Анна Осокина – Шпионка против генерала, или Главный королевский секрет (страница 8)

— Но вы совсем не покормили птиц, — удивился мужчина, указывая на кожаный мешочек на моем поясе, мне дали его слуги, внутри находились семена и сушеные фрукты, которые любили эти экзотические питомцы правителя.

— Действительно, какая оплошность с моей стороны, — улыбнулась я, пряча за благожелательностью раздражение. Какого черта он ко мне пристал?

— Не любите птиц?

— Если честно, не думала об этом, — рассмеялась я.

— Подайте мне корм, будьте так любезны, — попросил господин иль Контаре.

Я отстегнула мешочек от пояса и отдала ему. Он высыпал на ладонь немного корма и поцокал языком. Этот звук сразу же привлек внимание нескольких разноцветных пернатых. Они слетелись с дальних деревьев поближе к нам и с интересом наблюдали за тем, как мужчина вытягивает руку. Он снова поцокал, и одна, видно, самая смелая птичка, села ему на ладонь, принявшись клевать зерно.

— Это гаврилушки, — пояснил мой собеседник.

— Гав… рилушки? — повторила я. — Какое странное название.

— На наших островах они не обитают, их привезли из гораздо более теплых мест, где круглый год светит солнце. Вот, приходится поддерживать комфортный для них климат с помощью магических сакрисов.

— Красивые, — я завороженно наблюдала за тем, как к генералу слетаются все новые птички. Они облепили его руку.

— Попробуйте, — улыбнулся он.

Я несмело протянула руку, иль Контаре насыпал зерно и на мою ладонь. Несколько птиц, которые ждали своей очереди на деревьях поблизости, сразу же прилетели ко мне и сели на руку, крепко, но не больно вцепившись в кожу тонкими коготками. Я засмеялась, звонко, заливисто, но, поймав на себе взгляд военного, тут же взяла себя в руки. Одно дело играть эмоции, как меня все время учила госпожа иль Грасс, совсем другое — показывать их по-настоящему. Я снова испытала укол совести. Как будто на меня с укором смотрела Иветта и недовольно качала головой.

— Сказать по правде, я искал вас, — вдруг произнес Рокен, и я поняла, что шутки кончились. Дернулась от его слов, испуганные гаврилушки вспорхнули с моей руки. Я отряхнула остатки зерна с ладони и посмотрела на генерала. Он повторил мой жест.

— Так чего же вы хотели?

Мужчина указал мне рукой вперед.

— Пройдемся?

— Можно, — пожала плечами.

Генерал подставил локоть, я взяла его под руку, и мы медленно пошли вперед. Находясь так близко к нему, я ощущала, что он слегка подволакивает ногу, даже когда идет медленно. Этого было почти не заметно со стороны, но когда я касалась его тела, чувствовала это. Интересно, это от рождения или он получил ранение на войне? Спрашивать было нетактично, поэтому я молчала и ждала, пока собеседник заговорит первый.

— Вы сегодня поступили благородно, — начал он и снова замолчал.

— Вы о том, что я взяла под защиту свою служанку?

— Да, она ведь на самом деле ничего вам не говорила утром? О том, что нашла кольцо.

Я поджала губы, но ничего не ответила. Выходит, это допрос. А я-то думала, что он мне поверил!

— Госпожа иль Грасс? — напомнил о себе генерал.

— С чего вы взяли? — постаралась сделать тон как можно более непринужденным.

— Вы сказали, будто забыли о том, что Рикоста сообщила вам о найденном кольце. Но вы совсем не производите впечатления легкомысленной девушки.

Ну вот! Какая из меня плохая актриса, оказывается. А я-то надеялась… Его слова заставили меня насторожиться еще больше. С этим человеком нужно держать ухо востро.

— Госпожа иль Грасс, вы, наверное, не так меня поняли, — вдруг добавил он. — Я не собираюсь устраивать допрос с пристрастием. Я действительно восхищаюсь вашим поступком. Рикоста хорошая девушка, и мне было бы очень жаль, если бы ее несправедливо обвинили в воровстве.

— Правда?

Я даже остановилась и заглянула в его темно-серые глаза. Получилось как-то слишком заискивающе. Как будто я ищу его одобрения, но это не являлось истиной, поэтому я тут же исправилась и, отвернувшись, продолжила прогулку.

— Чистейшая правда. Дело в том, что Рикоста — сестра моего боевого товарища. Еще до того, как… — он замолчал.

— Да?.. — тихо попыталась подтолкнуть его к дальнейшему диалогу я, но генерал тряхнул волосами и сказал:

— Неважно. Джент погиб задолго до того, как я стал генералом. Мы вместе служили в чинах капитанов, руководили отрядами. Только в одном из боев он не выжил. А мы обещали, что позаботимся о близких друг друга. Рикоста — сирота, и больше никого, кроме брата, у нее не было.

