Анна Осокина – Невольница императора (страница 36)

Мальчишка оглянулся.

— Да уже здесь!

Вышла из-за стола в теплом шерстяном темно-зеленом платье, которое защищало меня от сквозняков и холода, потому что закрывало тело от самого горла до щиколоток. Юбка начиналась прямо под грудью, поэтому живота в нем видно пока не было.

В тот же миг на пороге, тоже овеянный снежинками, появился мужчина в длинном черном плаще с мехом. Еще не заходя в дом, человек потопал на пороге, чтобы сбить с сапог снег, и тряхнул плечами. С него упал капюшон. Я ахнула и непроизвольно схватилась за живот, прижимая к нему руки и выделяя округлость.

Этого не заметила ни одна душа в зале, потому что все взгляды были направлены на прибывшего. Кроме него самого, потому что он смотрел только на меня. По выражению растерянности и робкой надежды в черных глазах, я поняла, что Кас обо всем догадался.

Он вошел, не переставая ласкать меня взглядом. Как-то отстраненно я заметила, что вожди встали, некоторые зачем-то потянулись к оружию. Наверное, просто на всякий случай. От людей императора горный народ пока еще ожидал чего угодно. Но, пожалуй, только ни того, что к ним на порог заявится сам Хакасан Второй без всякого сопровождения.

— Ильминара, властительница Кривых Гор, — он учтиво склонился, говоря на моем родном наречии.

А я стояла настолько обескураженная, что даже не знала, как реагировать. Беременность замедлила меня и сделала гораздо более чувствительной. Раньше я никогда не позволяла себе проявления подобных чувств на людях, но сейчас эмоции горной лавиной нахлынули где-то из глубины груди. Я почувствовала, как меня начинает колотить крупная дрожь, по щекам покатились слезы, которые жгли огнем кожу, а колени подогнулись. И если бы не вовремя подхвативший меня Кас, я непременно упала бы.

— Милая моя, любимая девочка! — не таясь он обнял меня и шептал в самое ухо, вдыхая аромат волос.

Я всхлипнула и повисла у него на шее, не в силах сопротивляться желанию обнять его.

— Что здесь происходит? — слышалось ото всюду.

— Кто этот человек? — говорили с разных частей комнаты.

А я не могла ничего им ответить, потому что только прерывисто вздыхала, целуя холодные щеки Каса, чтобы короткие всхлипы не переросли в настоящие рыдания.

— Нам кто-то объяснит, что здесь происходит? — возвысил голос один из самых старших вождей, он говорил раздраженно.

— Разумеется, — Кас аккуратно усадил меня в кресло, при этом рука его скользнула по моему животу, и он мимолетно улыбнулся, будто сам себе. Император остался стоять рядом, сжимая мою руку. — Я — Хакасан Второй, правитель империи Охсай, южных и восточных равнин. И я пришел смиренно просить вашу властительницу и владычицу моего сердца стать моей женой.

При этих словах он опустился передо мной на колени, так наши глаза оказались на одном уровне.

В зале повисла оглушительная тишина, только свист ветра за дверью, которую до сих пор никто не удосужился закрыть, нарушал полнейшую торжественность момента.

— Согласна? — уже только меня тихо спросил Кас и погладил по ладони.

Я сглотнула и, не доверяя голосу, кивнула. А потом сообразила, что все ждут от меня ответ, и, собрав волю в кулак, громко произнесла:

— Да, я согласна стать твоей женой, Хакасан, правитель империи Охсай, южных и восточных равнин!

Кас улыбался мне так нежно и задорно, что я не смогла сдержать ответную улыбку. Он наклонился, и наши губы встретились.

Но идиллию нарушил один из моих гостей.

— Во-первых, точно ли ты император? Он никогда не путешествует без свиты.

— Мои люди тянутся позади, — пожал плечами Кас и поднялся. — А я не мог так медлить, — он снова глянул на меня с нежной улыбкой.

— Норнул, — посмотрела я на старого вождя, — это точно император. Ручаюсь, — а потом посмотрела на Каса: — И не зря спешил, еще немного, и я назвала бы имя своего нового мужа, — сказала это, наверное, чересчур ворчливо. Мы еще поговорим с ним о том, почему он так медлил с этим предложением!

Рука Каса чуть сжала мою, но больше он ничем не проявил эмоции.

— Допустим, — кивнул все тот же вождь. — Ты предлагаешь объединить империю и горный народ? Мы слишком разные, чтобы стать единым целым.

— Кажется, на это у меня есть достойное предложение.

