Анна Осокина – Измена. Второй шанс на счастье (страница 2)
Я покосилась на кабинет Змеева и решила уйти подальше. Мало ли он выйдет. Отчего-то не хотела, чтобы он видел, как я обнимаюсь с женихом. Устыдилась своих мыслей и нарочно сильно прижалась к Максу, поцеловав его в щеку.
— Мою заявку на участие в олимпиаде одобрили!
Мы медленно пошли по коридору по направлению к лестнице.
— Круто, — без особого энтузиазма откликнулся жених.
— Теперь нужно готовить эссе. Думаю, можно взять за основу творчество Хаксли, Оруэлла и Замятина и развить мысль, уйдя в антиутопии, или же…
— Давай пообедаем? — перебил меня Максим.
Я вздохнула. Да, литература никогда особенно не привлекала моего молодого человека. Мы только учились в одном корпусе, но он получал совершенно другую специальность — социологическую. Для меня же литература была страстью с самого детства.
Иногда я начинала размышлять о какой-то недавно прочитанной книге, но Максим обычно переводил разговор в другое русло. Я уже привыкла к этому, предпочитая оставлять мысли при себе или обсуждать книги с одногруппницами. И да, особым удовольствием было дискутировать со Змеевым. Почему-то у нас редко сходились точки зрения, но тем интереснее получались беседы на парах.
— Конечно, — согласилась я, решив, что подумаю над темой для эссе позже. — Пойдем.
— Алина, погодите!
Голос Змеева заставил меня остановиться как вкопанной. Я чуть не упала, когда Максим по инерции сделал еще несколько шагов, таща меня за собой. Он поймал меня и прижал к себе, иначе я точно растянулась бы на полу. Медленно обернулась, сердце танцевало чечетку, отбивая ритм по ребрам.
— Сергей Витальевич?
Он быстро шел по коридору, потому что мы с Максимом уже успели отдалиться на приличное расстояние от его кабинета.
— Кажется, это
Змеев окинул нас взглядом, и от профессора, конечно же, не укрылось то, что мы обнимаемся.
— С-спасибо, — выдавила из себя и, быстро схватив папку, пробормотала: — Не стоило беспокоиться.
Не понимая, как вести себя дальше, я просто постыдно сбежала, таща Макса за собой. Очень скоро мы скрылись от взгляда куратора на лестнице. Почему-то я была уверена в том, что он смотрел вслед, хотя ни разу не обернулась, будто боялась превратиться в соляной столб, как жена Лота.
— Эй, малышка, ты куда так спешишь? — ничего не понял Макс, еле за мной поспевая.
— Нужно занять места в столовой, пока пара не закончилась! — выпалила я первое, что пришло в голову.
Через пять минут мы стояли на линии раздачи, набирая блюда на подносы. Уже у самой кассы Максим похлопал себя по карманам.
— Вот я дурак, деньги дома, кажется, забыл!
— Ничего страшного. — Я улыбнулась жениху и посмотрела на кассира: — Посчитайте оба подноса, пожалуйста.
— Я тебе переведу после зарплаты, — сказал Макс, но я отмахнулась.
— Расслабься, у нас через три месяца свадьба. Я что, не могу угостить жениха обедом?
Максим посмотрел на меня так, как всегда бывало, когда он был чем-то очень доволен, и по привычке дернул головой, откинув темную челку с лица. Эта улыбка обещала очень многое. Иногда я не понимала, как такая серая мышь, как я, могла привлечь столь яркого молодого человека во всех смыслах. Не скажу, что я уродина, вовсе нет. Обычная, непримечательная внешне девушка: светло-русые волосы, серые немного близорукие глаза, которые я обычно прятала за большими круглыми очками, невысокая да и вообще мелкая.
Максим стал моим первым мужчиной. Рядом с ним я чувствовала себя любимой. Прекрасное, окрыляющее ощущение! Еще ни разу до того я не сталкивалась с таким явным вниманием, и не влюбиться в этого рубаху-парня просто не могла.
— Может, сходим сегодня вечером на пляж? Погода еще позволяет, — мурлыкнул он мне в ухо, приобняв, пока я расплачивалась. Я поежилась от мурашек, он всегда как-то угадывал, как до меня дотронуться, чтобы было приятно.
— Можно. — Я аккуратно высвободилась из его объятий и пошла с подносом к свободному столику.
Мы уже начали есть, когда к нам подошли мои одногруппницы. Рыжая Катя, кудри которой огненным безобразием лежали на плечах, не желая укладываться ни в одну прическу, и стройная черноволосая Лена. Они ближе всего подобрались к званию подруг. Не скажу, что я очень легко сходилась с людьми, в отличие от Макса, который сразу же находил общий язык почти со всеми, но с Катей и Леной мы проводили довольно много времени вместе, как на учебе, так и вне ее.
— Привет, девчонки, — улыбнулся мой жених и кивком указал на свободные стулья. — Падайте.
Катя поставила поднос рядом с нашими и села, Лена только повесила сумку на спинку стула.
