Анна Одувалова – Проклятый Дар (страница 12)

— Не знаю, — признаюсь я. — Плохо понимаю, где реальность, а где нет.

Сглатываю, и чернота захлестывает с головой. Мне страшно, нечем дышать и темно. В голове перемешались образы прошлого, настоящего. Я перестаю понимать, где я, и мужская фигура перед собой пугает. Мне нужно выбраться отсюда, ударяю парня в грудь, но он монументален, как скала. Свой кошмар я тоже никогда не могла сдвинуть с места. Он всегда был сильнее меня. Физически я бы никогда его не одолела, поэтому я делаю единственное, что способно меня спасти — собираю силу для ментального удара.

Глава 7

Дар

Маленькая, нежная и напуганная. Только сейчас понимаю, что она достает мне едва ли до подбородка. Странно, но она казалась мне выше. Такая Каро почти мне нравится. Но в ней все равно внутренний стержень. Ее штормит не по-детски и то, что кошмар берет над ней верх, я чувствую по резкой линии скул, плотно сжатым губам и подернутому магической дымкой взгляду. Это плохо.

— Не понимаю, где реальность, а где нет, — говорит она и готовится ударить. Плечи напряжены, сама как сжатая пружина, а я очень не хочу получать. Маленькая сломанная девочка, мне ее жаль. Только вот и я не сказать, чтобы целый, и мне совершенно не хочется, чтобы меня доломали. А Каро может.

Она пахнет нежностью. Это обескураживает, и даже сейчас иррационально хочется ее защитить. Только вот кого я могу защитить. Даже себя не всегда. Каро дрожит и рвано дышит.

— А так?.. — Медленно наклоняюсь к приоткрытым губам и провожу тыльной стороной ладони по ее щеке. Как бархат. Судорожно выдыхает, чуть расслабляясь, но я чувствую, кризис не миновал. Разве что немного отступил. У меня получается выдернуть ее из кошмара ненадолго. Вряд ли мы так продержимся до приезда Кита. Я заперт с магической взрывчаткой, когда детонирует непонятно, но взрыв может кого-нибудь уничтожить. Например, меня.

Каро снова дергается, и я успеваю перехватить ее руки и завести над головой, сдерживая натиск, она даже не успевает пикнуть, но я осознаю, если попытается вырваться, будет больно нам обоим. А еще эта ее магия! Против ментального удара я сейчас вряд ли что могу предпринять. Разве только ледяной душ — но он окатит нас обоих. Оставляю его напоследок. Если не сработает ничего другое.

Например, это… качаюсь навстречу приоткрытым манящим губам резко. Четко знаю, если Каро просечет, что я собираюсь сделать, то я получу, и это будет справедливо, но я готов рискнуть. На моей стороне эффект неожиданности. Меня так ведет от ее присутствия рядом, что если она испытывает хоть десятую долю моих ощущений я, прижимаясь к ней в этой темной кладовке, может сработать, а если нет… что же, тогда ледяной душ. Мне он точно будет необходим.

Каро

Он снова ловит мои руки, и тьма отступает. Горячие тиски на запястьях. Заводит их над головой и жадно целует, прежде чем я успеваю пикнуть и вырваться. Его поцелуй снова жесткий, такой, что я не успеваю ничего сделать. Пытаюсь освободиться, но парень легонько прикусывает мою губу и тут же горячо обводит ее языком, заставляя задыхаться от совершенно новых и ярких ощущений, которые затмевают и страх, и болезненные воспоминания. Теперь темнота и замкнутое пространство будут у меня ассоциироваться не только с двухлетним адом, но и с поцелуем со вкусом ментола.

Дар, как и первый раз, целует меня без спроса. Вжимает сильным телом в стену и проталкивает колено между ногами. Это так невозможно порочно, что кружится голова и внутри все горит. Мне совершенно не нравится, что подобные чувства разжигает во мне этот невозможный мажор с отвратительным характером, но я благодарна ему за то, что выдернул меня из состояния, в котором я не способна себя контролировать. Ага. Будто сейчас способна, я похожа на пластилин в его куках — такая же податливая.

Я не понимаю, что со мной, но не сопротивляюсь и, когда Дар, убедившись, что я больше не планирую никого убивать, отпускает мои руки, сама обнимаю его за шею, веду ладонями вверх и ерошу волосы на затылке. Тонкие металлические проволоки под руками, как корона. Когда касаюсь их, Дар вздрагивает, и мне кажется, парень сейчас отстранится, а меня снова накроет панической атакой — я не согласна, поэтому возвращаю поцелуй-укус и слышу сдавленное ругательство.

Его руки сжимают мою талию, и мы сейчас так близко друг к другу, что сносит крышу. Я плыву от него и это плохо, но мне не страшно — это хорошо. Гулко бьющееся сердце, прерывистое дыхание, обжигающее даже сквозь рубашку, тело. Мне нравится чувствовать его тяжесть. Контраст прохладной стены под лопатками и горячий — торса, к которому я прижимаюсь грудью. Мне хочется прикасаться к нему, но разум еще не совсем покинул меня. И так наш поцелуй перерос во что-то большее, слишком интимное. Я чувствую, об этой близости еще пожалею, мы ведь даже не нравимся друг другу. Чуть отстраняюсь, упираясь ладонями ему в грудь. Слышу, как отрывисто бьется его сердце, и мой собственный пульс тут же подхватывает этот ритм. Мы оба на пределе и на краю большой ошибки. Возбуждение игнорировать очень сложно, оно заставляет совершать глупости, а я и так перешла черту.

