Анна Осокина – Под знаком снежной совы (страница 31)

Я действительно наклонилась к ней, но лишь растерянно пробурчала:

— Что-то ничего в голову по заказу не приходит. Не помню я шуток.

И тут из ее горла раздался глубокий, густой смех. От него у меня по спине и рукам поползли мурашки. Звук был низкий, утробный, тягучий, как мед и такой же сладкий. Как по команде, на нас стали оборачиваться мужчины. Несколько отделились от своих собеседников и направились к нам.

— Точно волшебство какое-то, — потрясенно произнесла я, вовремя вспомнив, что нужно хотя бы улыбнуться для вежливости тем, кто идет к нам.

Почему-то чувствовала себя мелким карасиком, которого окружают огромные зубастые щуки, готовые вот-вот распахнуть смертоносные челюсти. Старалась отогнать наваждение, ведь эти люди ничего плохого мне не сделали, а я здесь по доброй воле. И все же чувство, что мы совершили непоправимую ошибку, приехав сюда, не покидало.

К нам подошли сразу несколько молодых людей. Они приветливо улыбались. Неужели вот эти юнцы — члены закрытого общества? Верилось с трудом, но предусмотрительная Тося через свои источники еще раз все проверила, мы были именно там, где нужно.

— Чудесный вечерок, не правда ли, прекрасные сударыни? — начал один из мужчин, переводя взгляд с меня на Антонину и обратно.

Вопреки правилам этикета, он не стал представляться, ведь одно из важнейших условий сегодняшнего вечера, о чем нас, разумеется, предупредили заранее, — не называть настоящих имен.

— Вы правы, сударь, вечер невероятно хорош.

— Любое время суток будет замечательным в такой очаровательной компании, — он демонстративно покосился на ленту на моем запястье.

Кажется, вот и первый претендент на снятие урожая невинности пожаловал. Придется быть с ним милой, ведь мы с Тосей договорились, что каждая постарается разговорить тех собеседников, которые проявят к нам интерес.

В дверях появились еще несколько хорошеньких девушек в довольно откровенных нарядах. Предупредительные слуги в ту же минуту предложили им напитки и закуски.

Антонина что-то беззаботно щебетала, взяв на себя сразу двух франтов, подошедших к нам. Она рассказывала какую-то остроумную шутку, при этом то и дело отпивая маленький глоток вина, от чего глаза ее задорно блестели. Синяки уже почти были не видны, но мы все же запудрили их, теперь никто не мог бы догадаться, что на этом красивом лице пару недель назад не было живого места.

Все присутствующие прекрасно понимали, кто мы и для чего здесь находимся. Я видела, как на подругу смотрели собеседники: жадно, буквально пожирали ее глазами. Ладно я, сегодня своеобразные смотрины, на меня никто не покусится этой ночью, но как Тося панирует отбиваться от навязчивого внимания — оставалось загадкой. Или не планирует? Возможно, она собралась играть роль до конца. Кто ее знает? Конкретно этот вопрос мы не обсуждали.

Как бы там ни было, я смотрела на ее элегантные движения, яркую мимику, красивые чуть полноватые плечи, несколько завитых локонов, кокетливо выбивающихся из высокой прически — она выглядела очаровательно. Каждая деталь дополняла образ. Настоящая актриса. Куда-то исчезла ее обычная простота и даже грубость манер. Сейчас она была воплощением изящества — впору влюбиться. Да, таким девушкам не пишут стихи и картины, на них не женятся, но их желают. И, казалось, что сейчас Тося искреннее наслаждалась теми взглядами, которые бросали на нее гости.

Что до меня, то я вовсе не чувствовала себя в своей стихии. Если бы не крайняя нужда, уже давно скрылась бы в какой-нибудь неприметный уголок, чтобы пересидеть до конца вечера. К сожалению, такого позволить себе не могла. Нужно найти разговорчивого собеседника, который разболтал бы что-нибудь интересное. Была еще одна сложность. Хотя мы и знали, что это неофициальное собрание членов ордена, они этого никак не афишировали.

Кто здесь ученик? Кто достопочтимый мастер? Из книги пана Тадеуша мне удалось немного узнать об устройстве масонских лож, но как применить полученные знания на практике, пока не представляла.

— Позвольте угостить вас чем-нибудь? — ко мне решительно подошел мужчина постарше. Одного его взгляда на молодца, который только что мило со мной беседовал, хватило, чтобы тот ретировался. Старший по возрасту явно выше и в их иерархии. — Морепродукты или дичь? — он улыбнулся, скользнув взглядом сперва по лицу, затем — по груди, и остановился на ленте.

— Устрицы, пожалуйста, — назвала одно из любимых блюд и тут же прикусила язык. Если играю роль бедной сиротки или кого бы то ни было, остро нуждающегося в деньгах, откуда у меня такие запросы? Свежие устрицы — блюдо дорогое, не каждый помещик может себе это позволить.