— Так дела не делаются, — я все же совладала со своими чувствами и поднялась. Голос звучал твердо. — Принесите императору кресло!

Очень скоро рядом с моим «троном» появился почти такой же. Хакасан снял плащ, явив всем простую и теплую походную одежду, и сел рядом со мной во главе стола. Началась трапеза. Вожди негромко обсуждали между собой произошедшее, свободно высказывая мысли по этому поводу. У нас принято говорить все что думаешь, даже если это не понравится властителю. Такова природа горцев. Я слышала, что не все довольны таким решением, но открыто противостоять никто не собирался.

— Я очень скучал, Мина, — наклонился к моему уху Кас.

— Тогда почему так долго ехал? — посмотрела на него, сама понимая, что это звучит так, словно я маленькая обиженная девочка.

— Выжидал момент, — он говорил это серьезно, но в глазах горели веселые искорки.

— Ах ты!.. — хотела сказать какую-то колкость, но Кас, глядя на мое выражение лица, засмеялся.

Тогда и я сменила гнев на милость. Разве могу на него злиться?

Вообще-то могу, еще как! Но недолго.

— Ты поменялась, — он так посмотрел на меня, что по рукам поползли мурашки.

Я незаметно для остальных положила его ладонь на свой живот.

— Наверное, дело в этом.

— В этом, — утвердительно кивнул Хакасан, поглаживая меня кончиками пальцев. — Ты еще прекраснее. И… как будто мягче, — это открытие слово удивило его самого.

Мой нрав действительно стал не столь суров, но пускай не обольщается! Поэтому я перевела тему.

— Не знала, что ты так хорошо говоришь на языке горцев.

— Я правитель, и обязан знать язык своих соседей, — он пожал плечами. — К тому же у меня было время потренироваться и освежить память.

— Так что за предложение есть у достопочтимого Хакасана Второго, которое устроит нас всех? — снова заговорил неугомонный старец.

Император поднялся.

— Я возьму в жены Ильминару, и мы заключим договор, по которому каждый из нас будет править своим народом, независимо от другого. Однако границы наши будут открыты.

— Между горцами и имперцами целая седмица пути по безлюдным и пустынным степям, — возразил вождь. — Где вы будете жить и как управлять своими народами на расстоянии?

— Степи не принадлежат ни горцам, ни имперцам, так? — с хитрой ухмылкой уточнил император, будто сам этого не знал.

— Твоя правда, — кивнул старик.

Хакасан с торжественным видом развел руки в стороны.

— Так расширим же обе территории! Построим город ровно посередине между нашими государствами! Наречем его объединенной столицей. Мы будем жить там, и оттуда править обоими народами.

Я задумалась над его словами. Горцы никогда не претендовали на степи не потому что там неплодородные земли, трудности-то нас не пугали, горы — это еще более суровая обитель, однако мы приспособились, а потому что не желали сокращать с беспокойным соседом — империей — расстояние. Ведь в случае нападения оно должно было играть нам на руку. Но, как видно, план не сработал. Так какого нечистого никто до сих пор до этого не додумался?

Вожди долго молчали, потом принялись обсуждать предложение тихо между собой. Через четверть стражи самый старший поднялся и сказал:

— Это разумное предложение. Однако оно требует многих денежных вложений. У горцев нет единой казны, как в империи, а потому, боюсь, Ильминара сможет рассчитывать лишь на добровольные пожертвования от вождей в меру их желания и возможностей.

— Об этом не волнуйтесь. Империя обязуется полностью покрыть денежные расходы на строительство города, если горцы помогут с живой строительной силой, — император сделал паузу. — В меру желания и возможностей.

И снова — негромкие переговоры между вождями.

— Что ж, — снова поднялся старик. — Я, Норнул, вождь горцев с Кровавой горы, согласен на это союз. Прошу проголосовать остальных.

Каждый из мужчин вставал и сообщал о решении. У меня ныло сердце каждый раз, когда они открывали рты. Боялась того, что может случиться, если часть окажется против. Но их решения были на редкость единогласными. Когда последний вождь согласился, я выдохнула, поняв, что задерживала дыхание.

Старший поднял кубок.

— За союз Хакасана и Ильминары! За союз горцев и имперцев!

Я смотрела на то, как мой будущий муж ударяется кубками с другими участниками совета, и меня переполняла радость.

Я Ильминара, дочь Сондра, властительница Кривых Гор. И сегодня день моей свадьбы. День, который стал самым счастливым в жизни!

__________________________________

Дорогие читатели! Надеюсь, история нашла отклик в вас! Спасибо за ваши отзывы и звездочки!

Nota bene