— Я сейчас вернусь, кофе возьму.
Пока она стояла в очереди в буфете, мы продолжили есть. Я ковыряла овощной салат, мысленно перебирая темы для будущего эссе. Может, все-таки взять литературу экзистенциального кризиса? Проанализировать работы Фромма и Камю, к примеру?
— Все в порядке, зай? — вывел меня из задумчивости голос Макса.
— Да, просто о «Тошноте» задумалась, — ответила на автомате.
— Тебе нехорошо? — забеспокоился жених.
Я хихикнула.
— Я вообще-то о Сартре сейчас.
— На каком языке она говорит? — умоляюще уставился на мою подругу Максим.
Катя тоже засмеялась.
— Жан-Поль Сартр — это французский писатель.
— А бог ты мой! — всплеснул руками Максим. — Опять ты о своей литературе!
— Привыкай, любимый, — продолжала смеяться я. — Ты женишься на литературоведе.
— Какие все умные тут собрались, — нарочито пробубнил Макс себе под нос, что вызвало новый взрыв моего и Катиного смеха.
— Ребят. — К нам подошла Лена. — А это не жена Змеева там за первым столом обедает?
Я сощурилась, приглядываясь.
— Да, кажется, она, — подтвердила Катя. — Я думала, ей еще как минимум год в декретном сидеть.
— Да-а-а, — протянула я, прекрасно помня, что дочери Сергея Витальевича совсем недавно исполнилось два года.
— Ничего удивительно, — продолжила подруга, напихав полный рот еды. — Зарплаты у простых преподавателей мизерные, никто не хочет идти работать. Наверное, замену ей не нашли и предложили выйти пораньше.
— Звучит правдоподобно. — Лена отхлебнула растворимый кофе и сощурилась от удовольствия. — Вот о чем я мечтала три пары подряд. О заряде кофеина.
Максим притих, что было для него совсем не свойственно. Обычно он первый заводил разговоры о чем-то, нередко провоцируя на веселые споры.
— Все в порядке? — Я наклонилась к нему.
— С чего ты решила, что что-то не в порядке? — немного грубо ответил он.
Я непонимающе на него посмотрела и прищурилась.
— Прости, — вздохнул жених. — Устал сегодня. Если ты не против, я оставлю тебя с девочками. Мне еще на работу нужно заехать.
— Конечно, — откликнулась я, все еще недоверчиво глядя на него. Что-то было определенно не так. — Увидимся вечером.
Он только кивнул.
— Что это с ним? — спросила Катя, когда Максим, даже не доев обед, стремительно удалился из столовой.
— Без понятия. — Я покачала головой и замерла, увидев, как к Ольге Змеевой, которая вела у нас английский язык на первом курсе, до того, как ушла в отпуск по уходу за ребенком, приближается Сергей Витальевич. Он подошел к Ольге и, поцеловав в щеку, сел напротив, что-то начав ей рассказывать.
Я была рада за него, что он теперь будет видеть жену чаще, но в глубине души все равно не могла избавиться от тревожного ощущения.
Вечером на пляж мы так и не попали. Максима задержали на работе. Моя мама совсем недавно помогла ему устроиться на хорошую должность в фирме своих знакомых.
Мы с мамой жили в просторной двухкомнатной квартире в центре города, Макс же снимал комнату на окраине вместе с другими студентами. Хотя в последнее время он часто оставался у меня, потому что до университета нам было гораздо удобнее добираться из центра, и нередко намекал на то, что не прочь и вовсе переехать ко мне. Я, конечно, очень хотела жить вместе с ним, но предлагала снять отдельную квартиру, а вот мой жених не спешил с этим, потому что копил на машину. Это был один из камней преткновения в наших отношениях, поэтому мы до сих пор не съехались окончательно. И все же свадьбу назначили через три месяца, и я радовалась этому, как ребенок. Мама записала меня в один из самых престижных салонов города с вечерними нарядами на примерку платья — она хотела подарить мне самое красивое, чтобы я чувствовала себя настоящей принцессой.
Сказать по правде, мне было даже немного совестно за свое желание оставить маму и жить отдельно с будущим мужем, ведь после смерти папы мы остались совсем одни. Не то чтобы за мамой никто не ухаживал, вовсе нет. Она отлично выглядела, хорошо зарабатывала и вообще жила в свое удовольствие, но, кроме папы, так больше никого и не смогла полюбить. Ни один мужчина не покорил ее сердце, хотя многие пытались. Кстати, она сама не была против того, чтобы мы поселились отдельно, но я все еще колебалась, боясь, что без меня ей будет одиноко.
Весь оставшийся день Максим почти не отвечал на мои сообщения, говоря, что очень занят на работе, и я решила оставить его в покое. В конце концов, нужно давать друг другу личное пространство. В этом плане Макс мне очень подходил, потому что я всегда испытывала потребность в том, чтобы хотя бы несколько часов в день проводить в тишине, наедине со своими мыслями, и жених всегда понимал, когда меня лучше оставить в покое.