Анна Осокина – Баба Яга ищет наследницу (страница 11)

— Ряба! — закричала я, когда она исчезла из поля моего зрения. — Ряба! Ау!

Курица молчала. Меня даже замутило. Неужто разбилась? А может, лежит где-то с поломанным крылышком или лапкой и от боли сказать ничего не может. Зачем же я разрешила ей спать у себя на плече? Нужно было на дно ступы посадить. Вот же безмозглая… курица! Нет, не буду так теперь говорить даже мысленно. Ряба многим даст фору. Она прекрасная и очень проницательная собеседница. А я ее не уберегла!

В расстроенных чувствах приземлилась на маленькую полянку, как только нашла место для ступы. Я поминутно вопила имя своего фамильяра, но тщетно. Все осложнялось еще и тем, что если наверху солнце еще освещало последними закатными лучами небо, то здесь, среди деревьев, уже вовсю царили сумерки. Рябушка же боится темноты! Ах, я зараза!

Схватила на плечи рюкзак, взяла с собой метлу, чтобы никто транспорт в мое отсутствие не угнал, и пошла в том направлении, куда, по моим подсчетам, должна была спикировать птица. Как же я надеялась, что с ней все в порядке! В конце концов, сильно пострадать она точно не могла, крылья же имеет, а значит, они смягчат падение. Я пыталась успокоить себя, но паника медленно брала свое. Становилось все темнее, а под ногами стало хлюпать. Кажется, я зашла в болото! Не ровен час, еще утону здесь. Мамочки, кажется, я поспешила с радужными выводами о Тридевятом царстве. Может, мне пока, конечно, и добрые персонажи встречались, но вот болото — место весьма и весьма опасное. Нужно возвращаться.

И тут я увидела вдалеке огонек. Обрадовалась! Значит, там кто-то есть! Поспешила на него, на всякий случай прощупывая почву древком метлы перед каждым шагом. Очень уж не хотелось провалиться в трясину. Может, это Ряба? Она умная, могла и знак подать.

Только вот огонек не приближался, а как будто прятался от меня: то исчезнет, то снова покажется. Я прибавила шагу, но все равно никак не могла его догнать.

Снова позвала курицу. Где-то вдалеке крикнула какая-то ночная птица, но это явно была не Ряба. Я уже почти отчаялась, потому что кроссовки с громким чавканьем погружались с каждым шагом все глубже. Нет, так дело не пойдет, нужно поворачивать. И только я сделала два шага назад, как поняла, что слышу кудахтанье. Тихое, сдавленное, словно курицу кто-то душил.

— Ряба! — не своим голосом заорала я.

— Яся! — отчетливо донеслось до меня совсем недалеко, а потом только булькающий звук. — Яся!

— Ряба, я иду!

Да она же в самую топь угодила! Я уже еле вытаскивала ноги, которые с каждым шагом увязали все глубже. Пришлось снять рюкзак и повесить его на ветке. Двигаться стало чуть легче.

— Яся-я-я… — услышала я в трех шагах и увидела, как сбоку пошли пузырьки.

Ряба снова вынырнула, я заметила ее хохолок. Курочка схватила воздух и опять ушла в болото. Я протянула руку.

— Хватайся! Ну же! — пальцами нащупала скользкие сейчас перья, сама схватила курицу, кажется, за короткий хвост и что было силы дернула. Тоже мне, репка нашлась!

Но только мой фамильяр оказался на свободе, как следом из трясины показались какие-то ветки. Хотя нет, стоп, стоп, стоп! Это вовсе никакие не ветки, а тонкие длинные пальцы с огромными когтями! Я попятилась, одной рукой прижимая к себе трясущуюся всем телом курицу, а другой крепко удерживая метлу.

Между тем за руками возникла голова с длинными волосами. Или это на ней нависли водоросли? В сгущающихся сумерках я не могла разобрать. Однако силуэт очень напоминал человеческий. Разве что был какой-то очень тоненький. Нет, однозначно не человек. Люди ночью в болотах не купаются. Пока я пыталась отступать, мозг перебирал все известные мне варианты нечисти из сказок. По всему выходило, что это кикимора. Она же и огоньки умеет путникам показывать, сбивая тех с пути и уводя в самые гиблые места.

Чудовище завопило. От этого звука я вся застыла. И это стало ошибкой. За те несколько мгновений, которые я находилась без движения, ноги еще сильнее увязли в жидкой почве. Не смогла их вытащить. Кикимора тем временем не спеша приближалась.

Однако сдаваться я не собиралась. Умирать — так с песней!

— Ряба, держи-и-ись! — скомандовала я не своим голосом.

Птица судорожно вцепилась в мое платье когтями. Тогда я отпустила ее и уже двумя руками перехватила метлу. Крепкое и увесистое древко, возможно, из дуба, опустилось на голову кикиморы. Та снова страшным голосом заверещала и хотела отступить, но метла оказалась длинной. Я удобнее перехватила ее и несколько раз ударила наотмашь, сама визжа не хуже нечисти, так бить получалось эффектнее и мощнее. Могу поклясться, что видела, как от прутиков летят голубые искры при соприкосновении с моим врагом!

