщица. С легкой руки Норри все в кофейне звали меня Зи. — Обслужи новеньких!
Я вздохнула: я только присела и хотела перекусить пирожком с чашкой бульона. Но что поделать, встала, заправила выбившийся локон и отправилась принимать заказ.
Резво выбежала в зал и… будто ударилась о преграду. За столиком расположились четверо студентов. Это ничего, не в первый раз случалось! Однако у одного из них, сидящего сейчас спиной ко мне, были ярко-красные волосы.
— Зараза, — шепотом выругалась я.
Деваться некуда. Я вынула из кармана передника блокнот, чтобы записать заказ, подошла и встала позади Эльма. Он меня не видел, зато его приятели — да. Я многозначительно подняла карандаш, мол, слушаю.
— Мясной пирог, блины с грибами, — начал диктовать парнишка-боевик, скользя пальцем по деревянной дощечке, где были расписаны блюда.
Он был мне смутно знаком: мы учились на разных факультетах, но сталкивались в столовой и на общих лекциях. Он меня не узнавал. Отлично, маскировка у меня что надо!
И тут Лоер обернулся! Не знаю, что его дернуло: я стояла тихо как мышка.
«Только бы не узнал!» — мелькнула мысль.
Я сохраняла бесстрастный вид и строчила в блокноте.
— Да, и еще графин вашего знаменитого кваса! — закончил первокурсник.
Я кивнула и развернулась, чтобы уйти.
— Рози?
«Гадство, гадство, гадство!»
Я сделала вид, что не расслышала, и поспешила на кухню. Куда там! Лоер меня опередил и заслонил вход.
— Рози, подожди! Ты меня избегаешь?
— Я работаю! — буркнула я. — Пусти!
Эльм выглядел растерянным. Или же отлично играл! Он наклонился и негромко произнес:
— Я тебя обидел?
Я не выдержала и фыркнула.
— Ты думаешь, я совсем идиотка и не знаю, что «поцелуй невинной девы» дает фениксу преимущество? Как там, кстати, испытания? Всех соперников обошел?
Лоер аж отпрянул.
— Ты все не так поняла!
— Ага, ага!
Я поднырнула под его руку, не дожидаясь, пока феникс придумает оправдание.
— Неужели я не могу поцеловать девушку просто так? — крикнул он мне вслед. — Девушку, которая нравится?
Всего несколько слов, а я теперь в смятении. Не знаю, чему верить.
Впрочем, это неважно, я твердо решила не отвлекаться на глупости!
Рон все такой же отстраненный, меня он в упор не замечает. Но с другими, как я погляжу, не так холоден! Болтает как ни в чем не бывало и в помощи не отказывает. Рута все подсаживается к нему и сует под нос записи: объясни то, объясни это. А потом обопрется подбородком на ладонь и смотрит мечтательно. И совсем не слушает разъяснений, сидит и любуется на Рона.
Не знаю почему, но я страшно на нее злюсь!
Дожденник. День 1
Дожденник. День 1
Становится все холоднее, а плащ я до сих пор не купила. По утрам, торопясь на занятия, кутаюсь в мантию, но она тонкая и от пронизывающего ветра не спасает. Видно, придется раскошелиться, иначе разболеюсь. Целитель, хлюпающий носом, — грустная картина.
Но как же жаль каждую заработанную монетку, доставшуюся таким трудом! Я накопила пять серебрушек и семь медяшек, а за плащ нужно отдать половину, если не больше. Нужно срочно найти подработку и желательно не подавальщицей: платят гроши, а устаешь так, что все тело ломит.
Сегодня я впервые выспалась и перестала чувствовать себя воздушным шариком, из которого выпустили весь воздух. Оказывается, самостоятельная жизнь намного сложнее, чем я думала.
Учеба набирает обороты, задают очень много, хорошо, что у меня всегда была отличная память: названия трав, их свойства и пропорции, необходимые для изготовления снадобий, я запоминаю с лету. На первом курсе упор делается именно на зельеварении. Мы уже готовили противовоспалительный настой и варили пастилки от кашля. Если погода продолжит портиться, а я все так же стану разгуливать в платье, мои первые целительские опыты пригодятся мне самой.
Лаборатория удобная и светлая, у каждого студента свой стол, на котором стоит все самое необходимое: маленький тигель и набор ингредиентов, включая такие ценные, как пыльца с крыльев фейри, слабый раствор яда василиска и растертые в мелкую крошку чешуйки дракона. Рона все подкалывают на этот счет, говорят, что нашей группе повезло: нам можно неограниченно тратить чешуйки, потому что в случае необходимости надергаем новые с Эороана.
— Надергаем? — Он усмехнулся. — Даже если бы я был не против, а я, заметьте, против, сделать это практически невозможно. Легче голыми руками оторвать стальную пластину.
Он победоносно взглянул на наши потрясенные физиономии и добавил:
— Ну ничего, вот состарюсь, начну линять, тогда, глядишь, и подарю кому-нибудь пару чешуек!
— Мне? Подари мне! — Девчонки стали наперебой предлагать свои кандидатуры.
Рон отмолчался. Берегись, драконище, а то растащат тебя на сувениры!