Я неодобрительно посмотрела на мужчину.

— И вы что, сделали ее служанкой?

— Я слышу в вашем тоне неодобрение, — хмыкнул военный. — Но все не так, как вы думаете.

— А как же?

— В то время я сам еще не служил при дворе, а Рикоста была совсем девочкой. Несколько лет я оплачивал ей закрытый пансионат, где она жила и получала образование. А когда она немного подросла, то наотрез отказалась от моих денег. Она хотела работать сама. Я не придумал ничего лучше, как устроить ее гувернанткой в одну знакомую семью, там она хотя бы была под присмотром, а я знал, что ее никто не обидит. А когда меня назначили служить при дворе, забрал ее сюда. Рикоста очень порядочная и самостоятельная девушка, и я ни за что не поверю, что она взяла это кольцо.

— Но эта противная госпожа иль Минкор могла бы добиться того, чтобы Рикосту уволили.

— Почти наверняка, — вздохнул иль Контаре. — Так что я рад, что вы вступились за нее, несмотря на то, что сами рисковали.

— Чем это, интересно? — хмыкнула я.

— Эта… госпожа, — по его тону я сразу поняла все, что он думает об Анисье, — могла бы накинуться и на вас.

— Пусть бы только попробовала! — хохотнула я. — Я показала бы ей, что не только у гаврилушек есть острые когти!

Генерал внезапно громко рассмеялся.

— Принцу стоит присмотреться к вам ближе, — сказал собеседник, а я затаила дыхание. Неужели нашла здесь одного союзника? Но почему-то, если в искренности Рикосты я не сомневалась, то в этом человеке ощущалось двойное дно. Он как будто говорил правду, но все же что-то не давало мне так просто поверить ему, как своей служанке.

— Я буду очень признательна, если вы обратите внимание его высочества на меня, — засмеялась я.

— Завтра пройдет первое испытание, — вдруг перевел тему мужчина.

Я внутренне содрогнулась и настороженно произнесла:

— Испытание? В королевском письме ни о каких испытаниях речи не шло. Да и король во время приветственной речи ни словом не обмолвился.

— Такова воля его величества, — вздохнул генерал. — И потому я попрошу вас никому об этом не рассказывать. Ну, к тому же это в ваших же интересах. Никто, кроме вас, не будет к этому готов.

— И к чему же мне готовиться? — мурлыкнула я, чуть сжав его руку и переходя на совершенно особый тон, которому учила меня Иветта. При этом внутри меня всю покоробило от этого. Не любила я флиртовать.

— А об этом, к сожалению, рассказать я не имею права. Но я уверен, что вы пройдете. А теперь вынужден откланяться.

Рокен иль Контаре довольно резко освободился от моей руки и, склонив голову, быстрым шагом, чуть прихрамывая, свернул на тропинку, которая вела к замку. Странный он. Неужели так поспешно скрылся из-за того, что я начала с ним кокетничать? Не нужно было этого делать? Ведь, пока мы разговаривали серьезно, он вел себя совершенно нормально. Этот человек вызывал во мне недоумение, и я была совершенно сбита с толку его внезапным бегством. Все же мне еще учиться и учиться взаимодействию с мужчинами. Кажется, Иветта поторопилась, отпустив меня на столь ответственное задание.

Весь оставшийся день во дворец то и дело прибывали невесты, мы ждали уже не так много девушек, поэтому генерал не стоял у входа постоянно, как когда ехал основной поток, но все же он подходил и встречал каждую девушку, проверяя документы. Я видела это из окна своей комнаты, когда отдыхала после обеда с книгой в руках.

Вечер прошел спокойно: мы поужинали, и я решила пораньше отправиться к себе. Мне не терпелось поговорить с Рикостой. Теперь я знала кое-что о ней, что давало мне огромное преимущество: она была довольно близка с генералом и могла рассказать о нем что-то, чего не знают другие. Мне пригодятся любые сведения, даже не касающиеся непосредственно задания с артефактом.

Когда служанка заглянула, я уже успела расплести волосы.

— Расслабь завязки на корсете, будь добра, — попросила девушку, когда она закрыла за собой дверь.

Она принялась ловко расшнуровывать ленты на платье.

— Я узнала, что все невесты уже прибыли.

— Сорок две? — уточнила я, испытывая блаженство с каждым движением служанки, потому что могла вдыхать все больше воздуха.

— Сорок, два дома прислали письма с извинениями, что не смогут быть.

— Значит, сорок, — хмыкнула я. — Рикоста, — повернула голову к служанке, та вскинула на меня голубые глаза, почти такого же оттенка, как и у меня, только чуть светлее.

— Да, госпожа?

— Откуда у господина генерала эта хромота, не знаешь?

Она вдруг поникла, как будто на моих глазах завял цветок.

— Я спросила что-то слишком личное? — предположила я. — Если так, то не отвечай.