Кикимора не переставая вопила, но не могла сдвинуться с места. Даже не знаю почему. Неужели я ее смогла как-то обездвижить? Воодушевившись этим, принялась лупить в несколько раз сильнее, с каждым движением сама все глубже уходя в болото. Оно обхватывало уже бедра. Вот же черт! Но в тот момент мне было все равно. Я лишь хотела избавиться от монстра, пытавшегося утопить мою подругу! В какой-то из ударов, которым я уже потеряла счет, древко жалобно хрустнуло, не выдержало напора и треснуло. Метла сломалась пополам.

В этот самый момент сзади меня раздался строгий голос, перекрыв наши с кикиморой крики:

— Что здесь происходит?

***

Все участники драки замерли. Мы с монстром резко замолчали. Воцарилась мертвая тишина, которую нарушало лишь мое тяжелое дыхание.

— Батька, она меня волшебной метлой чуть насмерть не забила! — совершенно девичьим и очень обиженным голосом пожаловалась кикимора кому-то.

Зажегся огонек. Я попыталась обернуться, но уж больно не хотелось отворачиваться от нечисти. Хотя если тот, кто стоит у меня за спиной, — отец этой русалки недоделанной, то разве он не должен быть еще страшнее? В некотором замешательстве, что же делать дальше, я оглядела свою врагиню. В свете огонька это была худая и костлявая девушка с угловатыми чертами черта, острыми скулами, огромными глазами, длинным носом и темно-зелеными, почти черными, волосами. Кожа ее тоже выглядела слегка зеленоватой.

Она с обидой и возмущением смотрела на того, кто находился у меня за спиной. Все же нашла в себе силы повернуть корпус к ее «батьке». Там стоял невысокий мужичок в каком-то невнятного цвета длинном балахоне с капюшоном, накинутым на голову, отчего рассмотреть его подробнее не выходило. Заметила лишь его глаза: внимательные, колючие. Он впился в меня взглядом, оглядев с головы до талии. Потому что все остальное тело, пока мы тут застыли, медленно погружалось в тягучее болото.

— А ну-ка, прекрати безобразничать! — мужичок перевел взгляд на кикимору. — Не видишь что ли знак на груди? Страж это!

Он подошел ко мне, легко ступая по зыбкой почве, совсем не проваливаясь, и протянул ладонь. Не говоря ни слова, я подала ему руку. Один рывок — и я оказалась на суше, сразу же почувствовав под ногами твердую землю. Только теперь я смогла отдышаться, схватившись за амулет бабы Яги. Кажется, лишь благодаря этой вещице меня сейчас не собираются больше трогать.

— Прости мою дочь, — мужичок склонился почти до земли и тут же выпрямился. — Озорница она страшная.

— С последним точно согласна, — мимо воли вырвалось у меня.

При этом кикимора кинула на меня уничтожающий взгляд, но промолчала.

— Я — леший Жизномир, хозяин здешний, — представился мужичок и скинул с головы капюшон, явив мне длинные седые кудри. Он улыбался. — А ты, стало быть… — кажется, он специально сделал паузу, чтобы и я поведала о себе.

— Ярослава, — кивнула, поглаживая застывшую на моей груди курицу. — А это Ряба, фамильяр мой.

— Ты дочь Ядвиги что ль? — выпучил глаза леший. — Вернулась?!

О чем это он? Но лучше придерживаться легенды.

— Внучка, — соврала я, как наказывала Яга.

— А я сразу понял, что родня, — заулыбался хозяин леса. — Уж больно на Ядвигу в молодости похожа, ну прямо одно лицо!

Я мысленно отмахнулась от этого высказывания. Какая родня? Я эту Бабу Ягу в первый раз в жизни видела! Но возражать не решилась, пускай думает, что хочет.

— Я тут выполняю важное поручение. Царевна Василиса пропала, мне доверено ее отыскать. А твоя… эм-м-м… дочь мешает выполнению задания государственной важности! — выпалила я, мимо воли выпятив грудь, показывая, что не лыком шита. — Из-за нее волшебный инструмент сломала! Как я теперь ступой управлять буду? А мне к Кащею в замок очень надо.

Леший зацокал языком, снова сверкнув глазами в сторону кикиморы.

— Прости нас, Ярослава. За это Отрада тебя из леса коротким путем выведет да в задании твоем важном поможет! — сказал он тоном, не терпящим возражений.

Это она-то Отрада?! Нет, ей больше Злоба или Тоска подойдет!

— Но батька! — все же попыталась взбрыкнуть строптивая кикимора.

— Не батькай мне тут! Развела в лесу болото, так отвечай за свои поступки! Мне твое баловство уже вот где! — он провел ребром ладони по шее.

Зеленокожая дева тут же опустила голову, показывая отцу покорность, только лишь горестно вздохнула.

— И пока Василису Прекрасную не найдешь, домой не возвращайся!

Тут уж пришлось вздыхать мне. Может, Жизномир и хочет наказать дочь, но мне такие помощницы не нужны. Ладно, пускай из леса только выведет, а там я от ее общества уж как-нибудь избавлюсь. Главное, чтобы без папочки рядом эта зеленокожая снова не взбесилась.