Анна Платунова – Фантастика 2025-148 (страница 220)
– Я не буду плакать. Не буду плакать. Папуля мой любимый. Вот, я не плачу. Только не засыпай, – шептала моя смелая девочка и изо всех сил терла глаза.
Я так привыкла злиться на свою жизнь, которая обошлась со мной несправедливо, так привыкла жалеть себя, ворчать и выпускать колючки, что совсем разучилась видеть то хорошее, что всегда было со мной. Но клянусь, если бы только случилось чудо и Бран остался с нами, я бы никогда ни в чем его не упрекнула.
Если бы во мне была хоть капля магии… А Розали пока слишком мала. И ничего нельзя сделать.
Я вспомнила, как Бран выхаживал меня, не отходил ни на шаг. Как все соседи были добры ко мне, даже мистер Кноп открылся с новой стороны. А Джаар принес пузырек со своим целебным ядом…
– Яд василиска! – закричала я, подскакивая на ноги.
Он так и остался лежать на дне саквояжа, а саквояж приехал со мной в имение!
– Розали, разговаривай с папой, не дай ему отключиться!
Я рванула с места, но как бы быстро ни бежала, мне все равно казалось, что я бегу слишком медленно. А еще надо обогнуть угол дома, взобраться на выщербленное крыльцо…
Я зацепилась носком сапога, упала, разбила колено, но едва обратила внимание на ссадину. Скорее! Скорее! Где я оставила вещи?
Посреди гостиной стоял стол, сервированный для обеда. Все это случилось будто давным-давно, в прошлой жизни. А вот и саквояж – под столом! Зазвенели, раскатываясь по полу, ложки. С грохотом разбилась чашка.
Я вытряхнула вещи: платье, расческа, белье… Сверху упал крошечный флакончик, где переливалась янтарная жидкость. Ее было совсем немного, несколько капель. Я сжала пузырек в руке, словно редчайшую драгоценность. Если упаду – скорее сломаю руку, но лекарство останется невредимым.
Назад летела как на крыльях. Только дыши, Бран. Дождись меня!
Розали сидела рядом с Браном, держала его за руку и пела песенку. Это была веселая песенка о мышонке и воробушке. Под такую точно не уснешь!
– Бран! – Я рухнула рядом и тут же вцепилась зубами в крышку флакона. – Сейчас! Потерпи!
Вода пришлась как нельзя кстати. С трудом сдерживая дрожь в пальцах, я нацедила в кружку пять капель – для верности. Приподняла Брану голову и поднесла лекарство к его губам.
Яд василиска. Чудодейственное средство. Излечивает от смертельных ран. У него лишь один побочный эффект: оно стирает память. Я ведь думала, что меня опоили ядом василиска в тот вечер, когда была зачата Розали.
Бран меня забудет! Забудет Рози. Мы станем двумя незнакомками. Ничего! Не страшно! Значит, придется снова влюбить его в себя, как это сделал он. Он не отступал, когда я его гнала. Улыбался в ответ на колкости и всегда оказывался рядом. Мой вредный журналюга. Моя несносная горгулья. Мой любимый муж.
– Пей, Бран.
Он сделал несколько глотков, улыбнулся и почти сразу погрузился в сон.
– Все будет хорошо, Рози, – прошептала я. – Он просто спит!
Я сбегала в дом, отыскала одеяло и укутала Брана. Повезло, что погода стояла теплая. Мы с Розали сели рядом, обнялись и молча ждали. Я ловила каждый неровный вздох. И когда грудь Брана поднималась, я тоже могла вдохнуть.
Постепенно с лица мужа уходила смертельная бледность, губы порозовели. Он дышал уже ровно и сильно. И тогда я разревелась от облегчения.
На улице темнело, и я подумала, что нужно сходить в дом и принести еще одеял – для себя и Рози: мы останемся рядом до утра, но тут Бран пошевелился и открыл глаза. Посмотрел на меня и хрипло спросил:
– Кто вы, прекрасная незнакомка?
Сердце пропустило удар. Что же, я была к этому готова. Главное, что он жив, а дальше – разберемся. Все вместе, шаг за шагом. Он узнает меня и снова полюбит, ведь теперь рядом с Браном будет не вредная колючка, а счастливая женщина.
Бран смотрел на меня, и на его губах медленно проявлялась хитрая и такая родная улыбка.
– Согласитесь стать моей женой, прекрасная незнакомка?
– Что?..
Он расхохотался, а я, рыча, попыталась дать ему подзатыльник.
– Ты все помнишь! Несносный журналюга!
Бран со смехом поймал мою руку и поцеловал ладонь.
– Эй, я только оклемался, а ты сразу хочешь отправить меня на тот свет? Моя неисправимая женушка!
– Но как?
Я ничего не понимала. Разве яд василиска не стирает память?
– На магов не действует. – Бран будто подслушал мои мысли.
Он сел, взъерошил волосы, потянулся. Одеяло сползло с груди: на теле не осталось даже синяков.
– Ну идите же ко мне, мои девочки!
Он обнял нас с Розали, прижал к сердцу, которое билось ровно и сильно. Как же тепло и надежно было в его крепких руках.
Глава 72
– Кто возьмется за рекламную статью? – в третий раз повторил главред и обвел тяжелым взглядом подчиненных.