Но мужчина вроде как не обратил внимания на промах, а жестом подозвал одного из слуг и что-то ему шепнул, тот поспешил выполнить указание.

Я решила, что пора действовать и, натянув улыбку, поинтересовалась:

— Вы — хозяин сего гостеприимного жилища?

— О, нет, хозяин появится немного позже, мы все здесь гости.

— Вы местная?

Только расспросов мне не хватало. Нужно как-то перевести тему.

— Не совсем, приехала издалека, но это очень грустная история, а я не хочу грустить сегодня.

— Вы правы! Сегодня будем веселиться!

Слуга принес поднос с устрицами, я взяла раковину и одним движением выпила содержимое. Отлично приготовлено, приправлено каким-то кислым соусом, ножка уже подрезана, так что сочная мякоть по языку проскользнула в горло.

— Божественно!

— Это вы божественны! — польстил мужчина, глядя в глаза. Он прислонил свой бокал к моему, при этом хрусталь издал короткий мелодичный звук. — За вас!

Мы отпили по несколько глотков. В этот момент в зал вошел квартет музыкантов: две скрипки, контрабас и виолончель. Они расселись по бокам от девушки за фортепиано. Если до того музыка была лишь тихим фоном, то теперь мелодичные аккорды стали доминировать над другими звуками.

— Позволите? — он мягко забрал мой бокал и поставил его рядом со своим на столик, протянув руку. Я приняла приглашение, покосившись на подругу, ту уже обнимал за талию молодой человек, уводя в середину зала для танца. Мой партнер тоже сделал несколько шагов вглубь, увлекая меня за собой.

— Вы чудесно танцуете, — прошептал он в самое ухо, чуть касаясь мочки губами.

Он не был неприятен: от него хорошо пахло дорогим парфюмом, он вел себя учтиво и предусмотрительно, ни словом ни делом не намекая на мой вымышленный статус. И все же это оказалось слишком. Мягко отстранилась, чуть увеличив между нами дистанцию, мужчина понял намек и не стал давить. Похоже, это серьезный претендент на совершение сделки.

— Часто хозяин проводит такие вечера?

— Вполне. Регулярно, сударыня.

— Это ваш начальник? — решилась продолжить допрос.

— В каком-то смысле этого слова да, он здесь самый главный.

— Очень интересно было бы с ним познакомиться.

Человек издал звук, похожий на смешок. Пусть думает, что я ищу наиболее выгодную для себя сделку.

— Поверьте, я тоже весьма обеспеченный человек и могу позволить себе очень многое.

Только открыла рот, чтобы задать очередной наводящий вопрос, как мой собеседник посмотрел вверх, недовольно прошептав:

— Легок на помине.

На балконе второго этажа появился мужчина средних лет. В дорогом черном костюме, с модно уложенными длинными волосами и чисто выбритыми щеками. Он по-хозяйски осматривал помещение и танцующие пары, обводя взглядом каждого. Наконец дошел до меня и буквально замер, впившись в лицо колючими черными глазами. Две глубокие вертикальные морщины прочертили его лоб. Я застыла, не в силах унять дрожь. Одежда и прическа были другие, но эти глаза!..

На меня смотрел человек с портрета.

Похоже, Тося это тоже заметила, но ничего не успела мне сказать, только испуганно глянула. Сейчас я не чувствовала ничего, кроме страха. Как такое возможно? Неужели настолько точное фамильное сходство?

Увидев, что внимание главного направлено на меня, партнер по танцу поспешил откланяться. Как хищник уступает добычу более сильному противнику. Он спускался по лестнице, а я будто кожей чувствовала каждый шаг. Мужчина не отрывал взгляд от моего лица ни на миг. Ни разу не опустился ниже. Глаза в глаза. Я кролик, загипнотизированный огромной змеей. Все остальное: люди, звуки, запахи — остались где-то размытым серым фоном. Были только две бездонные пропасти черных глаз. И в какой-то момент показалось, что я падаю.

Он был похож на пана Тадеуша. Хотя тот выглядел… более реальным что ли. Со всеми несовершенствами, присущими обычному человеку. Этот же пугающе идеален. Кожа, волосы, одежда, даже аромат, который обволакивал, душил, не давал глубоко вдохнуть. Пропустила момент, когда он оказался на расстоянии половины локтя от меня.

Он протянул руку к моему лицу и чуть коснулся кончиками пальцев, сразу уронив кисть. Прикосновение обожгло почти физически. Я ощутила, как кожа сплошь покрылась мурашками. Во взгляде его сразу отразилось столько эмоций, что я не успевала их считывать: недоверие, изумление, обида, боль?..

— София? — он больше не делал попыток дотронуться. — Но… как это возможно?

Странная догадка промелькнула в мыслях. София — возможно, это женщина с портрета. Но я не могла раскрывать все карты, как и спрашивать напрямую — слишком опасно, поэтому пришлось нахмуриться.