— Хватит… — шепчу тихо я ему в губы. Дар не спорит и отстраняется. Сразу же вокруг сгущается темнота, и начинает возвращаться страх, но он далеко. Я могу его контролировать. Пока.

— Ты ведь понимаешь, что это ничего не значит? — осторожно интересуется парень. От его слов иррациональная боль за ребрами. Я закусываю губу, понимая, что опять рискую разрыдаться.

— Ничего не значит, — вторю ему я.

— Хорошо. Просто я не хотел, чтобы ты меня убила… — Дар хмыкает. — Никогда не думал, что это будет иметь для меня принципиальное значение.

— Спасибо, — шепчу я.

— Теперь все хорошо? Я не буду больше тебя целовать. Надеюсь, ты понимаешь почему?

— Понимаю…

Перед внутренним взором подернутый дымкой желания взгляд, губы покалывает от поцелуев парня, а внизу живота тянущее ощущение желания. Я прекрасно понимаю Дара. Нам определенно нельзя больше целоваться.

— Ты сможешь продержаться до приезда Кита?

— Не знаю, — честно отвечаю я. — Если не получится, что будем делать?

— То, что сейчас нужно нам обоим… — загадочно говорит Дар, и я хмурюсь.

Что он имел в виду, понимаю позже, когда меня снова начинает накрывать. Ледяной душ, гораздо менее приятен, чем поцелуй, но по эффективности не хуже. В итоге, когда Кит и мирс Чемблен освобождают нас из кладовки, мы с Даром промокшие до нитки, замерзшие и немного злые. Зато вопрос с отработкой с повестки дня снимается. И я второй раз иду мокрая по коридорам колледжа. В этот раз, хотя бы не одна.

Кажется, сушить форму после учебного дня входит у меня в привычку. Но сегодня я никого не побила и отсидела все пары — прогресс. А то, что зуб на зуб не попадает и юбка липнет к бедрам — это небольшой побочный эффект. Холодный душ действительно был нужен и мне, и Дару.

— Каро! Что произошло? — интересуется моя соседка, которая смотрит с таким искренним сочувствием, что я изменяю себе и рассказываю ей случившееся, конечно, избегая подробностей. Про свою фобию, про чью-то дурацкую шутку и холодный душ от Дара, а она так искренне сочувствует, что на душе становится теплее. По крайней мере, рыдать уже не хочется. Хочется действовать.

Сушу волосы, заныриваю в шкаф и достаю привычную одежду. Выбираю кофту потеплее, так как замерзла. На тренировку я уже опоздала, но ехать в город все равно придется. Нельзя оставлять втайне случившееся. Я должна все рассказать тренеру, хотя не хочется. Я знаю, что снова придется погрузиться в кошмар. Шэх вызовет отдел по магпреступлениям, мне придется вспоминать детали произошедшего, а я только начала забывать. Представления не имею, кому потребовалось снова окунуть меня в ад. Идея с соперниками хороша, только вот даже я сама верю в нее очень слабо.

Энси все еще сочувственно ахает, а я уже завязываю тугой хвост на макушке, чтобы наспех подсушенные волосы не лезли в лицо. Сейчас они вьются крупными локонами и напоминают хвост пони. Обычно я заплетаю тугую косу или убираю в высокую прическу. По-хорошему надо бы подстричь, но длинные волосы для меня символичны. Они спускаются ниже поясницы, но я еще жива. В моей жизни вообще много символов, за которые я цепляюсь. Наверное, это не совсем нормально, но так мне легче.

После занятий на территории кампуса людно. Кажется, что попала на оживленную ярмарочную площадь. Сегодня еще погода удалась, солнечно, почти по-летнему тепло. Многие со стаканчиками кофе устроились прямо на газонах и готовятся к занятиям там. Я привлекаю внимание, мне кажется, я и Дар — это сплетня номер один, я даже вижу рыжую, с которой вчера у нас вышел скандал. Она поворачивается в мою сторону, но мне некогда встревать в разборки, поэтому я ускоряюсь и иду к воротам. Она направляется за мной, но как-то резко замирает. Впереди близнецы. Понятно, что скандалить при них девица не будет. Парни достаточно далеко, но даже отсюда я могу разобрать, что они ругаются. Точнее, ругается Кит, а Дар стоит, привалившись к капоту магмобиля и сложив на груди руки. На нем снова белая рубашка и рукава закатаны почти до локтя.

Высокий, гибкий, красивый. Ловлю себя на мысли, что даже золотой экзоскелет не портит его, скорее, придает изюминку. Знаю, многие рассматривают его как слабость, для меня наоборот. В нем Дар сильнее. Все простые бытовые вещи даются ему намного сложнее, чем любому другому человеку. Чтобы быть наравне с окружающими его людьми, Дару приходится прикладывать в три раза больше усилий, и я не могу его за это не уважать. А еще он круто целуется и это проблема. Потому что мне стоит держаться подальше от таких парней. Они слишком глубоко забираются в сердце, а моя жизнь — это проблемы, старые психологические травмы и спорт. Явно же, что я не могу составить пару одному из «золотых мальчиков Горскейра».