Принесла же меня нелегкая в редакцию именно сегодня! Я и так не успеваю сдать вчерашний материал, а мне еще бежать на другой конец города, где случился пожар в заброшенном доме.
– Что за статья? – лениво поинтересовался Кирк.
Главред развернул мятый лист, ухмыльнулся.
– Какая-то ненормальная дамочка хочет открыть брачное агентство. Разорится, как пить дать. Но нам какое дело, за объявление заплатит, а дальше не наша беда. Давайте, парни. Кровь из носу – нужно сегодня. Она обещала по двойному тарифу. Кирк?
Тишина.
– Алан? Тим? Зря отказываетесь! Сваха симпатичная, молоденькая, к тому же вдова. – Он снова заглянул в лист. – Мадам Аро. Валерия Аро.
Никто не заметил, как карандаш сломался в моей руке. Никто не обратил внимания на мои сжатые челюсти.
«Это совпадение. Имя не редкое. Фамилия похожа. Но зачем бы она стала выдавать себя за вдову? Открывать дело? Это не моя Валерия. Не моя Вэл…»
Почти шесть лет я жил будто в тумане, загоняя себя работой до беспамятства, лишь бы не думать о ней. Только во сне я был не властен над своими чувствами, и моя хрупкая любимая девочка снова обнимала меня. Коллеги переговаривались за спиной, да и открыто спрашивали, не давал ли я обета целомудрия. Другие жалели меня, считая, что причина моего одиночества – уродливый шрам на лице. Откуда им знать, что шрам – иллюзия, моя защита от любопытных взглядов.
Герцог Бреннард Ви’Лар стал невидимкой, скрылся за другим именем, за обезображенным лицом. Теперь я просто Бран Оникс. Попробуй отыщи меня, дядюшка! И Вэл ты никогда не получишь!
Сколько раз я заводил мотор, чтобы ехать в отдаленное имение. Посмотреть издалека, узнать, что все в порядке! Сколько раз усилием воли снимал руки с рычага управления. Нельзя. Именно так старый хрыч однажды отыскал мою маму, которую после смерти отца спрятала дальняя родня. Отыскал, потому что я, шестилетний дуралей, тосковал и тянулся туда, где над рекой на холме стоял дом, увитый плющом. Я так ясно представлял его, что мамино убежище увидел и проклятый родственник…
Я едва успевал обезвредить поисковые заклятия, которые все эти годы вились вокруг, будто мухи, незаметные другим взглядам.
Вэл в безопасности. С ней все хорошо. В перстне я оставил послание: если что-то пойдет не так, если нужна будет помощь, просто позови меня изо всех сил, и я услышу, я что-нибудь придумаю.
Она не звала. Значит, все хорошо. Она ждет меня, как обещала. Или… давно уехала и забыла те несколько дней, которые мы провели вместе.
Больнее всего было думать о возможном ребенке. Почти невыносимо представлять, что неподалеку, может быть, растет мой сын или моя дочь, а я не увижу первых шагов, первой улыбки, не услышу первых слов. Я утешал себя тем, что единственная брачная ночь не всегда приводит к рождению малыша.
И вот теперь прозвучало это имя – Валерия Аро. Конечно, это не она. Конечно.
– Я возьмусь за объявление, – услышал я свой голос.
– Бран, хватит хапать подработку! Куда в тебя лезет! – Главред ворчал для вида: он был рад, что кто-то наконец согласился. – Ладно, держи адрес.
«Это не она!» – сказал я, прежде чем постучать в дверь.
Дверь распахнулась, и на пороге появилась моя Вэл. Она совсем не изменилась, разве что стала еще прекраснее. Была хрупкой большеглазой девочкой, а превратилась в элегантную молодую женщину. Любовь, которую я все эти годы тщательно прятал в самом дальнем уголке души, нагружая себя работой, вырвалась из-под контроля. Обнять. Прижать к груди. Коснуться сладких губ, которые пахли ягодами и молоком. Зарыться лицом в волосы…
Взгляд Валерии был холоден. Губы сжаты. На руке не было обручального кольца. Она меня не узнавала.
– Вы журналист? – сухо спросила она. – Проходите.
Все еще не веря, что это не розыгрыш, я вошел следом. Пахло свежей краской: дом только что отремонтировали. Валерия Аро, вдова бакалейщика, собиралась открыть брачное агентство и поэтому обратилась в «Утренний новостной листок». Она лаконично сообщила мне об этом и кивнула, предлагая задавать вопросы.
Моя жена меня не узнавала. Я был чужим, незнакомым человеком. Почему так получилось? Ведь перстень давно должен был вернуть ей память. Хуже всего, что Вэл была озлоблена на весь мир, сломлена и потеряла веру в людей. Что она подумала, когда проснулась утром после брачной ночи? Почему сняла перстень? Неужели все эти годы она жила, уверенная, что ее использовали и предали?
С большим трудом мне удалось сохранить самообладание. Как прежде я стискивал руки на рычаге самоходки, так и теперь сжал свое сердце в кулаке. Она ненавидит мужчин, не верит им. Если я сейчас признаюсь во всем, это только приведет к лишним страданиям. Она выгонит меня, недослушав, и я никогда ее не верну. Да это и опасно: поисковые заклинания в последние дни не появлялись, но кто знает, когда проклятый маг примется за старое!